Мне страшно любить тебя (СИ) - Эммануэль Ласт

— И, как мне кажется, получилось прекрасно, — Данила улыбнулся. — Или нет?

— Да, мне с тобой хорошо…

— Нам обоим, — он чмокнул ее в лоб, нежно шлепнул по ягодице. — На связи, да?

Полина хотела сказать, что не уверена, что секс без обязательств ее интересует, но не смогла выдавить из себя ни слова. Страх закончить все на этой ноте оказался сильнее страха потерять себя.

Данила встал, она поднялась следом. Как была, обнаженная, проводила до двери и, получив на прощание еще один короткий поцелуй, осталась одна.

Прижалась лбом к холодной стене и зажмурилась. Да что же это с ней, откуда столько тоски!? И зачем просила остаться! Наверняка в его глазах выглядела полной дурой!

За стеной ожил и зашумел лифт. Полина, не глядя, коснулась рукой выключателя, погасив на кухне свет, и подошла к окну. Дождалась, пока Данила выйдет из подъезда, и проводила взглядом до калитки.

Походка размашистая, как у борца. Плечи чуть завалены вперед, голова опущена и в руке неизменная электронная курилка.

Полина отвернулась. Часы над холодильником показывали двадцать три — семнадцать. Выходит, они провели вместе меньше двух часов?

Теперь понятно, откуда чувство, будто ее использовали. Полина хмыкнула и покачала головой. Как он сказал, будем на связи? И даже номера телефона на оставил!

Она села к столу и разблокировала смартфон. Из всего количества информационного спама только одно сообщение привлекло внимание:

— Чем занимаешься?

Интересно, если она предложит тайному поклоннику переспать, он тоже сразу потеряет интерес?

— Пью чай, — ответила Полина. И следом в порыве какой-то дикой злости добавила. — Голая.

— Ого, — незнакомец задумался. — Хотел бы я посмотреть.

— Только посмотреть? — не унималась Поля.

— А ты бы позволила большее? — последовал вопрос.

— Нет!

Конечно, нет, глупости, что на нее нашло!

Полина вернулась в спальню и накинула на плечи халат. Ее постель была похожа на побоище. От воспоминаний низ живота сладко потянуло, но она заставила себя переключиться. Поменяла постельное белье — не хватало еще, чтобы Ульяна на нем спала, после всего того, что они тут вытворяли, и вернулась на кухню.

Ткнула в экран — сообщение прочитано и оставлено без ответа. Что ж, так даже лучше — в один вечер лишиться двоих потенциальных ухажеров.

Можем, умеем, практикуем!

Злость сменилась усталостью и Полина, забив на уборку, отправилась в душ.

Пусть будет как будет, ей уже все равно.

Праздник Ульяны прошел на ура.

По-крайней мере, улыбка с лица дочери не сходила весь день — спасибо бабушке и дедушке, которые помогли Полине арендовать детскую комнату в батутном центре и аниматора, что развлекал детей, пока взрослые отдыхали.

И вели важные беседы.

— Я переспала с Данилой. Опять, — вздохнула Поля и открыла пакет с апельсиновым соком.

Кира вытянула губы трубочкой и многозначительно подняла брови.

— И все? А где подробности?

— Извините, — в комнату заглянул администратор детского центра. — Мы готовы вынести торт.

— Минут через двадцать — тридцать, хорошо? Они только что перебили аппетит картошкой фри, — девушка кивнула и вышла, а Полина приземлилась на стул рядом с Кирой. — Вроде, ничего не делаю, а устала, как не знаю кто.

— Ты, давай, с темы не съезжай. Что, на этот раз раскрепостилась без помощи алкоголя?

— Ага, с помощью его рук… и не только, — Полина улыбнулась — воспоминания еще будоражили ее воображение и, вместе с тем, напоминали о суровой реальности. — Он не остался до утра.

Кира пожала плечами.

— И радуйся, зато никого не пришлось завтраком кормить.

— Мне было обидно.

— Только не говори, что почувствовала себя использованной? — Полина кивнула и Кира закатила глаза.

— Я почувствовала себя удобной… типа безотказной. Такой, знаешь…

— Не знаю и знать не хочу, — перебила ее Кира. — Никогда не говори о себе в таком ключе! Это не ты для него удобная милфа, а он — мальчик на побегушках. Когда захочешь, тогда и позовешь.

— В том то и дело, что он ушел, не оставив своего номера.

— О, — Кира сделала глоток. Апельсиновый сок не апероль, но и так сойдет. — Велика потеря! Найди себе другого — сайты для интернет знакомств зачем? Свободная женщина твоего возраста может позволить себе все, что угодно.

— Вот я и позволила… что потом пришлось постель перестилать.

— Слушаю тебя и у самой йони (санскритский термин, часто используемый для обозначения влагалища (как, например, в «Камасутре») — прим. Автора) радуется. А фото его есть?

Глава 28

Поля задумалась.

Сама она Данилу не фотографировала, но Паша на своей странице вКонтакте сто процентов выложил отчет о прошедшей днюхе. Поля потратила несколько минут на поиски и протянула Кире телефон.

— Хорош, ну… Полюсь, у такого красивого молодого мальчика на тебя стоит — пользуйся моментом!

— Я пользуюсь… а еще немного боюсь…

— Тебе хорошо? — она молча кивнула. — Вижу, что хорошо! Так получай удовольствие без зазрений совести.

— А если я влюблюсь? Судя по всему, Даниле от меня кроме секса ничего и не нужно.

— То есть мысль о том, что ему тоже с тобой хорошо, а иначе он и не появлялся, ты не рассматриваешь?

— У мужчин это как-то по-другому работает, разве нет?

— Да, но не всегда. К тому же, большой плюс — он уже знает о твоей дочери, и его это не пугает.

— Вроде нет, — ответила Полина и немного приободрилась.

— Значит, у вас все может получиться!

— Если он захочет.

— Я, кажется, уже говорила, что ты неисправима, да? — Кира шлепнула Полину пластиковой ложкой по лбу и улыбнулась. — Если он тебе так нужен, сделай так, чтобы захотел. Женщина ты, в конце концов, или нет?

И протянула Поле ее же смартфон.

Во входящих вКонтакте висело непрочитанным одно сообщение, следом за которым пришло уведомление о добавлении в друзья.

— Привет, это Данила. Дочку с днем рождения — если что я тут на связи.

— Сам написал… — выдохнула Поля и от радости захотелось подпрыгнуть до небес.

— Что я тебе говорила, — довольно улыбнулась Кира и салютовала детским стаканчиком с соком.

И Поля, ответив на сообщение смайликом, очень надеялась, что подруга и в этот раз окажется права.

Данила уходил от Полины с приятным чувством сытости.

Причем, во всех смыслах — она оказалась не только прекрасной хозяйкой, но и не менее талантливой любовницей.

Черт, что делали с ним ее прекрасные мягкие губы — от одних только воспоминаний перехватывало дыхание и вожделение, дикое, словно ему опять было шестнадцать, накрывало с головой.

Полина была нежной и податливой, такой, как Даниле нравилось — то безропотно следовала за его