Ловушка для охотника - Анетта Андреевна Политова

"Я настроена серьезно и уже давно!" — почувствовала, как острые когти впиваются в рыхлую после сильного дождя землю.

Мы кружили по поляне, не кидаясь на противника, чего-то выжидая.

«Ты, кажется, не понимаешь слов, мне жаль. Боюсь, тебя придется проучить, но я буду, великодушен и постараюсь сильно не покалечить, а тем более не убить. Но ты еще можешь убежать», — раздалось в моей голове голосом родителя.

Если я убегу, то это позор и никогда мне уже не представится возможность побиться за право сильнейшего.

«Волки не убегают с поля боя, а дерутся до конца» — огрызнулась я.

Отец мысленно усмехнулся:

«Ты не волк, ты щенок. Маленькая вздорная девчонка, тебе еще можно убежать».

«Я волчица, и ты это прекрасно знаешь… В моих жилах течет твоя кровь!»

Отец решил не убивать меня, а малость покалечить. Что бы я запомнила на долго этот урок.

Стояла и смотрела на своего соперника. Оборотень больше метра высотой, а длиной почти два… Бой будет тяжелым. Что ж… Пусть победит зверь, достойнейший из нас.

Я первая бросились на него, надеясь нанести тяжелый дробящий удар в верхнюю часть корпуса. Казалось, что Хартог и не сдвинулся с места, но я учуяла кровь. Черный волк пытался напасть со спины, но я резко развернулась, уходя от удара. Нынешний предводитель стаи разозлился и кинулся на меня, нанося когтями глубокие царапины. Я оборонялась, как могла. Его рычание заполнило всю округу, перепугав всю местную флору и фауну. Я же старалась сосредоточиться и не подпустить соперника к своим наиболее уязвимым местам.

Мгновения, секунды, время замедлило свой неторопливый бег. Вот-вот прольется чья-то кровь.

Два соперника, ничего личного в их борьбе лишь желание власти и безоговорочного подчинения.

Мы бросились друг на друга. Мощные и быстрые удары, неслись с обеих сторон. Каждый из нас успел задеть своего противника пару-тройку раз, запах свежей крови пьянил и будоражил нервы. Наши волки сошлись вплотную, пытаясь клыками дотянутся до артерии оппонента. Набравшись сил я отбросила соперника в сторону, однако мохнатый поднялся, глаза его яростно горели.

Оба в крови мы стояли, готовясь к новому броску. Бой становился все интересней и интересней, зрители затаили дыхание, две безжалостных лапы с лезвиями когтей разрезали воздух. Потом снова и снова. Я же на удивление просто, в какой-то степени даже лениво ускользала от наносимых ударов. Но даже этот игривый танец может надоесть. Еще один разворот, подсечка, бросок и мои челюсти сомкнулись на горле альфы. Именно вожака, не родителя… Сейчас родство не имело значение. Я сжала зубы и на одного оборотня в клане стало меньше.

"Кто еще хочет? Или вы все-таки разбежитесь?" — насмешливо спросила я.

"Мы тебя уничтожим!" — прохрипел от злости бета отца Эдар.

Его поддержали гаммы, он и решили помериться силой.

Четверо бросились на меня. Только один молодой волчонок, наверно самый умный забился в кусты и тихо молчал. С этими я решила не играться. Почувствовав невероятный прилив силы от куража победы и перемен, я ринулась в бой. Одна против всех в лице этих предателей. Моя волчица не знала пощады. Сейчас или никогда стая требовала показательного выступления, демонстрации силы их нового предводителя. Четверка упала, но они были еще живы. Поставив мохнатую лапу на бок одного их них, я прорычала:

"Может теперь, вы признаете своего нового лидера стаи?"

"Сам убью тебя!" — сказав эти слова, Эдар бросился на меня, обнажая клыки.

Я не стал ждать, когда зубы противника достигнут меня. Я обнажила когти и ринулась в наступление. В приемах беты, используемых против меня чувствовался опыт и сила. С каждым мгновением удары становились все сильнее и быстрее. Мои бока задевались несколько раз, но и я оставила легкие отметины на своем сопернике. Я понимала, что дерусь не с простым волком, но после Хартога он всего лишь второй. Это был действительно достойный своего статуса оборотень. Мы сцепились, нанося силовой удар когтями, я уловила момент и ухватила кусок плоти, с силой отбрасывая в сторону волка. Он несколько минут не вставал, истекая кровью, а раз так — нельзя было драться. Я победила. И теперь мне решать будет ли Эдар жить. Однако не хотелось его убивать, я села на попу и применила к присутствующим силу, полученную в результате схватки с сильнейшими. Один за одним, волки клана начали склоняться в поклоне, признавая во мне своего альфу.

Бетами я выбрала Тора и Одила и Сержа

"Где же ты, Рант?" — мне было жаль, что мой любимый не видит, какая сильная и смелая у него самка.

***

А на утро наступил откат эмоций, появилось понимание, что я убила родного человека.

— Папа… — я рыдала и не находила себе места. Требовалось одеваться, идти принимать дела, но я была не в состоянии чем-либо заниматься. Моя психика не выдержит второго удара, такой же мощности, что и боль Ранта. — Почему… — я стонала и не понимала. Мой зверь не остановился, перегрыз горло. — За что?

Ответ волчицы не заставил себя долго ждать. Внутри меня мохнатое существо подняло свою морду и мысленно передало:

"Он виноват в том, что ты страдаешь. Слишком суровые законы. В его мире не было места любви…"

Приходил Торнард и сообщил, что беты ждут. Но я его отослала, сообщив, что имею право оплакать отца. На что получила грубое:

— Для сильного вожака есть только интересы стаи. Лишь тогда волки идут за ним. Харгард думал о своем обогащении и комфорте. Тебе ли этого не знать?

— Да… Ты прав, — утерев слёзы-сопли, я поднялась и отправилась приводить себя в порядок.

— Что тебе альфа рассказывал о твоей матери? — услышала я вопрос беты, умываясь.

— Он сказал, что она умерла в родах… — я выглянула из-за двери уборной, схватив полотенце.

— Это не правда. Он сам загрыз ее, потому, что она делала его слабым. Именно с того дня появились эти кровавые законы, что женщины лишь для охоты. Разве можно заниматься подобными вещами?! Очнись, Линдора! Мы же не убийцы! Он нас сделал такими, не хотел, чтобы мы заводили семьи… Ему было выгоднее,