Социальная сеть "Ковчег" - Вецель Евгений

Интересно, если в будущем используется столько различных ухищрений, которые облегчают жизнь, то о чём, кроме тюрьмы, при большом долге волнуются местные жители? Мне всегда казалось, что люди и проблемы живут рядом и никогда не расстаются. О чём могут разговаривать люди будущего, если у них ничего экстраординарного не происходит? Не впадают ли они в скуку? Не уменьшается ли у них приспособленность к жизни? Размышляя, я сравнил их с животными, которые после одомашнивания теряли способность жить в дикой природе.

Потом я вспомнил телевизионную передачу, где анализировалось, что будет с Землёй, если человечество по какой-то причине вдруг исчезнет. Абсолютно все животные, которых приручил человек, погибали всего за несколько лет. Насколько помню, только кошки, оставшись без человека, превращались в диких и способных к выживанию животных. Я вспомнил про нашего кота, которого оставил в прошлом.

Несмотря на то, что мы с Юлей ухаживаем за ним: кормим, держим в тепле, моем и убираем ему туалет, он не перестаёт играть в охотника. Муха, залетевшая в квартиру, обеспечивает его занятием на несколько дней. Простой паучок, насекомое, а если повезёт, то и мышка, а на худой конец — простая порванная бумажка или свёрнутый в шарик кусок фольги, позволяет коту тренироваться. Кот не чувствует лени, такое ощущение, что он, как и любой военный, знает, что нужно постоянно готовиться к войне в мирных условиях. Думаю, что при любом конце света кошки смогут найти себе пропитание.

Когда Всеволод Владимирович проснётся, нужно будет поподробнее расспросить, какие меры предпринимается обществом XXXV века, чтобы не превращаться в «одомашненное» ленивое животное. Судя по рассказам про коины и постоянную необходимость заниматься физическим трудом и работать, социальная сеть заставляет людей «ловить мух».

Подражая безрассудному старику, я, не замедляя скорости, выехал на широкую трассу, проезжая по линии, нарисованной в дополненной реальности лобового стекла. Могу ручаться, что окружающие автомобили заранее перестраивались, чтобы уступить мне дорогу. Подвеска автомобиля была идеальной. Несмотря на скорость, превышающую 200 километров в час, трясло не больше, чем в самолёте в отсутствие воздушных ям. Чтобы почувствовать, что автомобиль едет, приходилось иногда крутить руль или добавлять газу. Машина ускорялась моментально, поэтому я старался осторожничать с педалью газа. Всеволод Владимирович мирно похрапывал справа.

Убавляя громкость музыки, я обратил внимание на надпись на листе: «До точки назначения 1200 километров. Осталось 5 часов». Подумав, что за 5 часов я устану и начну клевать носом, я стал добавлять скорость. Когда спидометр показал 600 километров в час, я понял, что за рулём скорость ощущается спокойнее. Проносясь мимо других участников движения, автомобиль слегка перестраивался, не делая резких движений. Через 30 минут я уже чувствовал себя уверенно, зная, что автомобиль думает за меня сам. Я подобрал такую скорость, чтобы за полтора часа быть дома.

Я не стал искать, где тут включается «круиз-контроль», так как боялся, что если не буду участвовать в управлении, то усну. Практически всё время я посматривал по сторонам, особенно проезжая по развязкам над аллеями и домами. При такой огромной скорости местность менялась быстро, но постоянным оставалось одно. Ботаники, флористы и ландшафтные дизайнеры здесь, судя по всему, были главнее архитекторов и дорожных проектировщиков. Сердце радовалось от вида зелёных улиц и гармонично вписанных в город зданий и дорог. Фонтаны и бассейны встречались чаще, чем в Москве XXI века точки продажи фастфуда.

Когда уже через час я пулей пролетал вдоль морского побережья, я опять стал вспоминать, какое это может быть море. Можно было спросить у листа, но я боялся сбить навигацию, так как без неё я бы сразу потерялся. Пообещав себе потом узнать у старика, я успокоился и продолжил движение, чувствуя небольшую усталость и большое желание посетить уборную. Такие мысли стабильно посещают меня, когда я приближаюсь к дому. Странный рефлекс.

Навигатор-лист показывал, что осталось всего 10 минут, и я стал думать, стоит ли будить Всеволода Владимировича. Воспользовавшись возможностью, я искоса разглядывал его лицо. Он склонил голову и мирно спал невинно как младенец. Левый уголок рта блестел от капельки слюны. Я вспомнил, что он сегодня встал очень рано. Черты лица у него были правильными, несмотря на многочисленные морщинки.

