Добро пожаловать в Америку! - Татьяна Глисон

Зимой у Риты были десятидневные Рождественские каникулы. Она снова прилетела в Атланту и занялась приготовлением к двойному празднику: Рождеству и дню рождения сына.

На следующий день после Рождества Данил с Майей отправились в гости к Боренко. Марина, мама Майиной подруги по русской школе, пригласила их к себе на детский утренник. Вернувшись вечером, сын спросил:

– Мам, ты можешь отвезти завтра Майю и ее друга на каток?

– Я не знаю, как на твоей машине ездить. Почему сам не повезешь? Работаешь?

– Марина пригласила меня в ресторан отметить прошедший день рождения. Хочу сходить подстричься. Тут парикмахерская рядом через дорогу. Я совсем забыл, что завтра Алекса к нам привезут, и мы собирались на каток поехать.

– Хорошо, отвезу, – нехотя согласилась Рита. Она боялась ездить на чужой машине в девятимиллионном городе. – А ты как до ресторана доберешься без машины?

– Меня Марина заберет и привезет обратно.

– Марина с мужем в ресторан пойдет?

– Наверно. Не уточнял.

На следующий день ровно в 11 утра в дверь постучали. Рита открыла и увидела плотно сбитого мальчика лет десяти.

– Доброе утро, мэм. Я Алекс, мы с Майей в одной школе учимся.

– Доброе утро, Алекс, проходи.

Майя уже стояла рядом с бабушкой, переминаясь с ноги на ногу.

– Здравствуй, Майя, я соскучился по тебе. Ты готова ехать на каток?

Она кивнула головой.

Из спальни вышел Данил.

– Привет, Алекс, – поздоровался он. – Я не могу вас отвезти сегодня на каток, бабушка с вами поедет. Ты ей помоги, она здесь ничего не знает.

– Не беспокойтесь, мистер Данил, все будет в лучшем виде, я обещаю.

Рита с интересом наблюдала за этим юным джентльменом. Одевшись, они отправились на каток. Алекс хорошо знал туда дорогу и подсказывал Рите, как лучше доехать. Лед на катке был покрыт водой.

–Хорошо, что рано приехали, днем воды больше будет, – деловито отметил внучкин бойфренд.

Дети пошли кататься, а Рита наблюдала за ними. Вот внучка поскользнулась и чуть не упала, но Алекс подхватил ее. Второй раз он не успел, и она со всего размаха плюхнулась на мокрый лед.

–Баба, я ок, – крикнула она, поднимаясь.

С ее штанов стекала вода. Рита вспомнила, что они проезжали мимо торговой плазы. Она решила сбегать купить ей новые штаны, чтоб переодеть ее в сухое. Майя переоделась и снова пошла кататься. Теперь друг страховал ее. Покатавшись, они сдали коньки, и Рита увидела, что у внучки совершенно мокрые носки и холодные ножки. Надевать ботинки с мокрыми носками было нельзя. Она снова побежала в магазин и купила две пары носков и варежки. Снова переодев Майю, они пошли к кафе. Кавалер, извинившись, сказал, что он не рассчитывал на Риту, и может заплатить только за себя и Майю. Рита успокоила его, сказав, что она приглашает его. Алекс ответил, что в таком случае он заплатит за себя сам. Рита подивилась, но настаивать не стала. За обедом он был всем недоволен: ему не то принесли, не так подали, еда была невкусной. Принесли счет. Он нашел свой заказ и посчитал, сколько ему платить, а сколько Рите.

– Чаевые давать не будем, – сказал Алекс, – они плохо нас обслуживали.

– Будем, – ответила Рита, отодвигая его деньги. – Я же сказала, что приглашаю тебя.

– Спасибо, – ответил он, сгребая обратно свою мелочь.

«Ах ты маленький мерзавчик! Что из тебя вырастет?» – подумала Рита.

– Теперь пойдемте елку смотреть, – предложила Майя.

– Майя, ты же в курсе, что я еврей, это не наш праздник и не наша традиция елку наряжать, так что поедем домой.

«Ах вот оно в чем дело!» – подумала Рита.

– Нет, сначала мы пойдем елку смотреть, это наш праздник, а ты можешь в машине подождать, если не хочешь идти с нами, – сказала Рита.

– Хорошо, я пойду с вами, а то вы можете без меня потеряться.

Благополучно вернувшись домой, Рита напоила детей сваренным вчера компотом и разрешила покататься на самокатах возле дома. Сама села на балконе с чашкой чая и книгой, чтоб совместить приятное с полезным: почитать книгу и присмотреть за детьми.

Посылка успела прийти во Владивосток к Новому 2015 году, подарки понравились, но сердце Вики не смягчили. Она отказалась переезжать в Америку. Тогда Данил стал разрабатывать разные планы переезда к ней во Владивосток. Все владивостокские сайты пестрели его объявлениями о поиске работы. Он пытался договориться со своим начальством об удаленной работе из Владивостока по компьютеру. Еще одной проблемой для него стала Майя. Дэрин моталась по командировкам по всему миру, поэтому оставить ее матери было невозможно. Данил уверял Риту, что он заберет ее с собой, но она понимала, что это не получится. Куда он ее повезет? К тестю на чердак, где Вика живет в одной комнате с детьми и даже спит с ними в одной кровати? Как она будет учиться, плохо зная русский язык? С Российским образованием ее не примут в Американский университет. Да и кому она там нужна. Рита пыталась объяснить это сыну, но он не хотел слушать никаких материнских доводов и в конце концов сказал, что если не получится взять дочь с собой, то он оставит ее Дэрин, она мать, пусть она сама решает, что с Майей делать. Это было предательство. Очередное предательство Майи. Сначала мать променяла ее любимого папу на любовника, теперь любимый папа променял ее на любовницу. У Риты холодело сердце, когда она думала о том, как сообщит внучке решение отца уехать в Россию и оставить ее здесь. Она помнила, как тяжело девочка пережила развод родителей, как начала мочиться ночью в постель, и вот уже три года почти не разговаривала с матерью. Теперь еще и отец ее предал. Как она переживет это? Рита поняла, что ответственность за Майину жизнь ложится на нее. Теперь уже она начала придумывать планы что делать и как жить дальше. Взять внучку к себе Рита не могла. Она уезжала на работу в 6 утра и возвращалась вечером после 6, а Майю надо было отправлять утром в школу и встречать вечером. Значит ей придется ехать в Атланту. Но где там жить? Остаться в съемной квартире Данила? Тогда ее денег от сдачи дома в Линне едва будет хватать на оплату жилья и счетов. Возможно, ей удастся найти работу среди дня, пока Майя в школе, а возможно и нет. И она решила повторить свой Бостонский опыт – купить дом. Купить дом, чтоб разделить его на две части. В