Астроведьма против ну просто Настоящего Принца - Наталья Шевцова

с гневного кошкиного на понятный человеческий перевожу и для вас: Мерзулиас — это её Маркизы бывшая великая любовь, он же по совместительству фамильяр моего отца. И в прошлом году, то есть, двенадцать месяцев назад, именно он был моим вторым пилотом на соревнованиях. Не знаю, что там между ними произошло, да и, откровенно говоря, не хочу знать, но на данный момент времени ни Маркиза, ни Мерзулиас слышать не хотят друг о друге. Поэтому я решила, что для меня же безопасней, да и спокойней тоже будет, если я не буду мешать Маркизе очищать метлу от эфемерных (то есть, существующих только в её воображении) остатков нечестивых следов Мерзулиаса. Более того, у меня были гораздо более важные дела, такие, например, как поспать ещё часок. И потому я вернулась в постель и уже почти даже положила ухо на подушку…, когда раздался стук в дверь…

«Ну уж нет, сегодня моему альтруизму ни за какие коврижки не победить мой эгоизм!» — ввела я новое правило реагирования на нежданно-непрошенный стук в дверь по утрам и решительно положила ухо на подушку, планируя полноценно и добросовестно доспать свои уже… 58 минут. Однако тот, кто стучал, был настроен не менее решительно, чем я, и, в связи с этим, очень скоро в дверь начали до неприличия громко тарабанить и даже звать меня по имени. И, к моему глубочайшему сожалению, голос я не только узнала, но и с печалью и тоской поняла, что поспать вряд ли удастся… Однако если я решила, то уж решила. В общем, я пошла на принцип и активировала полог тишины, и блаженная тишина настала. После чего я, вполне довольная собой, снова попыталась доспать свои теперь уже… 53 минуты.

«Вот неугомонная! — подумала я о своей самоуправке-кошке, когда до меня следом за антисептиком донёсся запах кофе. — Неужели она решила мою метлу ещё и кофе обработать? Интересно зачем? Ладно, спрошу через… — и открыла глаза, чтобы посмотреть на часы.

— Диана, подъём, моя ненаглядная! — издевательски протянула кареглазая рожа, принадлежащая ещё одному в моей жизни самоуправцу, проникшему в мою комнату не только без приглашения, но ещё и без разрешения. — Я подумал, что с утра тебе не помешал бы стаканчик чего-то ободряющего! — и протянул мне ароматный напиток. Кофе я забрала и даже сделала глоток, достаточный, чтобы оценить божественный вкус, но присутствие принца-взломщика от этого не стало для меня более желанным. Наоборот, его возмущающе-наглая и раздражающе-бодренькая физиономия вызывала во мне исключительно враждебные эмоции и два агрессивных желания: первое — плеснуть в его самодовольную рожу горячей жидкостью, что я бы обязательно сделала, если бы не было так жалко расходовать на него такую вкуснятину; второе — отправить его куда-нибудь, например, назад в его же комнату, что я попыталась сделать, но безуспешно.

— Ди! Ну что, легче стало? — поинтересовалась наглая, так никуда и не испарившаяся рожа.

— Так нечестно! — застонала я. — Я тебя в твою комнату даже отправить не могу, а ты в мою залезть можешь!

— Так ты же пыталась магией, а я всё сделал отмычкой… — ухмыльнулся он. — Мы можем вместе магичить, но не можем воздействовать друг на друга против воли другого, забыла?

— Что ты здесь делаешь? — обиженно-злобно фыркнула я от того, что не просто забыла, но ещё даже толком не разобралась в хитросплетениях этой проклятой родственной магии. — Гонки только через три часа! И мы вчера договорились встретиться уже там! Как же я тебя сейчас не…

— Отцу стало хуже этой ночью…

— Я… мне жаль… но… я не понимаю…всё равно…? — пролепетала я, вылезая из-под одеяла и усаживаясь на подушках.

— Я хочу, чтобы мы ещё до начала соревнований объявили не просто о помолвке, а о нашей свадьбе, которая состоится уже через месяц. Подобной спешкой мы дадим понять, что скоро наследников станет ещё больше… Я хочу спровоцировать заговорщиков на более решительные шаги!

— Решительные шаги… Это те, которые должны заставить… заговорщиков… попытаться прикончить меня как можно скорее? — иронично поинтересовалась я, до глубины души разочарованная и опечаленная. Неужели он настолько бездушен и расчётлив, что предлагает МНЕ стать наживкой для убийц.

— Почему тебя? — удивился он. — Я имел в виду себя…. Сегодня ты побудешь один день мною, а я один день тобою!

— Рауль, но это я чемпионка гонок на метле, а не ты! И ты не ведьма! Поверь мне, это тебе не на пегасе гонять, у которого кроме крыльев и копыт, есть ещё и огненный пар из ноздрей. Я не спорю, что ты сильный маг и всякое прочее, но на метле ты будешь абсолютно беззащитен, и, как следствие, бесполезен. Это форменное самоубийство!

[1] Тролли — уродливые существа, от трёх до восьми метров ростом (иногда могут менять свой размер). У них маленькие глазки-бусинки и огромный нос, а уши могут вообще служить крыльями. Тролли имеют природу камня и на солнце обращаются в него.

Глава 21

— Ди! У меня нет времени… И выбора тоже нет… Он…он… в коме. И прогноз неутешительный. Лекарь ничего не обещает… Я в отчаянии…

— В таком случае, Рауль, ты прав. Заговорщиков нужно спровоцировать, поэтому мы объявим о свадьбе, но ты будешь собой, а я собой.

— Да он же шантажист, нет, манипулятор! — возмутилась Маркиза и, в мгновение ока, оказалась у меня на коленях, отделяя, таким образом, принца от меня. — Ди, он же на твоих чувствах играет! Пожалуйста, не объявляй о свадьбе! Или откажись от участия в гонках! Ди! Ты не можешь так рисковать собой! Ты ведь не можешь не понимать, что это опасно? В суматохе, которая там будет, — у поставившего цель будет тысяча и одна возможность, чтобы отправить тебя на тот свет.

— Я согласен с Маркизой! И поэтому я не могу тебе позволить рисковать собой! Более того, я запрещаю тебе рисковать собой!

Кое-кто забылся и представил себя моим королём и господином — что очень раздражало. Нет, это просто бесило!

— Что значит, ТЫ не можешь МНЕ позволить? Что значит, ТЫ мне ЗАПРЕЩАЕШЬ! — взвилась я и соскочила на пол, чтобы вытянуться во весь мой рост, доходящий ему до плеча, но и это я компенсировала, грозно вытянув шею и задрав, по самое уже не могу, голову. — Я и только Я могу что-то себе позволять или не позволять! Разрешать или запрещать! Понял? — «величественно» затопала я, маршируя обеими моими ногами, да ещё и помогая им руками. Своеобразную эту величественность, как я понимаю, очень дополняла ещё и моя