Эйта - Варвара Лунная

Эйта задумалась, в словах князя была немалая доля истины.

— Мне гарантии нужны, — сказал Еремей.

— Мне тоже, — Эйта усмехнулась. — Я до тебя спокойно жила, хочу и дальше так же.

— Давай так, — Еремей сел. — Я даю тебе слово, что ничего против тебя делать не буду. — Погоди, — не дал он себя перебить. — Дай закончить. Я даю тебе своё княжеское слово, я обещаю, что охотиться в твоей стороне будут редко, а если и будут, то слишком близко к тебе подходить не станут. Погоди, — он поднял руку, не давай Эйте сказать. — Во время охоты в этом лесу тебе будут отдавать часть добычи, ну там утку или зайца. Ну может ещё муки подбрасывать и крупы какой. Но только мне и от тебя гарантии нужны, что ни мне, ни моей семье и моим людям ты вредить не будешь.

— Я тебе слово дам.

— Что мне твоё слово? — усмехнулся Еремей. Эйта нахмурилась.

— А мне твоё? — спросила она.

— Я князь, — теперь пришла очередь сердиться Еремею.

— И что? Князей обманщиков не бывает?

— Разве я тебя хоть раз обманул? — спросил мужчина. — По–хорошему, я с тобой сейчас не разговоры разговаривать должен, а просто снести тебе голову с плеч и всё, все мои проблемы бы разрешились.

— Ой ли, — усмехнулась Эйта. — А не боишься, что с моей смертью на весь твой род проклятие ляжет?

— Про это я не думал, — честно признался Еремей. — Но я тебя не убиваю не по этой причине. Да, ты живёшь тут в глуши давно и, как я понимаю, ни ты не предшественница твоя никакому князю не подчинялись.

Эйта согласно кивнула.

— И боги с вами, не подчиняйтесь дальше, не сильно мне служба твоя нужна. Но людей моих не трогай.

— Вот, я набрал, — Егор ввалился в дом. — Полное, — показал он ведро князю и хозяйке.

— Спасибо, — кивнула Эйта. — Ты прости, угостить мне тебя не чем.

— Ой, что ты не надо ничего, — Егор смутился. — У нас для тебя тоже нет ничего, всё съели, пока тебя ждали. А вы тут как решили что?

— Егор, скажи, давно ты у меня служишь?

— В дружине второй год, а до этого в учениках при дружине бегал, — растерянно ответил парень.

Тогда скажи Эйте, видел ли ты чтобы я когда своё слово не сдержал.

— Нет, не было такого, — Егор удивлённо посмотрел на своего князя.

— Видишь? — Еремей обратился к Эйте. — Я слов на ветер не бросаю.

— Амулет, — Эйта протянула ладонь.

— Что я взамен получу?

— Я слово дам что пока меня не трогают, я тебя не трону.

— Меня, мою семью и моих людей.

— Только тебя с семьёй, — возразила Эйта.

— И ещё, ежели тебя покажется что я тебя обижаю чем, ты сначала придёшь ко мне и узнаешь, действительно ли то я, или нас просто кто‑то поссорить хочет.

— Ну уж нет, — фыркнула Эйта. — Я приду, а ты меня в городе и убьёшь. Там‑то, поди, проще и народу побольше, подсобят, коли сам не справишься.

— Я же слово дал что тебя не трону, — напомнил Еремей. — Это не только леса касается.

— Ладно, — подумав, решила Эйта. — Амулет.

— Твоё слово, — Еремей склонил голову на бок.

— Сначала ты.

— Ладно, — князь отдал девушке оберег, и сердце у него сжалось, а ну как сейчас обманет.

— Даю тебе слово, князь, что ни тебя, ни семью твою без весомого повода не трону, а если повод появится, то сначала предупрежу, что уговор наш больше не действует.

— И Миладу расколдуй, — добавил Еремей.

— А, да, — Эйта полезла по полку и достала оттуда серьги с большими жемчужинами. Доставая их, она что‑то шептала. — Готово, — девушка спрыгнула на пол и протянула серьги князю. — Можешь забрать, раз так боишься. Только взамен мне большой мешок муки привезёшь, кур двух, нет трёх и хлеба с молоком. И не смотри на меня так, серьги эти дочь твоя мне в плату за оберег оставила.

