Тропический остров - Ирен Беллоу

— Ну что ж, — презрительно фыркнула Пегги, протирая глаза цветастым подолом, — тогда я увольняюсь!

Диг видел, как дрожат худенькие плечи, слышал глухие, подавленные рыдания. Она тщетно пыталась успокоиться. Она стояла к нему спиной, и сквозь прорезь длинного фартука виднелись ее длинные ноги. Диг непроизвольно почувствовал жалость и вину. Он раздраженно засунул руки в карманы, злясь на себя за дурацкую мысль явиться сюда, а еще больше — за желание обнять и успокоить ее. Что за чушь? Она едва не загубила двигатель — и ее же жалеть? Бодрое, деловитое гудение мотора совершенно не вязалось с глухими рыданиями и всхлипываниями Пегги.

— Я… испугалась, — прошептала она наконец.

Диг положил руки на плечи и осторожно повернул ее к себе.

— И что же вызвало у тебя страх? — нахмурился он, вопросительно вглядываясь в мокрое от слез лицо.

Пегги прикусила губу.

— Может, это глупо… — начала она слабым несчастным голосом. — Конечно, глупо, ведь раньше я столько раз входила туда… но… — Тут она с ужасом покосилась на морозильник и прошептала, точно опасаясь, что он услышит: — Вдруг камера захлопнется и я останусь в погребе?

— И поэтому ты заклинила дверь? — спросил он неожиданно осипшим голосом.

Пегги кивнула и быстро подняла на него глаза, в замешательстве теребя завязки фартука, которые, дважды обмотавшись вокруг талии, скрутились в узел под самой грудью.

— Только на минутку! Чтобы достать пироги. Я собиралась убрать метлу, а тут вошел ты и сам ее вытащил.

— Еще бы! — сердито проворчал Диг. — Но я так и не понял, чего же ты испугалась. — Обхватив ладонями ее лицо, он начал тихонько стирать слезы сильными пальцами.

— Ты же не дослушал меня, — слабым голосом промолвила Пегги.

— Пожалуй, — вздохнул он. — Давай лучше поговорим на другую тему. Объясни мне, почему так разросся твой сад?

Пегги осторожно покосилась на Дига. Ее длинные ресницы все еще вздрагивали. Но, несмотря на его ворчливый тон, она вдруг с радостью поняла, что Даррелл доволен ее успехами. Губы ее тронула счастливая улыбка.

— Сады имеют обыкновение дарить красоту и очарование, — просто сказала Пегги. Ее зеленые глаза засияли, и дрогнувшим от волнения голосом она добавила: — Они чувствуют, если их любят и заботятся о них.

Как зачарованный Диг не сводил с нее глаз. Потом улыбнулся, взял ее за руку и, подведя к морозильнику, указал на второй замок изнутри.

— Видишь? Специальная мера предосторожности. Дверь открывается с обеих сторон, так что тебе нечего бояться.

— Ты уверен? — недоверчиво нахмурилась Пегги. Безотчетный страх не исчезал.

— Абсолютно. — Диг продемонстрировал ей, как действует замок, и терпеливо подождал, пока она освоится с ключом.

— А если внутри погаснет свет и я не сумею найти выход?

— Освещение питается от электробатарей, они совсем новые, а срок их службы три года, — обстоятельно разъяснял Диг, предвосхищая вопросы.

— А вдруг они бракованные?

— Их проверяли перед установкой.

— А внутренний замок может сломаться?

— Никогда не слышал о подобном абсурде!

— Не слышал? — Глаза Пегги опять расширились от испуга. — То есть в принципе такой случай возможен? Ты это имел в виду?

— Я имел в виду то, что сказал, — проговорил Диг, теряя терпение. — Морозильные камеры такого типа использовались на всех моих стройках, и они ни разу не выходили из строя.

Пегги передернуло.

— И все же есть риск замерзнуть?

— Не замерзнешь. Лучше скажи, где твоя защитная одежда?

— Какая? — удивилась она. — Уж не эта ли? — И Пегги указала на фартук.

