Генерал Дима. Карьера. Тюрьма. Любовь - Ирина Якубовская

В марте 1992 года генерал армии Кобец, в то время министр обороны, добился возвращения Якубовского в Россию.

Произошло это не сразу. Почувствовав, что есть шанс вернуться в Москву, Дима пригласил знакомого генерала в Швейцарию.

Познакомились они давным-давно. И сразу подружились. А потом этот генерал попросил Диму сделать избирательную кампанию Константину Ивановичу Кобецу, в то время начальнику связи Вооруженных Сил. Требовался специалист по тому профилю, который на Западе называется «public relation». Дима пригласил для ведения избирательной кампании своих друзей: известных артистов, писателей, музыкантов.

Почему он решил взяться за новое для себя дело? Просто потому, что захотелось узнать, может ли он как-то влиять на такой процесс, как выборы. Это был, в первую очередь, эксперимент на самом себе. Кобец стал народным депутатом.

Генерал по приезде в Москву встретился с Кобецем и рассказал, что Якубовский жив, здоров и рвется на Родину. Но вернуться Дима был готов лишь в том случае, если за ним прилетит генерал Кобец. Это было бы гарантией, что Якубовский нужен.

Решения своей судьбы Дима ждал в Канаде. В Канаду Константин Кобец не полетел — далеко, а предложил встретиться в Цюрихе. Для Димы это не было проблемой.

Генерал Кобец приземлился в аэропорту Цюриха вечером 6 марта 1992 года. Якубовский пригласил его поужинать в известном ресторане «Джеки». А утренним рейсом 7 марта оба вернулись в Москву.

Диме, как всегда, ехать было некуда. Он заказал себе гостиницу. Кобец предложил ему должность помощника и один из своих кабинетов в Белом доме — огромный, с приемной и комнатой отдыха. А потом Владимир Шумейко пригласил Диму на работу в правительстве. Появился документ на официальном бланке.

Каждый день Дима шел на свою почетную службу. Его кабинет № 418 располагался в знаменитом здании на Старой площади, на 4-м этаже, где когда-то сидели помощники Генерального секретаря. У Димы со всеми сложились хорошие отношения. У него такой стиль работы, который, как правило, высоко ценится. Во-первых, Дима никогда не задает вопросов, а во-вторых, все делает сам: от подготовки документа до исполнения. Якубовского не приходится ни подгонять, ни контролировать.

Его подъем по служебной лестнице напоминал движение скоростного лифта. Промежуточные этажи только мелькали. Увы, все детали мне не известны.

К сожалению, ещё не пришло время открыть все карты. «По прямому указанию Баранникова мы провели несколько закрытых операций, которые дали большой плюс нашему государству. Ловили рыбу на раздражителя. Раздражителем был я. Но об этом я расскажу лет через пятьдесят», — говорит Дима.

Итогом этой работы и явилось историческое решение о присвоении Якубовскому должности полномочного представителя.

ПРАВИТЕЛЬСТВО РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Распоряжение От 17 сентября 1992 года № 1727-рс Город Москва О полномочном представителе правоохранительных органов, специальных и информационных служб в Правительстве Российской Федерации.

1. Учредить должность полномочного представителя правоохранительных органов, специальных и информационных служб в Правительстве Российской Федерации.

2. Утвердить Положение «О полномочном представителе правоохранительных органов, специальных и информационных служб в Правительстве Российской Федерации».

3. Назначить Якубовского Дмитрия Олеговича полномочным представителем правоохранительных органов, специальных и информационных служб в Правительстве Российской Федерации. Федеральному агентству правительственной связи и информации при Президенте Российской Федерации заместить должность полномочного представителя правоохранительных органов, специальных и информационных служб в Правительстве Российской Федерации офицером (генералом) Федерального агентства правительственной связи и информации при Президенте Российской Федерации с зачислением его в действующий резерв Федерального агентства.

Первый заместитель Председателя Правительства Российской Федерации В. Ф. Шумейко.

Но эта должность требовала аттестации. Возник вопрос: где? Вариант КГБ отпадал, поскольку Дима собирался и впредь ездить в Канаду и не хотел создавать себе помехи. О внешней разведке по той же причине и речи не было. С Министерством обороны связываться не стали. Методом исключения выбрали ФАПСИ — Федеральное агентство правительственной связи.

Армейскую службу Дима закончил рядовым, а после окончания института ему присвоили звание лейтенанта запаса. Ясно, что лейтенант не мог быть полномочным представителем силовых ведомств, и приказом Министерства обороны Якубовскому присваивают звание майора, а буквально на следующий день его сделали полковником. Звание генерала Диме дала молва.

Когда Главная военная прокуратура захотела опротестовать полковничьи звезды Якубовского, то смогла придраться только к двум обстоятельствам. Во-первых, звание майора присвоили незаконно, поскольку в случае, когда происходит повышение через три ступеньки, положено объявлять об этом в торжественной обстановке. Во-вторых, звание полковника было присвоено в связи с зачислением на действительную воинскую службу, но при этом необходимо было пройти медицинскую комиссию, которую Якубовский не прошел. «И заразил доблестную Красную Армию СПИДом», — не без сарказма добавил Дима. Интересно, что сам главный военный прокурор Паничев, обжаловавший звания Якубовского, ухитрился из капитана запаса сразу сделаться генерал-лейтенантом.

«Он уважать себя заставил»

В 1992 году Россия находилась в сложном положении. Советский Союз уже распался, а новая республика ещё не успела набрать очки на мировой арене. Нас резко перестали уважать на Западе. И тогда возникла задача попробовать их напугать, причем не на государственном уровне, но чтобы это возымело действие. Грубо говоря, идея была «благородная»: если не дадите денег, не удержим ситуацию.

Решено было произвести какой-то несанкционированный ракетный запуск. А по договору страны обязаны уведомлять друг друга о готовящихся запусках ракет.

Дима, занимавший в ту пору должность советника правительства, понимал, что осуществить такую идею немыслимо, но можно было сделать так, чтобы на Западе в это поверили. И Якубовский полетел на Северный флот. У него сложились отличные отношения с командующим флотом, который сказал буквально следующее: «Старик, я готов, но мне нужна бумажка».

Тогда организовали визит правительства на Северный флот. Дима составил программу на два дня. Первый день: 7 часов — прибытие самолета, 8 — завтрак. Затем встреча с командным составом флота и т. д. Следующий день: завтрак, выход в море, а между чесанием правого и левого яйца, по выражению Димы, уместился маленький пунктик: запуск межконтинентальной баллистической ракеты. Программа была утверждена на самом высшем уровне. И командующий Северным флотом сказал: «Мне этого вполне достаточно. Будем готовить запуск».

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});