Такие дела - Александр Чесноков

Наши заказчики по "транспортному" делу захотели, как водится, сами назначить и получить сумму ущерба с "крадунов" и тех, кто за ними стоит. Это закономерное и справедливое желание, поскольку наши услуги им в копеечку влетели (хотя, по результатам, принесли им выгоду, с затратами несоизмеримую), но и наше желание поучаствовать в распределении сверхприбылей также можно понять: дополнительные деньги никогда и никому не мешали, а козыри - в наших руках. Мы обладали всей полнотой информации, мы лучше всех представляли, на какую сумму компенсации можно рассчитывать, у нас в руках, прямо и фигурально, находились основные рычаги воздействия... Одним словом, переговоры стали как бы трехсторонними: потерпевшая сторона, они же заказчики наши, виновная сторона, включая непосредственных исполнителей на трассе и их "заказчиков", и мы, охранники, так сказать, защитники и дознаватели.

Уж и не помню, какие там фигурировали суммы, но удовлетворенными, если брать именно денежную составляющую достигнутых договоренностей, остались все стороны. Мы получили ранее обусловленную "заказную" сумму плюс "премиальные", которые удалось выдоить у грабителей; наши транспортники получили обратно деньги, заткнули бреши, сквозь которые утекало их благополучие, плюс опыт, плюс наши советы по организации безопасного бизнеса; грабители же ушли от тюрьмы и кровавых разборок с пострадавшими. Все хорошо, все довольны. Единственно плохо - нарушители закона остались безнаказанными. А нарушители закона - это отнюдь не только захваченные нами дорожные "стопорилы", нет, не только... Закон преступили мы, "БЕРЕЗА", и наши заказчики. Букет совершенных нами "преступлений" (все-таки возьму это слово в кавычки, потому что не считаю... ладно, позже...) велик и разнообразен: незаконное задержание людей, угрозы, вымогательство, операции неучтенными деньгами с последующим сокрытием доходов и уклонением от уплаты налогов и, наконец, пресловутые преступные сделки и сделки с преступниками: недонесение и укрывательство их от органов правосудия. Было. Получили свое и отпустили голубчиков домой, на ридну Украину. К чему я все это рассказываю? Да, вот... Рассказываю и осмысливаю одновременно, размышляю и оцениваю... И представляю, как бы оно было, если бы перед выполнением заказа я пошел советоваться к прокурору или в Большой дом... Странные, однако, вещи, получаются в моем воображении... Сегодня более-менее устаканилось в смысле законности, а в те развеселые годы уголовник со связями сегодня сел - послезавтра вышел. Из так называемых "пацанов", достигших определенного уровня благосостояния, от силы каждый десятый дождался реального срока на суде, остальные отмазались. В нашем случае, как я потом выяснил, познакомившись с представителями наших горе-грабителей, дважды были у них прихваты со стороны официальных правоохранительных органов: один - у нас, в Ленинградской области, другой - там, на Украине. Оба раза все кончилось взяткой, только там речь шла о карбованцах (а может, уже и гривнах), а у нас - о рублях. А вернее всего - и там и там интернациональными "рублями" платили, сиречь баксами, они же "грины", они же "стервинги", они же доллары США. Ну и суммы, вероятно, фигурировали разные: у наших аппетиты побольше, на Украине жизнь дешевле, но и аппетиты, как у запорожских козаков.

Итак, очень высока была вероятность, что ковбоев-налетчиков выкупили бы. Выкупили, а уже потерпевшие так и остались бы при графе "убытки", ну и, в зависимости от степени прозрачности своего бизнеса для фискальных органов, давали бы показания, собирали справки, предъявляли документы и откупались бы в свою очередь от представителей закона, призванных защищать их интересы. Было бы именно так, я ведь не голословно утверждаю, а по опыту, богатому и обширному. Да, виновные отмазываются, потерпевшие превращаются в дойных "терпил", а мы, раскрывшие преступление, задержавшие и сдавшие преступников в официальные органы, тотчас превращаемся в подследственных, по совокупности статей и... да, угадали: в дойных коров, вынужденных давать взятки с целью остаться на свободе... Нет, я не оправдываюсь, я просто вспоминаю.

- Вадик, это Игнат. Вернулся уже. Взаимно... А, слышал уже? Да, позавчера весь день разливались жаворонками, даже кое-что новое рассказали... Ага... Потому и звоню. Справку я подготовил, смету, отчет, ты нас свел, так что утрясай время и место встречи - и вперед... Да, уже звонил, пробивал слегка... Нет, в Питере... Спокойные, как в танке, они же понимают... Угу. Ну это не по трубе, сначала мы, ты, я и твои клиенты, встречаемся, а потом уже как решим, и с теми пообщаемся, они готовы, да, на нашей территории. Давай...

