Ричард Длинные Руки — король - Гай Орловский

Альбрехт спросил тихонько:

— А почему именно бриттцы?

— А догадайтесь с трех раз.

— Отсюда попрете в Бриттию?

— Ну вот, и спрашивать было не нужно. Или становитесь неуверенным, граф?

Он буркнул:

— С вами станешь. Значит, чтоб с хорошими новостями?

— Именно, — подтвердил я. — Потом, граф, потом. Нужно еще принять и обласкать пекландцев. Их горстка, но этого достаточно, чтобы утверждать гордо насчет того, что с нами весь мир!

Я заулыбался, приветствуя очередного лорда, что с горсткой рыцарей присоединился к моей армии, когда мы шли через Ирам. Не знаю, что его побудило, но выиграть выиграл так, как явно не ожидал: баронство и крупный надел земли в Эбберте, было однажды такое королевство, не к ночи будь помянуто, а сейчас лишь географическое понятие...

Альбрехт уловил момент, спросил:

— Как вижу, ирамцев тоже?

— А как же, — ответил я. — Мы создаем интернационал королей. К тому же география... К примеру, Бриттия — северный сосед Варт Генца. Она должна быть мне добрым соседом, потому что я, как вы знаете, еще и Варт Генц, вот такая у меня широкая... да не морда, натура! А еще лучше — нужно чем-то привязать всех к моему королевству. С юга у Бриттии Варт Генц, с севера — Зорр...

Глава 14

Альбрехт не успел спросить ничего больше, лорды пошли один за другим, всем я говорил ласковые слова, а также хоть малость отличившимся жаловал земельные угодья в Эбберте, мне везде нужны преданные лично мне люди, а Эбберт самое уязвимое место.

Все идет по накатанной, я уже принимал лордов десятки, если не сотни раз, сейчас говорю те же фразы, что говорил, меняется только аудитория. И все как бы свежо, а в черепе сталкиваются тяжелые, как валуны, мысли, высекают искры, от которых в глазах больно, а над всеми довлеет одна мрачная идея, от которой не избавиться, ибо выглядит единственно верной: узнаю или не узнаю, где приземлится Маркус, это не отменяет того, что нужна армия для жестокой и кровавой битвы. Чему бы я тут или в Храме ни научился, с Маркусом не справиться в одиночку.

В одиночку не всегда удается совладать с вполне земными силачами, вон даже Сулливан меня побил, а уж про Маркуса и мечтать не стоит. Итак, нужна армия. А для этого потребуется в самом деле твердо сесть на трон, а не так, как в Гиксии, где я вроде бы правлю королевством, пока подрастает принц-наследник, а на самом деле там каждый сам по себе, полное самоуправление в городах, весях и отдельных землях.

С чего начать?.. Гиксия, где я принц-регент и высшая власть в королевстве, как раз отпадает в первую очередь. Меня избрали регентом потому, что грозное имя завоевателя будет отпугивать всех мятежников и переворотчиков, а сам я на трон не сяду, якобы пьян от крови и захватов новых земель.

Сейчас моя ударная армия в Сакранте, том самом королевстве, которое считалось опорой Мунтвига, но где сейчас Мунтвиг — никому не известно. Вообще с Мунтвигом неясного очень много... Король Леопольд Кронекер вернулся в Генгаузгуз и держится тише мыши. Кстати, когда мы еще тащили повозку с костями Тертуллиана, как я считал, в Сакранте вроде бы королем был некий Алексис, хотя какое мне дело, как Леопольд Кронекер занял трон?

Аскланделла права, но она всего лишь высказала то, что у меня самого созревает и вот-вот вылупится. Просто она уже родилась дочерью императора, ей такие вещи понятнее, а мне нужно доходить своим умом, в том числе и головным.

— Да, — ответил я лорду Винтерли, — вы привели триста человек в нашу армию и сражались доблестно, не посрамив честь Ирама, а подняв его знамя выше и еще выше...

Альбрехт по моему знаку развернул свиток и прочел перечень земель и угодий, которые пожалованы принцем Ричардом Завоевателем лорду Винтерли с одновременным присвоением титула барона.

Я смотрел с застывшей улыбкой благосклонности на счастливое лицо новоиспеченного барона, этот тоже мой, пойдет теперь в огонь и воду за своего сюзерена... в смысле за меня, я теперь ближе и роднее, чем король Ирама добрейший Иоганн-Георг Гехинген, старательно поддерживающий в королевстве репутацию жестокого тирана.

Я сделал знак герольду, тот вышел вперед и прокричал:

— Прием продолжит доверенное лицо принца Ричарда герцог Мидль!

Я поднялся, протянул руку Аскланделле. Она встала медленно, царственно, легонько коснулась кончиками пальцев моей руки, между нами все еще дистанция... кстати, что-то я и сам не тороплюсь ее сокращать, хотя иногда так и подмывает, но это же инстинкт, привычка, как бы обязанность мужчины, иначе мы недостойны высокого звания самца.

