С чистого листа - Эмили Джордж

– Но Джордан наверняка ждет…

– А ты не давай ему того, что он ждет. Удиви его. Наверняка мадам Рено об этом говорила.

– Да, но…

– Беда в том, что ты не уверена в себе, – убежденно продолжала Синтия. – Что ж, единственный способ обрести уверенность – это приобрести опыт. Бет, разве тебе есть что терять?

Все, мысленно ответила Бет.

– Просто сделай это, – настаивала Синтия.

Бет в который раз посмотрела на себя в зеркало. Хватит ли ей храбрости последовать совету подруги?

– И ради бога, хотя бы раз в жизни ничего не планируй. Впрочем, на нашем островке много не запланируешь.

– Мы не на острове, – уточнила Бет. – Мы поселились в «Хэйуорд бич ресорт».

– Что-о?!

– Это была идея Джордана.

– Помолчи, не говори ничего, мне нужно подумать. Я пытаюсь представить всех этих русалок и островитянок в общественном месте, да еще в таком, где Джордана знают. – Синтия расхохоталась. – Прелесть!

Бет невольно улыбнулась.

– Вряд ли Хулио, парнишка, присматривающий за пляжем, сразу его узнал, а менеджеру, который подошел к нам в баре, Джордан сказал, что я его жена.

Синтия на несколько секунд лишилась дара речи. Наконец она сказала:

– Беру свои слова обратно, похоже, ты отлично справляешься и без моих советов. Да мне и некогда больше говорить, в дверь стучат, наверное, приглашают на занятия аквааэробикой. Передай Джордану, что я наслаждаюсь жизнью.

Из телефона понеслись короткие гудки. Бет могла поклясться, что Синтия вовсе не наслаждается жизнью в санатории. Она уже хотела перезвонить подруге, когда в дверь постучали.

– Да?

– Ты в приличном виде? – спросил через дверь Джордан.

В приличном? И это спрашивает человек, с которым она уже привыкла вести себя исключительно неприлично?!

– Да.

Позже Бет еще задаст себе вопрос, не стали ли Лилия, Дженни и русалка навсегда гранями ее личности или все дело в удачном выборе времени, но сейчас она ни о чем таком не задумывалась. В ту же секунду, когда Джордан вошел в спальню, ее полотенце бесшумно соскользнуло на пол.

Кевин мысленно ругался последними словами. Сидеть на дереве было на редкость неудобно, у него постоянно затекали то нога, то рука, то еще что-нибудь. Чтобы проникнуть на территорию санатория, ему понадобилось три часа и все мастерство переговорщика, но он начал подумывать, что потратил этот кусочек своей жизни впустую. Принцесса за это заплатит!

Подобрать в городском универмаге женскую одежду его размера и роста было нелегко, но в конце концов Кевин купил джинсовый костюм, футболку и бейсбольную кепку с большим козырьком. Как выяснилось, переодевался он не зря. Шофер грузовика не обманула: в санаторий действительно не пускали мужчин ни под каким видом. Если бы Кевину даже удалось втиснуться в кузов грузовика и не быть при этом раздавленным контейнерами с провиантом, ему это мало помогло бы: появление мужчины на территории санатория вызвало бы переполох. Но переодетый в женскую одежду, с париком на голове и грубоватым макияжем, он едва удостоился беглого взгляда двух могучих амазонок, охранявших ворота санатория. На обратном пути, если верить той же девушке-шоферу, транспорт практически не проверяют.

Кевин переключил внимание на главный корпус, где располагались администрация, кухня и ресторан. Женщины парами и по трое не спеша шли в сторону ресторана. Пока Кевин не заметил среди них ни одной, чья походка напоминала бы уверенную, решительную поступь Синтии. Но это само по себе еще ничего не значило. На протяжении последнего часа он не раз видел, как официантки катили к какому-нибудь бунгало закрытые тележки с едой. Кевин рассудил, что если сестра Джордана все-таки в санатории, то одна из тележек предназначена ей.

Он нахмурился и изменил позу, отчего ветка под ним жалобно хрустнула. С какой стати он засомневался в том, что Синтия здесь? У него не было никаких оснований для сомнений, кроме собственной интуиции. Беда в том, что, когда дело касалось Синтии, интуиция могла Кевина и обмануть. Это началось в тот день, когда Синтия набросилась на брата, а Кевин бросился защищать босса. Синтия тогда разрыдалась. Кевин привык считать себя невосприимчивым к женским слезам, но слезы Синтии на него подействовали. Возможно, потому, что ее слезы не были проявлением слабости, рыдала она так же яростно, как дралась. И она не пыталась слезами привлечь к себе внимание или добиться своего. Только что она дралась так, словно от этого зависела ее жизнь, а через минуту вдруг разрыдалась. Кевин не придумал ничего другого, кроме как обнимать ее до тех пор, пока она не успокоилась.

Видно, она по-настоящему любила этого подонка Тафта, подумал Кевин. Он знал, что такое предательство со стороны любимого, вот почему Кевин взялся лично следить за Синтией. И она его засекла. Охранник, как и телохранитель, если он настоящий профессионал, никогда не позволяет себе личных чувств по отношению к охраняемому. Кевин допустил ошибку и теперь за нее расплачивается.

Вполголоса выругавшись, Кевин снова поменял позу. До чего же неудобно сидеть на дереве! К тому же он с каждой минутой все больше укреплялся в подозрении, что напрасно мается на этой чертовой ветке. Синтия Хэйуорд, судя по всему, не покажется возле главного корпуса, вероятно, она спокойно сидит в своем бунгало, где Кевин мог бы найти ее ночью без особого труда.

Дождь прекратился, но сквозь плотные тучи не проглядывало солнце, так что не было никакой возможности понять, скоро ли оно сядет. Кевин готов был считать не то что минуты – секунды до этого момента. С заходом солнца активные передвижения обитателей санатория прекращалась, и это означало, что Кевин сможет проникнуть в административное здание и узнать наконец, в каком бунгало остановилась Синтия Хэйуорд. На то, чтобы найти нужное бунгало и удостовериться, что Синтия там, Кевин отводил себе час. После этого… пожалуй, он сможет даже вздремнуть до приезда фургона. На этот раз он уж постарается, чтобы Принцесса не узнала, что он за ней следил.

Глядя, как с Бет сползает на пол полотенце, Джордан отстраненно отметил, что никогда еще его кровь не неслась по венам с такой бешеной скоростью. Кожа Бет в мягком свете настольной лампы казалась фарфоровой. Джордан точно знал, какой она будет на ощупь – прохладной и чуть-чуть влажной. Даже на расстоянии он чувствовал аромат мыла.

На задворках сознания Джордана билась мысль, что он пришел в спальню не просто так, а с какой-то целью, но сама эта цель начисто вылетела у него из головы, стоило ему только посмотреть на Бет. Она стояла обнаженная, и Джордан точно знал, что может овладеть ею в любую секунду – для этого ему достаточно только сделать три шага. От этой мысли у него вскипала кровь.