Работа над ошибками (СИ) - Инесса Клюшина

— Может, хватит на сегодня? Ты устала, наверное? — Стас быстренько меняет тактику. — Сидишь и ничего не соображаешь…

— Извини. Нет, все нормально. Я задумалась просто.

— Случилось что?

— Нет. И да, наверно, — мечтательная улыбка трогает уголки губ Вероники, но глаза не особо радостные. Бывает же такое. Теперь наступает очередь Стаса удивленно проморгаться. Это что еще за новость?

— Думаю, как интересно жизнь устроена, — неопределенно улыбается Вероника, говоря так, будто Стаса вообще нет здесь, — Вот живешь и думаешь, что все у тебя в жизни не очень хорошо складывается, а потом…

— А потом что?

— Потом встречаешь человека, которому даже в чем-то тяжелее тебя.

Это кого там она встретила? Стас даже подвинулся ближе к Веронике, а та, по привычке, отодвинулась от него.

— А тебе в чем тяжело, дорогая?

— Нет. Мне — нет, — да тебя мешком пыльным стукнули! — Все хорошо, Стас. Давай играть.

Вот и поговорили.

— Давай. В карты на раздевание.

Глаза Вероники распахиваются. Отлично. Спящая Красавица проснулась, и поцелуя не требуется.

— Хорош свои шутки шутить, — говорит обиженно. Стас хохотнул.

— А теперь играть давай.

Вероника зло зыркает на него из-под длинных накрашенных ресниц. Стас, посмеиваясь, расставляет шашки. Ничего, привычная уже, и слабо реагирует. Потому что не верит, что он такое предложит по-настоящему.

Стас уже несколько раз ловил себя на том, что с Вероникой он чувствует себя как со старым, прошедшим с ним огонь и воду, товарищем. Боевая подруга. И подколоть не жалко, и распеваться соловьем не стоит.

А если действительно раздеть Веронику, это как будет, интересно?

Стас оценивающе посмотрел на нежно-голубое платье, обтягивающее фигуру Вероники. Хорошенькое, только совсем без декольте, строгое такое, с узким поясом на талии. Алиска бы такое в жизни не надела, у нее вечно сиськи вываливаются отовсюду. Но эта со школьного концерта, поэтому все просто, элегантно и максимально корректно. И накрашена умело, но в меру.

— Почему всегда так не ходишь? Первый раз тебя красивой такой вижу, — неожиданно для себя выдал Стас. Конечно, мы — о наболевшем.

Вероника не удивляется, лишь пожимает плечами.

— Ты меня по утрам встречал, там костюм спортивный. В школу каждый день сил нет так наряжаться, да и не нужно это. А куда мне еще? И что за дурацкий вопрос? — заканчивает она зло. Ого, нервничает красотка.

Злая Вероника очень нравилась Стасу. Почему-то ему хотелось злить ее постоянно.

— Хороший вопрос. Адекватный ситуации. Ты такая красивая сегодня. Неужели на комплимент обидишься? Нет? А вопрос по существу. Я же не казал ничего обидного… — кружил вокруг да около Стас.

— Тебе-то что за беда? — любит мадам задавать прямые вопросы. Глазами ох как сверкает. Такой беззащитной кажется, надави посильнее — насмерть обидишь. Но Стас не зря несколько лет провел среди чеченов, и командир не зря его выделял среди всех своих новобранцев. Оттуда, с Кавказа, Стас привез помимо всех мешающих иногда заснуть воспоминаний эту восточную игру нагнетать и разряжать обстановку, вести разговор на острие скандала, но не проваливаться в него.

— Ну, люблю я, когда рядом красивая девушка сидит. И ты красивая. Хочется, чтобы еще красивее была. Еще чайку?

Вероника закатывает глаза, не веря ни одному его слову. Но конфликт исчерпан, и развивать тему она вряд ли будет.

— Нет, спасибо.

— И мое предложение в карты на раздевание еще остается в силе. Обещаю: в первый раз я поддамся.

— Мы уже все видели, — не поднимая глаз, тихо говорит Вероника и переставляет шашку.

— Я могу снять сначала штаны, раз майка тебя не устраивает.

Красная от смущения, да еще злая, Вероника действует на Стаса только одним образом. Он уже в подробностях представил игру, и в штанах стало тесно. Жаль, что снять их — вероятность ноля процентов. А снять для чего-то — так вообще она в минуса уйдет…

— Меня устраиваешь ты одетый. Играй, пожалуйста.

— Серьезно? Что же мне не везет?

— С другими повезет. Твой ход, — отрезает Вероника.

— Молчу-молчу, дорогая, — машет рукам Стас и продолжает посмеиваться. Довел-таки. Вышла из своего коматозно- романтического настроения полностью. Глазами готова испепелить Стаса.

Но она не уйдет, хлопнув дверью. Во-первых, воспитанная. А во-вторых, ей нравится играть со Стасом в шахматы и пить чай на его кухне долгими осенними вечерами. Да и сам он, как понял Стас, ей тоже интересен. И косые взгляды Вероники на бицепсы Стаса и его обтягивающую черную майку, которую он всегда носил дома, сказали ему о многом.

Любую другую после недолгой интимной беседы Стас мог бы быстренько разложить тут же, на кухонном столе, и трахать глубоко и долго. А с этой позволял себе лишь грязные намеки, да и то — в шутку. Чудеса.

Вот так и играют они уже какую неделю. Стас рассматривал Веронику лишь как случайного партнера по шахматам, а мысли уже начали уходить в сторону. А что такого? Неудачница — симпатичная женщина, как оказалось при ближайшем рассмотрении. А может, он просто привык к ее чудаковатости, как когда-то привык к неземной красоте Алиски. Ко всему же привыкаешь.

Вероника симпатичная, образованная, сообразительная… А еще правильная и гордая не в меру. И трогательная такая в своих рассказах о косточках Жужика и проказах школьников. Стаса это лопотание сначала чуть напрягало, но потом он смирился и с этим. Ничего особенного — женщины.

— Может, чего поешь? Вообще не ела, а время — вечер.

— Не хочется, Стас, спасибо большое.

Вернулись к исходным рубежам. Вероника вновь загрустила. Как ее еще растрясти?

— Не могу уже смотреть на тебя. Да что такое?

— Ничего, Стас, просто грустно как-то. Осень…

— Это ты в праздник свой грустишь? А как тогда в обычные дни? Слушай, заканчивай все это. Не перестанешь, я тебя прямо здесь зацелую.

Вероника закидывает голову и смеется легко и весело. Твою мать, ненормальная. Но глаза ее теплеют, и она с улыбкой отвечает:

— Ты так иногда можешь поддержать, Стас. И вредный, конечно, но…ай, да ладно. Играем. Если не подстрахуешься, я сейчас выиграю, видишь?

— Видишь, — Стас посмотрел на доску. Значит, говорить мы не хотим о своих проблемах. Похвально, конечно, только вот задело это Стаса. И не поймешь толком почему. Он искоса посмотрел на Веронику. В деньгах дело? Обидел кто? Или это та тоска, которая иногда охватывает самого Стаса, если ничем не занят? Не разберешь.

Они поиграли еще немного в молчании. Потом Вероника встала из-за стола.