Красавица и ее чудовище - Ева Никольская

– Да. – Я кивнула. – Здесь тихо, спокойно и никого, кроме нас, нет. Стены не движутся, коридоры не исчезают и много больших шкафов, в которых можно перекантоваться до утра. С учетом того, что я неизвестно где нахожусь и в каэру мне путь заказан, тут очень даже хорошо.

Блондинка смотрела на меня где-то с минуту, я отвечала ей таким же пристальным вниманием. Ринго громко сопел под ухом, аккомпанируя нашей зрительной дуэли. Когда незнакомка расхохоталась, его как ветром сдуло с плеча. И куда только вся храбрость подевалась? Разве что ко мне за спину.

– Ну хорошо, – отсмеявшись, сказала девушка. – Спрашивай, что интересует. Ты мне понравилась.

– Только сейчас? А помогать ты собиралась кому? Человеку, к которому не испытывала симпатии? Оч-чень интересно. С чего вдруг?

– Хотела отомстить одной небезызвестной личности. А лучшая месть – это твое возвращение домой. Ты ведь умная девушка, правда? – Она обворожительно улыбнулась бледными губами и, накрутив на палец золотистый локон, продолжила: – Ты ведь поняла, что никто тебя отпускать не намерен? Без моей помощи тебе не сбежать.

Гм… а я куда-то собиралась сбегать? Что-то не припомню. Ну да ладно. Пора уже и познакомиться.

– Как тебя зовут, благодетельница? – не без ехидства спросила я.

В отличие от Ринго у меня незнакомка страха не вызывала, скорее, тревогу и легкую заинтересованность. Хотя вру, заинтересованность была сильная, просто я ее старалась скрыть от внимательных светло-зеленых глаз собеседницы. Ни к чему ей об этом знать, и так она себя чувствует хозяйкой положения. Собственно, ею и является.

– Лили. – Дружелюбная улыбка сделала ее юное лицо еще моложе. Сколько же ей лет? Не больше девятнадцати, а то и меньше. И что же у нас тут за девушка-загадка? Интригует, однако. – Лилигрим, если будет угодно.

Мои глаза удивленно расширились. Это что же? Та самая? Которая «в слезах и в губной помаде»… тьфу, в туши и розах? Что-то не похоже. Эта вся беленькая, чистенькая и свеженькая… хотя эпитет «свежезамороженная» к ее бледному образу подошел бы больше. Не отливали бы волосы девушки золотом, мне бы пришло в голову сравнение со Снежной королевой, а так… разве что со Снегурочкой местного пошиба.

– Лилигрим, значит, – прошептала я и вздрогнула, заметив, как вспыхнули изумрудами блеклые глаза собеседницы. Мне показалось, что на миг… на один короткий миг ее облик приобрел яркие краски, но тут же снова превратился в нечто белесое. Глюки? Да не может быть! Свечение вокруг этой дамочки мне точно не чудилось, и падение мое… и испуганный вздох Ринго за спиной… – Ты невеста Хранителя? – прищурилась я, изучая девушку.

– Жена, – поправила она.

– А почему в свадебном платье?

Любопытство – страшная вещь, а женское любопытство и того хуже. А тут такой материал для изучения попался, глаз не оторвешь. Бледная красотка, от которой за версту веяло тайной. Даже с моим паршивым нюхом на подобные дела можно было понять, что с девицей этой не все гладко. Что-то настораживало в ее безупречном облике. Ладно! Все настораживало, но не так сильно, как пропадающие коридоры, в которые я вполне могла угодить. Меня до сих пор потряхивало от такой перспективы. Хорошо еще, что здесь обстановка спокойная. Тишина и полумрак. Ну и девушка… с подсветкой. Должны же быть в округе осветительные приборы, правда? Хотя до Эры с ее фокусами этой блондиночке далеко. А вот Мэл с Эссой она явно обскакала по силе воздействия выбранного образа на нежную человеческую психику, то есть на мою. Вздыхающие камни, девицы с белым ореолом вокруг фигуры… подумаешь! Ночь только начинается.

– Не доверяешь? – вздохнула новая знакомая. – Напрасно. Я единственная, кому тебе следует доверять.

Ринго несогласно фыркнул, но я никак на него не отреагировала. Надо же дать девушке высказаться, авось что-то новое да интересное узнаю. Например, где я вообще нахожусь и что конкретно эта особа от меня хочет?

– Почему же?

– Потому что, во-первых, как ты правильно предположила, мы с тобой из одного мира. Во-вторых, у нас один мужчина…

– Э-э-э-э… это как? – Если она желала выбить меня из колеи, то ей это удалось.

Паранойя с шизофренией радостно оживились, навострив ушки. Кыш, окаянные! Я еще достаточно в своем уме для того, чтобы суметь воспринять и переварить информацию. Любую. Ну… почти.

Зверек что-то протяжно пискнул и ударился лбом о мою шею, а я стояла с глупым видом и смотрела на Лилигрим, ожидая ее ответа.