Вадим теперь в этом деле как бы и четвертый лишний, но нам с ним еще дружить и работать, и выручать, если понадобится, как оно уже и раньше бывало, поэтому я безо всяких колебаний и выкраиваний его на переговоры привлек. Вадим тоже не дурак: он на нашем с "заказчиками" переговорном процессе держался статистом, кивал, вставлял слово, когда спрашивали, но, в основном, молчал. И это было правильно: денег, как таковых, ему умеренно отломилось, в основном от меня, плюс ресторан, где мы потом вдвоем душевно посидели, но в данном случае - не деньги главное, а доверие, чувство локтя, взаимное уважение. Волчьей грызни и так называемого "кидалова" в нашей российской действительности и так выше крыши, а вот честь, совесть и открытость - в дефиците, как всегда.

Помню и сами "терки", то есть переговоры с "автостопами", как мы их про себя назвали. Ой как все поначалу было эмоционально и знакомо: крутость из них так и перла... Да... А кого, дескать, вы представляете, да мы про таких, как вы, не слышали, да вы не понимаете, куда вляпались... А я все слушаю, киваю, подбадриваю... "Что-то не пойму, ну не разберусь никак, кто вы все-таки по социальному статусу: "в законе" или из президентской администрации? Кто вам поручил ваше дело: Витяня Черномырдин или Вячеслав Кириллович Иваньков?" Осеклись немножко... Да, чувствуется, что передо мной напузыренный мальчишечка стоит, без серьезного веса и разума. Дальше разговариваем. "Боже мой, - это я их опять перебиваю, - сколько жаргона, сколько огня, а ведь я обосновал для вас пока ровно половину суммы, вот документы на оставшееся..." И опять дебаты разгорелись. Но тут наши "автостопы" опять решили пальцы гнуть и с козырей ходить...

- Слушай, Федоров, а кем ты раньше был по жизни?

- А к чему ваш вопрос?

- Нет, ну все-таки?

- Что, любознательность заела?

- Любопытство тут ни при чем, вопрос конкретный.

- Хорошо. Когда раньше?

- До того, как "при делах" стал?

- Школьником. Без этого в советской стране было никак. А вы?

Он меня на "ты", а я его на "вы", мне не обидно, у меня постепенно принцип такой выработался: если разговор о деле, да человек незнаком только на "вы", а уж как он меня - его проблемы, потом обязательно разберемся. Главный их - житель большого провинциального города, гнилой мужичонка, лет под тридцать, нахрапистый такой, но легковесный и суетливый, несмотря на габариты. Комплекцией он чуточку посуше, чем я, но повыше. Весь разговор ведет он, двое сопровождающих - значительно молчат. Ну и через два столика от нас сидят его молодцы (как я догадался сразу и потом это подтвердилось - ему для солидности приданных другими серьезными людьми), пять человек из "быкующих": черные кожанки, бритые затылки, золотые ошейники... С оружием, естественно.

- Ты не виляй. Пять лет назад - кем был? - а сам в какую-то фотографию смотрит.

Я помолчал, подумал, вспомнил о дыхательных упражнениях.

- Вы такой странный, Борис, если не сказать наглый. Но я попытаюсь в честь нашей встречи стерпеть один разок и отвечу: вас тут никто не знает, ни "погоны", ни "портфели", ни "пацаны". Ваше здоровье, намекну, будет напрямую зависеть от степени вашей вежливости и такта. А пять лет назад я был строевым офицером, служил под Семипалатинском, за ракетами ухаживал.

- А-а, так ты автоматная морда! А еще с честными пацанами "тереть" пытаешься. Да я сейчас...

Тут я понял, что пора прервать дискуссию на некоторое время, отвлечься, рассеяться... ну и дал ему в торец. Я уже рассказывал, что спорт - это мое увлечение, отдушина, отдых уму и телу. Если говорить о моих любимых восточных единоборствах, то и вторая работа, поскольку я и региональный президент, и федеральный вице-президент в этом традиционном японском, а теперь и российском виде спорта. Так что в единоборствах я как раз борец, а не кулачный боец. Но это не значит, что удар у меня не поставлен или в нем нет силы. Мой гнилоротый визави после удара в челюсть приподнялся слегка над землей и упорхнул в угол, зачем-то сшибая по пути столы и стулья. Почему он стал на лету портить мебель, так и осталось для меня загадкой, но факты упрямая вещь: за посуду, два стула и испорченное настроение работников общепита я заплатил из своего кармана. Ну, не из личных денег, разумеется, фирма оплатила и отнесла затраты... не помню, быть может, на представительские расходы.