— Так амулет же теперь у тебя, — не удержался Егор.

— А это к тому делу никакого отношения не имеет, — возразила Эйта.

— Привезут тебе всё что просишь, — Еремей зажал серёжки в кулак, а потом разжал его снова. — Их носить‑то можно? Или они проклятые?

— Можно, сняла я с них наговор.

— То есть Миладе лучше станет? — уточнил Еремей.

— Со временем станет, коли силёнок поправиться хватит.

— Это как? — князь нахмурился. — Ты же сказала что проклятие сняла.

— Я и сняла. Только ведь болезнь ею уже владеет. Теперь проклятия нет и она сможет выздороветь. А пока было не смогла бы.

— Это точно?

— Ну я же сказала, ежели силёнок хватит.

— А как сделать чтобы точно хватило? — не унимался князь. — Ты сделай, — потребовал он.

— Вот ведь пришёл на мою голову, — Эйта вздохнула. — Ладно, приготовлю я тебе отвар, только время на него нужно немного. Ступайте, погуляйте часок. Можете на озеро сходить, русалок покормить, — добавила она хитро. — Здесь переждать нельзя, — опередила она невысказанную просьбу. — Всё, уходите, когда готово будет, позову, — девушка кивнула на дверь.

Мужчины вышли. Егор всё смотрел на хмурящегося князя и боялся что‑нибудь болтнуть не нужное. Ему было очень любопытно о чём говорили Эйта с князем, пока он за водой бегал, ну да спросить парень не решился.

А Эйта сначала устало опустилась на лавку, но потом заставила себя подняться и начать готовить укрепляющий отвар для Милады. Она кидала в котелок травы, нашёптывала заклинания и надеялась, что князь не обманет и будет её жизнь прежней, ну почти прежней. И может быть, думала девушка, это не так уж плохо, что город рядом. Раньше к ней полтора дня ходу было, а теперь ближе, и больше народу приходить сможет. Жить станет сытнее и проще. Опять же, если князь слово сдержит, будут ей и дичь и зерно привозить, тоже хорошо, так зимовать проще будет, да и сейчас можно будет чаще себя баловать.

Часть 7

Со дня возвращения князя от Эйты прошло две недели, а княжне Миладе лучше не становилось. Она так же не вставала с постели и ослабела до такой степени, что уже почти ничего не ела.

— И за что ты этой ведьме зерно с мукой отправлял? — ругалась княгиня. — Где её помощь? Обманула она тебя, и амулет забрала, и не сделала ничего.

Еремей только хмурился, да сжимал кулаки так, что ногти в ладонь до крови врезались.

— Княже, так внизу колдунья лесная, — шёпотом сообщила служанка Милады, которой разрешено было в горницу заходить.

— Легка на помине, — зло прошипела княгиня. – Ну, я ей сейчас.

— Тут сиди, — строго велел князь и поспешил вниз.

— Здравствуй, князь, — Эйта слегка склонила голову.

— И тебе хотел бы пожелать того же, да не могу, — промолвил Еремей. — Обманула ты меня, Эйта.

— На дочь твою можно взглянуть? — спросила девушка.

Она потому и пришла, что Улеб рассказал ей, что по городу упорно ходят слухи, что ещё день–другой и предстанет молодая княжна перед отцом всего живого — Небом, а тело её отдадут Матери Земле. За самой колдуньей вины не было, она своё проклятие сняла, как и обещалась, и отвар сварила настоящий, не лукавя. Но в том, что в смерти княжны Еремей её обвинит, не сомневалась. Но ой как же страшно ей было в город идти. Уже дойдя, Эйта долго стояла на границе леса, а потом шла по улицам к княжьему терему, а сердце в груди стучалось как дятел: тук–тук–тку–тук–тук. Девушке казалось, что все вокруг знают кто она и смотрят обвиняющее. О том, что смотрят потому что одета она несколько нелепо, ей в голову как‑то не пришло.