Гранд-адмирал 7: Вилка - Илья Сергеевич Модус

отсека корабля были удалены все кресла для посадки пассажиров. При других обстоятельствах измененный таким образом десантный отсек казался бы невероятно просторным, но сейчас каждый кубический сантиметр его пространства был занят полезным грузом.

Коммандос никогда не надеется на службу снабжения, а потому весь необходимый груз перемещается на корабле с одного задания на другое. Транспортные контейнеры с оружием, боеприпасами, снаряжением, медицинскими препаратами, запасы продовольствия, сублимированные пайки, аварийный запас воды, энергетические ячейки, детали брони… Все необходимое для вооружения и обеспечения пары отрядов коммандос для участия в небольшой войне против целой армии, и всегда под рукой — служба обязывала.

И все это добро, несмотря на то, что было хорошо закреплено начало трястись и грохотать, когда челнок вошел в плотные слои атмосферы.

— Всем приготовиться! — проревел по рации Фордо.

Шаттл накренился, и Горец со Штепселем, готовящие груз к десантированию, едва удержались на ногах.

— Набить бы морду тому, кто выдал Фордо лицензию пилота, — в сердцах произнес Горец.

— А она у него есть? — удивился Штепсель.

— Должна быть, — сказал Горец. — Должна же? Скажи, что должна!

— Я не психотерапевт, чтобы успокоить твои внутренние страхи, — хохотнул Штепсель. — Ты уж как-нибудь сам проработай эту психо-травму, договорились?!

— А у меня ее не было, пока не вступил в твой отряд! — огрызнулся Горец.

— И снова же — в этом ты сам виноват, парень, — добродушно похлопал по плечу товарища Штепсель.

По очереди оба коммандос подготовили разгрузочные жилеты и доверху набили десантные рюкзаки, а так же парочку непромокаемых баулов всем необходимым для ведения партизанской войны. На мгновение они остановились, посмотрев друг на друга, потом в сторону кабины.

И принялись наскоро паковать еще одну разгрузку, еще один рюкзак, и еще несколько баулов. Оставить Фордо без дополнительного снаряжения было бы верхом эгоизма. А клоны, даже если и имеют претензии друг к другу, все же не выказывают их в ущерб общему делу.

Тем более, что Альфа-77 сейчас старательно делал все, чтобы проверить их вестибулярные аппараты на прочность. Не шутки ради, а лишь по той причине, что неприятель всячески старался их поджарить.

Стрельба с предельных дистанций не сильно, но все же просаживала дефлектор многострадального корабля. И Фордо делал все, что мог, чтобы следующие тридцать километров полета не стали для экипажа последними. Насчет корабля можно даже не сомневаться, он не переживет подобного издевательства здравого смысла над физикой.

Сквозь иллюминаторы можно было увидеть разрушение корпуса, что вдохновения не добавляло. Но оба коммандос работали на совесть, понимая, что от подготовки сейчас зависит их жизнь чуть позже.

Конечно, если они не помрут от эффектного припечатывания о твердую, как броня «Звезды Смерти», почву Малой Капеллы.

— Сейчас может немного потрясти, — предупредил пилот.

Оба коммандос схватились за ближайшие крепежные ручки, чтобы пережить то, что стояло за предупреждением. Потому что если «немного потрясет» прозвучало только сейчас, то…

Перегрузка вдавила внутренности поближе к броне, когда шаттл заложил крутой вираж. Один из ящиков выскользнул из крепежей, отскочил от пола и врезался в стену. По отсеку залетали пакеты первой помощи, которые оба коммандос принялись ловить. Бакта лишней не бывает.

— А производителя грузовых контейнеров флоту нужно поменять, — едва ворочая языком от перегрузок, сообщил командиру Горец.

— Тебя именно это сейчас заботит? — поинтересовался тот, указывая в сторону кормы. А ведь там где-то двенадцать преследователей…

«Мю» настигла взрывная волна, и по обшивке транспортника застучали металлические осколки. Похоже, кто-то расщедрился на дальнобойные ракеты.

Несколько пластин брони раскалились и пошли пузырями. Металл обшивки вскипел от попадания кинетического снаряда. Добротная конструкция была раскалена скоростным вхождением в атмосферу, из-за чего нарушение плотности вещества вызвало непредвиденную реакцию. Газы в верхних слоях атмосферы решительно помогали стенаксам добить шаттл.

На секунду десантный отсек наполнился дымом, который, впрочем, тут же был выброшен наружу благодаря более высокому давлению внутри челнока.

Сквозь прореху в толще дюрасталевой брони пробились солнечные лучи. Транспортник вильнул влево, и вместе с этим действием у «Мю» оторвало верхний стабилизатор. И кусок потолка. Горец смог заметить пять «Охотников за головами», преследующих «Пеликан» и покачивающихся при попадании в зону турбулентности.

В салоне царил ад; воздушные потоки пытались вырвать все, что не было приварено к полу. Особенно их интересовали коммандос и их снаряжение. Но добычей стал лишь один ящик с очень опасной маркировкой.

— Детонаторы! — крикнул Горец.

Штепсель же, преодолевая законы физики, выхватил свой бластерный пистолет и выстрелил по контейнеру, улетающему от коммандос. Бело-синий короткий луч энергии прожег тонкую стенку кубического ящика, и его содержимое не осталось в стороне от подобной наглости. Какой-то из детонаторов, а может сразу несколько, оказались поражены энергетическим зарядом.

В полукилометре за кормой падающего доминионского шаттла раздался сильнейший взрыв, поглотивший один из Z-95. На беду еще парочки летевших в непосредственной близости, детонаторы были осколочно-фугасными, так что досталось и им.

Но чуда не произошло — машины не взорвались, а лишь начали дымить из своих пробоин в фюзеляже.

— Зенитчик из тебя не очень, командир! — прокричал Горец, ногой прижимая готовый вырваться из креплений еще один контейнер.

— Я просто не хотел, чтобы им достался наш груз! — пояснил Штепсель. А ведь было бы удобно, если б взрыв ящика уничтожил сразу трех преследователей. Но, удача не на их стороне. Хотя… даже один сбитый противник в такой невозможной ситуации — это уже победа.

Челнок резко спикировал, завывая работающими на пределе возможностей двигателями. Рядом с кораблем все интенсивнее замелькали красные лучи лазерных пушек преследователей.

И если первый залп прошел без проблем, то вот второй…

Напряженность разогретого металла дала о себе знать в момент фактически случайного попадания. Стабилизаторы десантного корабля оторвались, и «Мю» начал терять управление.

И в тот же момент двигатели заверещали так, словно к ним в гости заглянул технофашист с ломиком и сообщил как долго он искал встречи. А скорость ускоренного падения увеличилась в разы.

Коммандос вцепились в опорные скобы, пытаясь сохранить равновесие, а все ящики со снаряжением были уже готовы сорваться и полететь по пассажирскому отсеку.

— Адски трудная высадка получается, ребята, — прошипел по внутренней связи Фордо одновременно с попаданиями по корпусу. Взвыла едва различимая из-за ветра аварийная сирена — проекторы защитного поля уничтожены. — Дефлекторы нас уже не защитят, делаем ставку на скорость посадки.

— Я не хочу знать, что он подразумевает под крушением, если это, — Горец