– Ну как же, – подойдя чуть ближе и доверительно заглянув мне в глаза, проговорила та. Ринго сполз куда-то в район поясницы и тихо запищал, а Лили спокойно продолжила: – Красноглазый блондин. Он тут один такой. Тебе – жених, мне, – ее губы сложились в довольную улыбку, – муж.

Я была спокойна. Совершенно спокойна. А воздуха не хватало, так это из-за того, что Ринго пережал шею. Нет? Он, скорее, с поясницей обнимается? Хм… Значит, просто вдохнуть забыла. Бывает. Что еще? Ах, руки задрожали и голос пропал? Так это все стрессы виноваты. Настроение испортилось? Такие вот мы, женщины, непредсказуемые. Особенно в момент знакомства с супругой собственного жениха, пусть и упорно не желающего быть таковым. У них что тут, двоеженство в порядке вещей? А может, и гаремы в почете, да только желающих их пополнять маловато? Хотя нет… здесь женщин не так уж и много. Значит, все в рамках приличий. Что ж, Арацельс женат, этим его поведение и объясняется. А я-то не понимала, отчего он так от свадьбы шарахается. Еще на свой счет принимала, глупая. Вот она, оказывается, какая… причина. Стоит напротив, ресницами длинными хлопает и ржет. Стоп, а чего это она ржет?

– Эй, Катрина! Нельзя же быть такой доверчивой! – проговорила девушка сквозь смех, красивый такой смех, только очень уж холодный и какой-то неестественный в окружении каменных стен. – Шутка это, шутка. Свободен твой Хранитель, успокойся. Хотя лучше бы был занят. Для тебя лучше. И, будь добра, сделай лицо попроще, а то на него невозможно спокойно смотреть.

– Ну, знаешь ли, я от впечатлений дня еще не отошла, а ты меня такими новостями огорошиваешь. – Скучающее выражение на вытянутой физиономии, по моему скромному разумению, должно было смотреться очень естественно. Его-то я и постаралась нацепить на себя в качестве защитной маски от проницательных бледно-зеленых глаз. – Я же девушка скромная, со стойкими моральными принципами, а тут шведской семьей запахло. Ты уж не пугай меня так больше, Лили. А то еще разрыв сердца случится, и некого тебе будет домой отправлять. Труды твои даром пропадут, и месть не свершится. А кстати, кому мстим, если не красноглазому? – Дышать стало легче. Это от того, что я наконец соизволила вдохнуть как следует или еще почему?

– Мужу мстим, мужу, – отозвалась она. – Да и всем остальным за компанию, особенно Эре с ее правилами. Ты ведь не знаешь, что они за твари, да? Тебе открыли только часть правды. Ту, которая смотрится красиво и благородно. Хранители Равновесия… ха!

– А вторую часть ты мне сейчас поведаешь? – заинтересовалась я, ища рукой возмущенно запищавшего Ринго. Нечего мешать мне общаться, особенно когда в разговоре всплывают такие важные темы.

– Пойдем со мной, я тебе много всего интересного расскажу по дороге, – склонив набок белокурую головку, предложила собеседница.

– А может, начнем прямо сейчас? Например, скажи мне, Лили, кто твой муж? – засовывая под мышку дергающегося и царапающегося зверька, спросила я.

Лилигрим закатила глаза и что-то прошептала себе под нос, потом снова взглянула на меня, оценивающе так взглянула.

– Кто мой муж? Я и сама до сих пор в этом не разобралась. Сначала думала, что он ангел, а на поверку оказался демон. – Она пожала плечами и хитро улыбнулась. – Мужчины такие странные. Ну же, Катрина…

– Катерина, – снова поправила я, но она пропустила это мимо ушей и продолжила:

– Нельзя же быть такой серьезной! Знаешь, как мы с ним познакомились? – Я отрицательно покачала головой. Действительно, откуда мне знать? Дар ясновидения вроде как пока не просыпался, хотя в здешних условиях возможно все. – Летней ночью при полной луне я сидела на дереве в нашем саду и играла на скрипке, а он…

– На дереве? – переспросила я, мысленно прикидывая, как Лилигрим карабкается по стволу, держа в руках… нет, скорее уж в зубах, музыкальный инструмент. Ладно, проехали. Может, там лестница садовая стояла. Ну или это воздушное создание умело левитировать. Тоже вариант.

– Угу.

– На скрипке?

– Да! Что тебя удивляет? – Ее тонкие брови нахмурились.

Мои дурацкие вопросы, без всякого сомнения, сбивали блондинку с волны романтических воспоминаний. Ну да, а что я могла поделать, когда перед глазами так и стояла картинка: ветки несчастного дерева, сметаемые широким взмахом руки, вооруженной смычком. Она бы еще с виолончелью туда залезла. Ночью… И желательно в чем мама родила. На такое чудо не то что ангелы с демонами слетелись бы посмотреть, но и сами правители ада и рая заглянули бы наверняка.