— Разумеется, нет! — Он пробежал глазами по кухне. — Пальто. Шапка. Ботинки.

— Мне надо носить их здесь, на кухне? — оторопела Пегги?

— Не глупи! — одернул ее Диг, грозным взглядом вновь вгоняя в краску. — Теплые вещи ты должна надевать, когда отправляешься в погреб. Простая мера предосторожности. Неудивительно, что ты так сильно изматываешься. Постоянная резкая смена температуры способствует перегрузкам организма.

Пегги прикусила губу. Могла бы и сама догадаться и принять меры… без его подсказки! Разве он доверит ей более серьезную работу, если и в простом деле она столь беспомощна?

— Но я захватила только легкие платья, — упавшим голосом произнесла Пегги.

— Сэм даст тебе все необходимое.

Опустив голову, она пристыженно молчала. Несколько недель изнурительного труда пошло насмарку! Уставившись в пол, она, естественно, не могла видеть озорного выражения синих глаз.

— Бросай игру, Пегги.

— Какую еще игру? — вскинулась она.

— В смиренную служанку. В покорную, исполнительную рабыню. Тебе не идет.

Она изумленно распахнула глаза.

— Я и не…

— И скажи Сэм, пусть подберет тебе фартуки, а то выглядишь как пугало.

Красные пятна заиграли на ее щеках.

— Я думала, ты любишь смиренных и покорных.

— Но не тебя в этой роли. — Диг посмотрел на Пегги долгим взглядом, и глаза его показались ей глубокими-глубокими и синими, как индиго. — Она тебе не соответствует.

— Но я могу быть кроткой! — вспыхнула Пегги. — И исполнительной!

— Поживем — увидим, — усмехнулся Диг.

— А чего же ждать? Кто, кроме безропотной служанки, способен целыми днями в неимоверной духоте стоять у плиты?

— Глупости, — оборвал он. — Ты выполняешь работу, на которую я тебя нанял.

— Да, но должность-то поистине рабская!

— И тем не менее тебе посчастливилось ее получить! — жестко сказал он.

Пегги вдруг охватила бешеная ярость.

— К твоему сведению, Диггори Даррелл, — с трудом сдерживаясь, проговорила она, — ты прав. Я действительно только притворялась невинной овечкой. При-тво-ря-лась! И знай: тебе никогда не удастся сломить меня! — Она драматически повысила голос, точно расправила крылья. — Я готова перечистить горы картошки, вымыть груду посуды, отскрести сотни кастрюль, спать в деревянном бараке, но не подчинюсь твоей воле и не позволю помыкать мною. А знаешь почему?! — вскричала она.

— Жду не дождусь, чтобы узнать, — мрачно откликнулся Диг.

— Потому что я из породы победителей! — торжественно заключила Пегги.

Он скептически хмыкнул.

— Цыплят по осени считают.

Но его пренебрежение лишь подлило масла в огонь. Пегги храбро пронзила его презрительным взглядом. Казалось, она вот-вот вцепится в самодовольное лицо острыми ноготками. Однако Диг, не обращая внимания на ее вызов, подошел к раковине и небрежно налил себе воды. Пегги машинально отметила, что, несмотря на жару, на его крупном, но стройном, без единой жиринки теле нет ни капли пота. Обхватив стакан длинными пальцами, Диггори поднес его ко рту, и под зеленым шелком рубашки напряглись, заиграли сильные мышцы. Он залпом выпил несколько стаканов. Пегги не сводила с него изумленно распахнутых глаз. Сначала она боялась, что тот захлебнется, потом ее заворожило действо, которое она наблюдала со священным благоговением. Возникало ощущение, что в просторном помещении с высоким потолком не осталось свободного места — плотная, высокая фигура занимала кухню целиком. Атмосфера сгущалась, наполняясь электрическими разрядами. Таинственные флюиды, проникая в Пегги, лишали ее воли к сопротивлению, превращали в уязвимое, беззащитное существо, не способное устоять перед всеподавляющей властью Диггори Даррелла.