Морщинки в внешних уголках глаз и в районе ямочек на щеках выдавали в нём улыбчивого человека. Именно таким он мне сегодня и показался. Весёлый и никогда не унывающий, приятный старичок. Разглядывая его, я вдруг подумал, что улыбчивые люди, несмотря на свои морщины, выглядят намного моложе, чем их угрюмые ровесники.

На трассу, по которой я ехал, проецировалась необходимая траектория. Внезапно скорость автомобиля стала снижаться. И вот эта стрелка на асфальте стала поворачивать. Я направил машину по ней и сразу узнал дорогу к дому Всеволода Владимировича. Через несколько метров я увидел его симпатичный дом, утопающий в зелени. Я стал притормаживать и увидел, что один из балконов медленно опускался. Стрелка навигации указывала именно в ту сторону, на опустившуюся террасу.

Я плавно заехал на балкон и, нажав на тормоз до конца, перевёл подрулевой рычажок в режим парковки. Затем нажал на кнопку «Старт», заглушив этим двигатель и выключив музыку. Приоткрыл водительское стекло и нажал на кнопку со стрелкой вверх. Балкон бесшумно стал подниматься на третий этаж. Старик продолжал спать, несмотря на возникшую внезапно тишину.

Уже наверху я отлепил свой лист с центральной консоли. Сразу после этого моя дверь открылась вверх. Я помедлил несколько секунд, глядя на мирно спящего старика. Решив не будить его, я приоткрыл стекло его двери, вышел из машины и бесшумно закрыл дверь. Стекло, отделяющее террасу от квартиры, отъехало, и я прошёл внутрь, оставив Всеволода Владимировича отдыхать в удобном сетчатом кресле «Ё-шки».

Сходив по знакомому мне маршруту в уборную и теперь уже без проблем помыв руки в футуристичной водопадной раковине, я вернулся и присел на большой диван напротив огромного телевизора. На листе-экране отображались анимированные картины природы. Ожидая, что мне придётся очень долго разбираться, как переключать каналы, я встал с дивана и быстро сходил за стаканом свежевыжатого сока.

Попивая свежайший холодный напиток, достал свой лист и стал разбираться. В правом верхнем углу отображалась иконка телевизора, на которую я нажал пальцем. Лист показал уменьшенную версию анимированной картинки, отображаемой в данный момент телевизором. Справа находились маленькие картинки каналов и их описание на русском языке. Я кликнул в случайный канал, и телевизор послушно включил передачу.

У себя дома я обычно страдал одной распространённой болезнью, которую американцы назвали «зеппинг». Я всегда сидел и переключал каналы попеременно. Нажать на кнопку легко, поэтому стоило сюжету передачи стать неинтересным или начинался рекламный блок, я сразу её нажимал, забывая, что смотрел до этого. У меня сформировался своеобразный рефлекс. Я нажимал кнопку быстрее, чем осознавал, что кого-то убили, начали рекламу прокладок, разглагольствовали про нескончаемую политику, рисовали графики курсов валют, шёл любимый скучный сериал жены или, не дай бог, мультики. Нескончаемый калейдоскоп каналов, который зомбировал и держал меня у телевизора бесконечно. Часто я включал телевизор вечером для фона, а потом внезапно осознавал, что уже час ночи и пора спать.

На этот раз передача была интересная. Очень интересная. Я бы даже сказал, что очень своевременная. Я как раз попал на самое начало.

Флипы

Передача была про современные автомобили — флипы. Интересное совпадение, как будто сегодня их день. Суть сводилась к следующему. Флипы были изобретены более 500 лет назад и представляли собой гибридные автомобили. Причём в качестве источника энергии использовался небольшой термоядерный реактор. Радиации можно было не бояться, так как радиоактивное излучение улавливалось специальным электромагнитным полем и оболочкой из плазмы.

Я плохо разбираюсь в физике, поэтому мало что запомнил, но передача была понятной. Небольшой реактор, который никогда не выключался, заряжал очень ёмкую батарею, которая, в свою очередь, приводила в движение четыре электромотора колёс. Таким образом, автомобиль был полноприводным. Очень интересным для меня открытием стало то, что колёса могут поворачиваться на 360 градусов, что позволяет автомобилю делать необычные манёвры.

Автомобиль может легко поворачиваться на месте подобно танку при повороте колёс на 45 градусов. При повороте всех четырёх колёс на 90 градусов, автомобиль может осуществить параллельную парковку боком. Торможение флипа осуществляется инвертированием полярности напряжения на электромоторах.