Дремир. Беспечные. Том 3 - Ник Вернер

когда я тебе понадоблюсь, — сказал он, вставая и подавая Марене руку. — Идём, пусть они тут сами развлекаются.

«Хорошо иметь нестеснительную девушку и догадливого друга», — подумал я и продолжил «развлекаться», не попрощавшись. Вот не хотелось мне сегодня делать ничего полезного от слова совсем. Я и не делал…

На Пожарище мы пробыли до заката: катались, гуляли, общались, обнимались… Я всё хотел поверить, что здесь может быть также, как и там — так же жизнерадостно. А ещё я хотел проверить, всё ли я «вернул» и «дочинил» на это раз. Понятное дело, что за день ни в чём не убедишься, но в прошлый раз её внезапные смены настроения были довольно частыми, так что всё же была велика вероятность, что я их замечу в течение дня, если снова что-то пойдет не так.

На закате Настенька заявила:

— Давай останемся здесь на ночь!

Не то чтобы я был против, но всё же решил уточнить:

— А с конями что будем делать?

— Я взяла для них и еду, и воду. Покормим, стреножим. До утра с ними ничего не случится.

— Может, ты и для нас еду взяла? — поинтересовался я.

— Не-а, — весело ответила она. — Но можешь овса пожевать.

— Пожалуй, до утра со мной и без овса ничего не случится, — по-доброму передразнил её я. — Ладно, идём, что ли, коней кормить, пока светло.

— С тобой и ночью светло. Лучше давай закат дальше смотреть!

— Закат так закат, — согласился я.

Я сегодня добрый — соглашаюсь на всё.

Закат был красивый, но смотрел я на него недолго. Мне больше нравилось смотреть на Настеньку. Потом мы всё же покормили коней, и я предложил «не смотреть» на сногсшибательное звёздное небо.

К середине ночи я всё же подрасслабился и убедил себя, что сегодня с Настенькой всё хорошо, а значит, можно и поспать. Утром она проснулась тоже в хорошем настроении, и я мысленно выдохнул с некоторым облегчением.

«Похоже, мой бунтарский план удался!» — воодушевленно подумал я и решил сегодня «проверить» её в домашней обстановке, а лесные дела уже оставить на завтра.

Вряд ли Мирияр будет доволен такой моей безответственностью по отношению к Лесу, но что есть, то есть. Я считаю, что прежде, чем взваливать на плечи новую ответственность, надо разобраться с той, что есть — взбалмошной и с косичками.

Часть 4

Глава 12. Сообразим на троих?

Через день.

С утра день не задался — я проснулся один. За окном было уже довольно светло, обнимать мне было некого. Пришлось вставать.

Настеньки не было ни в доме, ни во дворе. Я всё же убедил себя, что с ней всё в порядке, ведь она здесь среди своих, куда бы ни пошла, и вернулся в дом.

В гостиной я нашёл на столе заботливо приготовленный для меня завтрак в виде негорьких пирожков и укутанного заварника с чаем, поел и окончательно успокоился, а потом ещё и подловил себя на мысли, что я стал каким-то уж слишком заботливо-впечатлительным в последнее время. Надо выдыхать, а то я так долго не продержусь.

Свой блокнот я нашёл всё там же, на тумбочке, где я его оставил, как мне уже казалось, чуть ли не в прошлый жизни. Вспомнил, что обещал Мирияру дневник моей бабушки, прихватил и его и пошёл в гостиную почитать. Раз бездельничать мне было сегодня не с кем, то самое время, наконец, заняться делом.

Я перечитал все свои записи по лекциям Любомира и ту часть дневника бабушки, где она рассказывала, как пользоваться Факелом, а потом сидел и рисовал в блокноте крестики-нолики, малоуспешно пытаясь натянуть одно на другое. Даже Факел положил перед собой на стол для вдохновения. За этим меня и застала Настенька.

Вдруг ко мне кто-то бесшумно подкрался сзади. Ладно её шагов я не услышал, но как я мог не услышать скрип входной двери? Этот «кто-то» обнял меня со спины, погладил кожаными перчатками по груди и прижался холодным шлемом к щеке.

— Привет, — ласково сказала эта грозная воительница Настенькиным голосом. — Учишься?

— Почти. А ты на тренировку ходила?

— Ага.

— И как?

— Хорошо-о-о, — довольно протянула она. — Сразу почувствовала себя бодрее и живее, что ли. Хочешь прийти на меня вечером посмотреть? У нас будут командные бои четыре на четыре.

Я вспомнил, что случилось в прошлый раз, когда я наблюдал за её боем, и решил тактично отказаться, чтобы не поубивать всех, кто лишь посмеет направить оружие в её сторону. Может это и малодушно, но лучше я не буду смотреть на её «тренировочные бои» и продолжать думать, что они «тренировочные», а не «бои».

— Пожалуй, откажусь, — отмазался я, погладив её по перчатке.

— Но будет интересно! — не сдавалась Настенька. — Я тебе покажу, что умею!

Я нашёл лазейку в её логике и тут же ею воспользовался:

— То есть ты будешь во время боя думать обо мне, а не противнике? — строго спросил я, оборачиваясь.

— Ой! Я не это имела в виду, — смутилась она. — Но может, всё же придёшь? Я была бы рада… Показать себя с хорошей стороны…

Если я правильно понял из её сказки, то в прошлый раз, когда она хотела мне это «показать», её пришлось лечить, и отнюдь не из-за неумения и беспечности, а из-за упрямства, поэтому я был непреклонен. Пришлось даже встать для того, чтобы более убедительно вещать сверху вниз.

— Не надо мне ничего доказывать, ладно? Я верю, что ты прекрасный воин. Я видел тебя один раз в бою — мне этого достаточно. Я не хочу туда идти не потому, что мне неинтересно, а потому что… В общем, родичи твои могут незаслуженно пострадать.

— О-о-о! Так ты меня там защищать от всех будешь, если придёшь?

— Не без этого.

— Отличная идея! Мне нравится! Я переговорю с Ратибором, думаю, он разрешит. Скоро вернусь!

Настя попыталась уже куда-то сбежать, но тут же была поймана.

— А ну стоять! — строго сказал я. — Что ты там уже напридумывала⁈

— Как что? — неподдельно удивилась Настенька, будто я должен был прочитать её мысли и сам догадаться. — Мы будем в одной команде, и ты будешь меня прикрывать. А заодно наши воины потренируются сражаться