12 историй о настоящей любви (сборник) - Мэтт Пенья

Да, больше всего на свете мне хотелось ощутить ее прикосновение, но в то же время было очень страшно. Ведь я слишком хорошо себя знал. Непонятное чувство охватило меня с такой силой, что все мысли смешались. Глаза в глаза, рука в руке. Тело просто звенело от напряжения.

– Отличный подарочек, – с трудом выдал я наконец.

Она переплела пальцы с моими, и несколько долгих секунд мы просто смотрели друг на друга, не произнося ни слова. На мгновение мой взгляд спустился к ее губам, но я тут же приказал себе снова посмотреть ей в глаза. Лицо Хейли посерьезнело, и она тихо откашлялась.

– Мне надо кое в чем признаться. Кое в чем не очень хорошем.

– Хм-м, – нервно выдавил я, опасаясь, что она уберет руку.

– Вообще-то я не тянула до последнего. Билет на самолет у меня был уже давно.

Мой пьяный мозг не сразу понял смысл того, что она сказала. Получается, она решила не лететь домой. Значит, она чего-то избегает. Или кого-то. Сердце гулко бухнуло в груди.

– Но я так и не поехала в аэропорт.

– Почему?

– Потому что струсила. – Хейли села ко мне чуть ближе. – Теперь ты меня презираешь?

– С чего вдруг?

Она пожала плечами.

– А что тогда ты думаешь обо мне?

Я на несколько секунд застыл, глядя в свой бокал. А потом поднял глаза и произнес:

– Я думаю о том, каково это – поцеловать тебя в щеку?

Хейли глубоко вздохнула и сжала мою руку.

– Может, стоит проверить?

Но когда я наклонился к ее левому уху, она вдруг повернула голову, и я поцеловал ее в губы.

Едва прикоснулся к ее губам, и тут же отстранился, глядя на нее. Наши взгляды встретились. И у нее, и у меня грудь быстро поднималась и опускалась. Без раздумий я обхватил ладонями лицо Хейли, как можно нежнее, и снова поцеловал ее. На этот раз дольше. По-настоящему. И она ответила мне.

Не прерывая поцелуя, она прижала меня к спинке дивана. Ее пальцы тянули меня за волосы, а я медленно вел руками вниз по ее теплому телу.

– Что мы делаем? – выдохнула она мне в ухо.

– Не представляю, – отозвался я и снова поцеловал ее.

И растворился. В ее губах. Ее прикосновениях. Хейли и я. Она приготовила мне ужин, а теперь мы с ней вдвоем на диване. Это невероятно. И тут на несколько мгновений моя душа от восхищения покинула тело. Я парил под потолком и с изумлением смотрел на все сверху. Затем я заставил себя вновь сосредоточиться на ее губах, на ее животе под моими ладонями и материализовался вновь.

Все, что я чувствовал, было таким… живым.

Словно я вдыхал целый мир разом.

Спустя несколько минут я перевернул Хейли на спину и прижал ее руки к дивану. А потом отстранился и внимательно посмотрел на нее. Мы оба тяжело дышали, желая продолжения.

– В чем дело? – спросила она.

– Мне хочется большего.

Она закрыла глаза, а потом медленно открыла их снова.

– Я знаю, но…

– Хочется узнать, каково это – быть с тобой.

Она не ответила, и тогда я снова наклонился к ней. Мы целовались еще и еще, но теперь прилив энергии был таким мощным, что мой разум совсем затуманился. Я стал расстегивать ее блузку, одну пуговицу за другой, а потом скользнул руками по спине. Застежка лифчика щелкнула…

И тут Хейли остановила меня.

Повернув голову, она вывернулась из моих объятий, быстро застегнула лифчик и принялась за пуговицы блузки.

– О, черт, – я смотрел на нее, а в животе будто метался рой бабочек. – Черт, я зашел слишком далеко, да?

Она не отозвалась сразу, и тогда я окликнул ее:

– Хейли?

Она встала и застыла, прижимая ладони к лицу. Когда через несколько секунд она опустила их, в глазах читалась тревога.

– Что я делаю?

– Это я виноват…

Хейли хотела убрать со стола наши полупустые бокалы, но вдруг поставила их обратно, подошла к двери и распахнула ее.

– Извини, но я вынуждена попросить тебя уйти.

– Прости, Хейли. Меня занесло…

– Пожалуйста, Шай, – отрезала она.

И даже не посмотрела в мою сторону. Вот что, пожалуй, было хуже всего. Если бы она взглянула на меня, то увидела бы, что я искренне сожалею, и все наладилось бы. Но этого так и не произошло.

– Ладно, – я вышел на лестницу, нажал кнопку вызова лифта и уставился в пол, услышав, как за спиной захлопнулась дверь.

В рождественское утро Хейли не пришла мыться.

Мы с Оливкой сидели на диване в гостиной, ждали, что она постучит в дверь, но так и не дождались.

Я уставился в раскрытую книгу, но на самом деле не читал, а пытался рассмотреть события прошлой ночи со всех возможных точек зрения. И каждый раз все сводилось к одному и тому же – ко мне. Я ведь знал, что у нее есть парень. Да, она не полетела домой – значит, у них сейчас не ладится, или что-то вроде того. Но все равно. Я зашел слишком далеко.

Почему же это вечно именно я?

Тот, кому хочется большего.

Из-за трехчасовой разницы во времени домой я позвонил только в полдень. Поговорил немного с отцом, но в основном болтал с сестренкой. Мы пожелали друг другу счастливого Рождества. Она описала все блюда, которые готовила к празднику. Сказала, что отец собирается заехать в Чула-Виста и привезти оттуда бабушку, а вместе с ней – целую гору домашних тортилий. Потом они с цветами отправятся на кладбище.

– Но без тебя все будет не так, – сказала она.

– Да уж.

– Нет, серьезно. Я же первый раз поеду туда без тебя, – она помолчала. – Ты только не вздумай провести этот день один, Шай. А то мне будет совсем грустно.

– Нет, что ты. Ко мне тут друзья придут, мы запечем окорок и всякое такое. Все будет просто супер, не парься. – Я переложил трубку из одной руки в другую. – Хотя я бы лучше провел этот день с вами.

– Кстати, у Орешка уже получше с зубами. Судя по тому, что он теперь постоянно клянчит у нас еду – и все из-за тебя.

Я улыбнулся, вспомнив, как тайком скармливал псу остатки обеда.

Мы с сестренкой поболтали еще немного об отце, который, по ее словам, тоже пошел на поправку. А потом я сказал, что мне надо готовиться к приходу друзей, и мы попрощались. Перед тем как отключиться, я сказал:

– Эй, Софе!

– Что?

– Держись подальше от парней.

Я принял душ, не закрывая дверь ванной, и надел лучшую рубашку из тех, что взял с собой, когда собирался сидеть с кошкой. И даже намазал волосы гелем Майка – слегка, чтобы пригладить непослушные вихры. А потом уселся с Оливкой на диван и стал читать, но все-таки прислушивался, не раздастся ли стук в дверь.