Четыре жизни. 3. Производственник - Эрвин Полле

В марте 1981 г. Надя организовала празднование моего 40-летия.

Семья молодая, с деньгами не густо. Человек 30 гостей позвали домой, из зала 4-х-комнатной квартиры всё выбросили, расставили соседские столы, положили доски в качестве сидений.

Среди приглашённых большинство с моей работы, несколько Надиных подруг пришли с мужьями, одна пара захватила своего друга — артиста Томской филармонии Володю Акулова. Всё бы ничего, но среди гостей оказался Толя Быков, мужик примерно моего возраста, начальник цеха нефтехимического комбината, приехал в Томск из Новополоцка, год вместе жили в служебной квартире. Вызовники сумели оценить певческие способности Толи, в молодости он, по слухам, пел в Воронежском хоре.

Обычное российское застолье, море водки, изобилие еды, шум-гам, танцы в коридоре. Неожиданно центральным запомнившимся событием вечера стала конкуренция певцов. Изначально Володя и Толя случайно сели за стол в противоположных углах комнаты. Выпили, закусили и одновременно начали петь, красиво петь, но разные песни. Пытаются возвысить собственный голос над общим разговорно-музыкальным шумом застолья, перепеть соперника. Певческий «конкурс» приобретает драматический характер, в глазах обоих злость, из голоса выжимают максимум децибел. Пение продолжалось, даже когда гости выбирались из-за стола покурить и потанцевать. Пытался говорить с Толей, бесполезно. Назревала возможность кулачного боя, я не понимал, как их успокоить. Помогло радикальное решение, Володю принудительно отправили домой. Толя сразу прекратил петь.

Позже начал интересоваться причинами любопытного феномена, выяснил, в музыкальном мире широко распространена ситуация, когда теноры ведут себя как бойцовые петухи. Впрочем, известно, великие теноры современности Паваротти, Иглесиас, Доминго дружно ездили по миру «рубить капусту», одновременно радуя людей своим творчеством.

Росла Юлия, молодая семья обзавелась постоянными застольными друзьями.

Много лет в нашей с Надей компании две пары, связанные со мной по службе: Лабзовские и Слижовы, многократно упоминаются в «ТНХК. Хроника». Сергей и Юра, одногруппники химфака, по гороскопу, как и я, змеи, только на один цикл моложе (~ 12 лет), соответственно и кончили в 1975 г. родной университет. Сергей Лабзовский — первый, кого я принимал на работу в ЦЗЛ, через две недели после собственного трудоустройства. Практически весь период моей работы на ТНХК Сергей работал заместителем (формальным и неформальным), а после моего вынужденного ухода с комбината возглавлял то, что осталось от научно-исследовательского центра. Никогда не жалел о своём выборе, Сергей осторожен в конфликтных ситуациях, но не продажный. Кстати, ещё вызовником-одиночкой присутствовал на свадьбе Сергея и Натальи, постоянно ощущаю доброжелательное отношение семьи Лабзовских, включая детей и мать. Немало внеслужебных увлечений нас объединяют: рыбалка, грибы, возня на садовом участке… Уже после моего ухода с ТНХК совместно с Сергеем организовали небольшой бизнес, связанный с ускорением созревания фруктов, каждый имеет в месяц ~ 2500 рублей, мелочь, конечно, но приличная добавка к моей пенсии.

С Юрой и Таней Слижовыми мы познакомились несколько позже, когда Таня устроилась на работу в ЦЗЛ. Дружба началась, когда Юлия и дочка Слижовых Аня начали ходить в одну ясельную группу, затем девочки учились в одном классе, в одной группе университета. Неразлучные подружки как бы дополнительно склеивали семейные пары, много лет праздники, дни рождения мы проводили вместе. С Юрой (в последние годы декан химфака университета) мы много сотрудничали в научной сфере и в области подготовки кадров. Организовали филиал кафедры органической химии университета при научно-исследовательском центре ТНХК, пробив решение через два московских министерства. Считаю, опыт подготовки высококвалифицированных кадров «для себя» был удачен, да и я поддерживал лекторский «тонус». Не один год Юра выполнял оплачиваемые хоздоговорные работы для ТНХК по моему заказу. Несколько лет Слижов возглавлял в качестве совместителя лабораторию хроматографии научно-исследовательского центра, ушёл, как и Таня, к сожалению, когда у меня возникли серьёзные производственные проблемы. Оставшись безработным, просил Юру помочь устроиться в университет хоть на полставки. Увы!

Надя была коммуникабельной женщиной, имела больше подруг и приятелей, часть из них стали нашими семейными друзьями.

Самое доброе отношение у меня осталось к Поповым Володе и Наде и Юсуповым Гале и Шамилю. Галя Юсупова — бескорыстная подруга Нади ещё со времён Надиной работы на приборном заводе. Женщина трудной судьбы с отличным образованием (авиационный институт) в возрасте далеко за 60 почти без выходных торгует в киоске, чтобы прокормить мужа и как-то помочь дочери, попавшей в беду благодаря авантюристу-мужу. А Шамиль (умер в 2006 г.) сошёлся с Галей, имея пять детей. И такой груз маленькая ростом, худенькая, но великая духом Галя тянула много лет. Кстати, Галя читала кое-что из мной написанного, дала хорошие отзывы, рассказывала, как она плакала над отдельными страницами семейной хроники «Отец и сын».

Поповы — удивительная пара. Володя — строитель, широколобый, невысокий, наполовину немец, родом из Боготола Красноярского края. Надя — филолог, чистая татарка (блондинка!), внучка богатого томского купца. Четверо детей, причём «обошли» Поповы нас, когда родили двойню лет 25 назад. Моя Надя долго не могла этого пережить. Неразлучные крупногабаритные братья-близнецы абсолютно непохожи друг на друга: один чистый татарин, другой — типичный русак. Пока дети были маленькие, мы много времени проводили семьями, мою Надю возмущала система воспитания «попят». Совершенно голые Наташа (ровесница Юли, на три года старше близнецов) и Андрей с Сашей бегают по квартире, в которой идёт капитальный ремонт, возятся в ящике с гвоздями, таскают инструмент. Мы с Надей старались не смотреть (предпочитали пить, не глядя) на это «безобразие», ничего, выросли здоровыми. Володя — хитроватый мужик-труженник, антипод собственной жене, умеющий приспосабливаться к изменениям нашей жизни и «надувать» любимое государство, постоянно «на плаву», семью обеспечивает, да ещё и многочисленным родственникам помогает. В последние годы между Володей и моей Надей «пробежала чёрная кошка», точно не знаю, не вмешивался, но что-то связано с финансовыми обещаниями. На похоронах Нади, на 9 и 40 дней Поповы были и совершенно искренне оплакивали её уход.

Были у Нади подруги, с которыми её объединяла семейная неудовлетворённость, соответственно рестораны и мужские компании. Эти подруги помогли нам в первой фазе сближения, все они здравствуют, поэтому не буду называть, но позже Надя их отодвинула. Кстати, мужья неудовлетворённых подруг хорошо меня принимали, за исключением, конечно, Вьюгова — мужа Нади.