Врата Мертвого Дома - Стивен Эриксон

— Потому что мы не знаем, сколько их там. Мудрее дождаться Тавор, мудрее позволить Корболо Дому бросать своих воинов на стены…

Блистиг кивнул.

— Мы их на куски порубим. Вопрос в том, сможешь ли ты убедить в этом Пормкваля.

— Ты его знаешь, — парировал Дукер, — а я — нет.

Командор поморщился.

— Идём.

Штандарты армии Первого Кулака развевались рядом с группой всадников, которая стояла на выезде с широкой улицы, выходившей на привратную площадь. Блистиг повёл историка прямо к ним.

Дукер заметил Пормкваля верхом на великолепном боевом коне. Доспехи Первого Кулака были богато украшены, так что казались скорее декоративными, чем боевыми. У бедра качалась усыпанная драгоценными камнями рукоять грисийского палаша; на полированном железном шишаке сияло выложенное золотом изображение солнца с лучами. Лицо Пормкваля казалось болезненным и бескровным.

Рядом с Первым Кулаком восседал на белой лошади Маллик Рэл в голубовато-зелёном тюрбане — по-прежнему в шелках и без оружия. Их окружали армейские офицеры — пешие и конные. Также Дукер заметил Нэттпару и Пуллика Алара.

Когда взгляд Дукера упал на аристократов, глаза ему заволокло кровавым туманом. Он ускорил шаг, обогнал Блистига, но тот перехватил историка за руку и удержал.

— Это отложи на потом. У тебя сейчас есть более насущное задание.

Дрожа, Дукер подавил ярость. И даже сумел кивнуть.

— Идём, Первый Кулак нас увидел.

Пормкваль холодно посмотрел на Дукера сверху вниз. Визгливым голосом он произнёс:

— Историк, ты явился как нельзя кстати. Сегодня перед нами стоят две задачи, и обе потребуют твоего присутствия…

— Первый Кулак…

— Молчать! Перебьёшь меня ещё раз, прикажу язык отрезать! — Он выдержал паузу, взял себя в руки и продолжил: — Прежде всего, ты лично будешь сопровождать нас в грядущей битве, чтобы засвидетельствовать правильный способ обращения со сбродом. Я не стану торговать жизнями невинных беженцев — не будет повторения прежних трагедий, прежних измен! Глупцы только сейчас легли спать — и за глупость свою они дорого заплатят, уж поверь. Затем, когда бунтовщики будут перебиты, мы перейдём к другим обязанностям: в первую очередь арестуем тебя и колдунов, известных как Нихил и Бездна — последних «офицеров» ужасного сброда Колтейна. И уверяю тебя, строгость кары будет точно соответствовать тяжести ваших преступлений. — Пормкваль взмахнул рукой, и адъютант подвёл к ним кобылу Дукера. — Увы, эта кляча никак не подходит для нашего отряда, но придётся это стерпеть. Командор Блистиг, подготовь солдат к выступлению. Мы приказываем арьергарду двигаться не ближе и не дальше трёхсот шагов позади. Надеюсь, это тебе по силам: если нет, доложи мне, и я с радостью назначу кого-нибудь другого командующим гарнизона.

— Да, Первый Кулак, это мне вполне по силам.

Взгляд Дукера метнулся к Маллику Рэлу. Историк на миг удивился удовлетворению, которое промелькнуло на лице жреца. Ну да, конечно, старые обиды. С тобой шутки плохи, верно, Рэл?

Историк молча подошёл к своей лошади и забрался в седло. Положил ладонь на тонкую, неухоженную шею кобылы и собрал поводья.

У ворот собрались первые роты средней кавалерии. За пределами города они не будут терять времени, а тотчас поскачут в разные стороны, чтобы окружить лагерь Корболо Дома, пехота же в это время выстроится в глубокие фаланги, прежде чем пойти на позиции врага.

Блистиг ушёл прочь, не оборачиваясь. Дукер посмотрел на ворота, оглядел собравшиеся войска.

— Историк.

Он повернул голову и посмотрел сверху вниз на Нэттпару. Аристократ ухмылялся.

— Тебе следовало проявлять ко мне больше почтения. Я полагаю, теперь ты уж это сам понял, хоть и слишком поздно. — Нэттпара не заметил, как сапог Дукера выскользнул из стремени. — За оскорбления, которые ты мне нанёс… за то, что осмелился поднять на меня руку, историк, ты понесёшь…

— Не сомневаюсь, — перебил Дукер. — Вот тебе последнее оскорбление.

Он ударил ногой так, что носок сапога вошёл в обвисшую шею аристократа, а затем выше, чтобы перебить трахею. Голова Нэттпары с хрустом запрокинулась, он оступился и повалился спиной на мостовую. Глаза аристократа невидящим взором уставились в бледнеющее небо.

Пуллик Алар закричал.

Солдаты с оружием наперевес сомкнулись вокруг историка.

— Милости прошу, — сказал Дукер. — Я буду только рад концу…

— Так просто ты не отделаешься! — прошипел белый от ярости Пормкваль.

Дукер вызывающе ухмыльнулся.

— Ты ведь уже записал меня в палачи. Так что мне ещё одна жертва, а? Ты, смрадный кусок дерьма! — Он перевёл взгляд на Маллика Рэла. — Что до тебя, джистал, подойди поближе — у меня есть ещё одно дело в жизни.

Историк не заметил — и никто другой тоже, — что к группе присоединился офицер гарнизона. Он хотел поговорить с Дукером, сообщить, что благополучно передал девочку её деду. Но, услышав слово «джистал», будто оцепенел, а затем поражённо распахнул глаза и отступил на шаг.

В этот момент ворота распахнулись, и отряды кавалерии хлынули наружу. По рядам пехоты пробежало волнение — все готовили оружие.

Кенеб сделал ещё один шаг назад, у него в ушах по-прежнему звенело одно слово. Он его где-то слышал, но всё никак не мог точно припомнить, где именно, хоть само воспоминание вызвало безотчётную тревогу. Внутренний голос кричал, что нужно срочно найти Блистига — Кенеб сам ещё не знал зачем, но чувствовал, что это совершенно необходимо…

Однако времени у него не осталось.

Кенеб смотрел, как армия выходит за ворота города. Приказ уже был отдан, сдержать наступление — невозможно.

Капитан отступил ещё на шаг, забыв, что хотел сказать Дукеру. Он споткнулся о тело Нэттпары, не обратил на это никакого внимания, а затем развернулся. И побежал.

Шестьдесят шагов спустя Кенеб наконец вспомнил, где слышал слово «джистал».

Вместе с руководящими офицерами Дукер выехал на равнину.

Армия Корболо Дома вроде бы обратилась в паническое бегство, но историк заметил, что солдаты не выпускали из рук оружия, когда бежали за ближайший к городу курган. Кавалерия Первого Кулака гнала коней, чтобы обогнать пехоту врага и завершить окружение. Оба крыла уже скрылись за одинаковыми холмами могильника.

Легионы Первого Кулака двигались с удвоенной скоростью — молчаливые, решительные. Не было никакой надежды нагнать бегущую армию прежде, чем кавалерия завершит окружение и отрежет все пути к отступлению.

— Как вы и предрекали, Первый Кулак! — закричал на скаку Пормквалю Маллик Рэл. — Они бегут!