Аскланделла, опираясь пальчиками на мою руку, сошла вниз, мы развернулись в сторону двери, я успел увидеть ее трех фрейлин и хитренькую мордочку Джоанны.

Джоанна смотрит весело и намекающе. Ну еще бы, у нее полное и абсолютное преимущество над дочерью императора, как она полагает: я общался за ужином с Аскланделлой, после чего шел в спальню Джоанны, а утром та наверняка рассказывала, где провел ночь принц Ричард и что он там проделывал.

Все верно, я это проделывал, чтобы Аскланделла видела, я на нее не претендую, ухаживать не пытаюсь и к ее отцу не пошлю делегацию с просьбой о руке его дочери.

Но Джоанна зря полагает, что я без ума от ее прелестей, хотя да, она просто великолепна как в постели, так и вне ее, когда весело щебечет, чешет тебе все места, которые велишь, рассказывает веселые истории и беззаботно подает в постель хоть пирожные, хоть карты или перо с чернильницей.

Альбрехт за нашими спинами развернулся и громко заявил собравшимся, что принцу нужно малость отдохнуть и перевести дух.

Аскланделла повела в мою сторону очами.

— Герцог Мидль?

— Альбрехт мне сейчас нужен, — объяснил я.

Остановившись, я церемонно поцеловал кончики ее пальцев, и она поплыла дальше по коридору, сопровождаемая фрейлинами. Джоанна оглянулась, улыбка хитренькая и многообещающая.

Я тоже улыбнулся, вежливый гад, когда-нибудь мне всыплют за эту вежливость, и повернулся к Альбрехту.

Он сказал вроде бы искренне:

— Ваше высочество, спасибо!

— А Мидля не жалко? — спросил я.

Он покачал головой.

— Ничуть. Он такой серьезный! Он все сделает хорошо и правильно.

Я перешагнул порог, Альбрехт вошел следом и плотно закрыл за собой дверь.

— Похоже, — сказал он тревожно, — начинается новый виток... чего-то великого и страшноватого. Не так ли, ваше высочество?

— Садитесь, граф, — пригласил я, — а то щас упадете.

— Да у меня уже ноги дрожат.

— Новость, — сказал я, — в самом деле великая и страшноватая... а заключается в том, что никакого нового витка. Новый бы можно и отменить, а вот старый продолжать просто необходимо, хоть и очень неприятно...

Он сел, основательно устроившись и подвигав задом, для его крепкого сухощавого тела кресло достаточно просторно, взглянул на меня очень внимательно.

— Ваше высочество?

— Граф, — сказал я. — Мне вот впервые... или скажем так, я впервые восхотел сосредоточить в своих руках власть. Большую. Огромную. Потому что беда близко. И не какой-то там Мунтвиг, а Багровая Звезда, что этим летом уничтожит все на поверхности Земли. Мне нужна огромная власть, чтобы попытаться дать бой!

Он кивнул, сказал без эмоций жутко трезвым голосом:

— В том бою мы все погибнем, но я все равно не стал бы искать спасения в пещерах. Это недостойно рыцаря... Итак, вы планируете Варт Генц сделать своей базой?.. Как Мунтвиг сделал Сакрант?

Я поморщился.

— Хотелось бы сделать лучше, чем у Мунтвига. К тому же у него была просто примитивная жажда власти и завоеваний, а я ставлю перед собой и другими, будете смеяться, действительно великую цель...

— Дать сдачи Маркусу?..— переспросил он. — Эта цель ко всему еще и благородная. Как только объявите о ней, рыцарство всех королевств будет вашим!

— Хотелось бы, — сказал я мрачно. — Даже не представляю, какие понадобятся ресурсы. Может быть, даже всего рыцарства не хватит.

— Тогда что?

— Все колдуны, — сказал я, — все волшебники, маги, чародеи и ведьмаки... а также тролли, огры, эльфы, гномы, краблики...

— Кто такие краблики?

Я отмахнулся.

— Откуда я знаю? Это так... обозначение неизвестной сущности. Но пока нужно быстро делать то, что известно и понятно, как делать. Сперва подавить гражданскую войну в Варт Генце... и в Скарляндии. Без крови.

— Ого, — сказал он, — хотя да, если на границе появятся армии Пекланда, Ирама и Бриттии... а во главе сам Ричард Завоеватель, вернувшийся из самого ада...

— А также армия Меганвэйла, — напомнил я. — Полчища Мунтвига перестали переть, так что он вполне может всей мощью двинуться на восстановление порядка.

Он остро взглянул на меня.

— Простите, сэр Ричард, но мне кажется, вы всячески избегаете тему Зорра. Разве у вас с этим королевством какие-то трения? Или просто ни дружеских, ни враждебных?