Мое тело – тюрьма - Кицунэ Миято

они с сумкой, в которую были сложены четыре работы, поехали по адресу и схеме, которую объяснил Даниил.

— А этот выставочный центр довольно далеко, — заметил Саша.

Кира кивнула. Они сели на остановке недалеко от главного корпуса и доехали почти до конечной. Дорога туда-сюда будет занимать больше трёх часов. Но… Зато две недели бесплатной региональной выставки.

Выставочный павильон был огромным и в два этажа. Везде были плакаты с рекламой выставки, и Кира вспомнила, что видела такие и в центре в виде растяжек над дорогами.

Они нашли Даниила, тот развешивал свои фотографии, а затем повесил и работы Киры по две штуки в два ряда.

— Ещё сделай этикетки с названием и ценой. Там есть бумага и ручка, — кивнул на столик Даниил.

— Ценой?

— Выставка-продажа, так что все работы продаются. Я забыл это сказать? Ну… Если не хочешь продавать, просто поставь цену повыше. Если купят, то хотя бы не жалко будет. А вообще, цена картины художника — это сумма, за которую с ней не жалко расстаться.

— О… Понятно, — кивнула Кира. Всё подписала и, сама обалдевая от своей наглости, написала цены в полторы тысячи за каждую картину.

Даниил выдал Кире пропуск участника, чтобы она могла пройти, сказал, что все цены будут на работах и если будут спрашивать, то продать, а деньги потом передать. А за картинами приехать в следующее воскресенье на закрытие выставки.

Долгая дорога позволила как-то поближе узнать Сашу, они проболтали ещё и весь вечер про всякое, в основном касаясь абстрактных тем вроде счастья, мечты, гаданий и спутника жизни. Впрочем, говорили и просто «про себя».

Сашка и правда был умным парнем, он жил в деревне с матерью, которая держала хозяйство из свиней, кур и коров, сдавала мясо на продажу, а также молоко. Учить сына она не могла, так что Сашка работал, но головой: почти сразу начал делать чертежи и курсовые вплоть до третьего курса, причём не только для своей специальности, хотя сам учился только на первом.

Кира поняла, что и сама хочет дружить с Сашей, независимо от Кирилла. Со Стасом они тоже общались, и не то чтобы тот был какими-то глупым, но его интересы были как-то попроще. С ним можно было общаться в компании, но Кира видела, что Сашка может стать её другом, а Стас — нет.

Глава 22

Облом

Выставка завершилась за день до дня рождения Киры, и все картины вернулись на свои места на стене.

— Ой, я даже рада этому, — ответила Кира, когда Люда, которая приехала из дома, спросила, не жалеет ли она, что не продала ни одной картины. — И знаешь, сколько там было картин⁈ Просто тысячи. И все очень классные. Там вообще больше трёхсот художников выставлялось. Такая выставка! Мы с Кириллом сегодня приехали пораньше, чтобы ещё всё посмотреть успеть. Я по пропуску прошла, а Кирилл билет покупал. Ну, потом там все собираться начали, но всё равно мы много чего увидели.

— Что-то я ступила, надо было тоже пойти с тобой, когда ты на выставку в прошлые выходные ездила. Прикольно, наверное, там было, — спросила Люда.

— Очень классно. Вроде она ежегодная, можно будет в следующем году сходить. Объявления по всему городу висели. Так что просто смотреть. Только жаль, что пока мы с Кириллом ходили, мои картины успели снять, и я забыла сразу с ними сфотографироваться, — вздохнула Кира. Этого действительно было жаль.

Пока она дежурила в уголке фотографов и даже продала парочку фотографий, с ней знакомились, болтали про искусство, давали какие-то визитки, в общем, атмосфера была такая позитивная, что время дежурства, несмотря на то, что выставка работала с одиннадцати до семи, прошло очень быстро.

* * *

На день рождения, который выпал на понедельник, Кира позвала Катюшу, Кирилла, Сашку, Стаса и Ташу, чтобы их было трое на трое. Они посидели, поиграли в несколько конкурсов, пофотографировались и разошлись.

Кира решила, что очень хочет MP3 дисковый плеер с крупными наушниками: она ещё в марте увидела такой в магазине. Стоил такой плеер почти две тысячи рублей. Но практически впервые Кира, увидев вещь, реально сильно её захотела. Первой мыслью было то, что она сможет слушать музыку, пока четыре часа едет в автобусе или просто в дороге. А ещё на прилавках стали появляться аудиокниги, и если просто на музыкальном центре аудиокниги слушать сложно: нет сразу столько времени и то одно, то другое, — то в дороге, с наушниками, чтобы никому не мешать, — самое то. На дисках были и всякие учебные материалы… но и просто слушать музыку и что-то репетировать или просто мысленно танцевать было бы классным — и сразу решался вопрос с бесполезно потраченным временем на дорогу.

Так что Кира объявила родителям и друзьям, чтобы ей подарили деньги и она на собранную сумму купит себе очень классный дорогой подарок. Пятьсот рублей от бабушки с дедушкой — маминых родителей, которые в прошлые дни рождения отправляли денежные переводы через телеграф, — ей пришли на книжку. Она написала бабушке номер своего счёта: туда можно было положить деньги с любого отделения сбербанка и комиссия была меньше, чем в телеграфе. К тому же отделение связи находилось значительно дальше её банка.

Пятьсот рублей отправили родители тоже на книжку. Четыреста рублей ей подарил Кирилл и четыреста рублей — Катюша, Сашка, Стас и Таша вместе. Ещё двести рублей Кира добавила своих и уже во вторник купила серебристую «таблетку» плеера, упакованную в джинсового цвета маленькую сумочку через плечо, с местом для самого плеера и вкладышами для дисков.

— Теперь музыка всегда будет со мной, — улыбнулась Кира Кириллу, пристраивая сумочку и надевая наушники с мягким поролоном, которые прикладывались как-то ближе к вискам, а не к уху. Маленькие наушники, которые втыкались в уши, Кира не могла носить, её ушам эти «капельки» не подходили и уже через минуту было неприятно и дискомфортно. К тому же она читала какую-то статью, в которой утверждалось, что наушники портят слух и вредят барабанным перепонкам. А без линз Кира опиралась на слух, так что быть и плохо видящей, и плохо слышащей было бы перебором.

— Ну как? — спросил Кирилл, когда Кира включила диск, который купила в том же магазине.

— Я хорошо слышу и тебя, и музыку, — Кира нажала на кнопку, регулируя громкость.