Моя (с)нежная ошибка - Анна Снегова

трудом. Какой гордостью наполняется душа, когда голодные за день люди выбирают последние капли из тарелок краюхами хлеба, а потом просят очередную добавку, третью по счёту.

Нет-нет, я должна быть благодарна тому, что я имею.

Я и так везучая. Что — хотела как в сказке, чтоб всё и сразу? С какой бы стати. Сказки на то и сказки. В реальном мире важно смириться с тем, что есть, чтоб несбывшиеся мечты не сожрали душу и не отравили жизнь.

И я хотела верить, что однажды у меня получится смириться.

* * *

Уже вечер был примерно в той стадии, когда начинает переходить в ночь. За окном стояла непроглядная темень, ни единой звёздочки, а Дерека всё не было. Отправился встречать рыбаков и проверять улов. Как будто они без него не справятся! Там же камни скользкие в темноте! Вдруг он свалится в океан? А если простудится в такой ливень?

Я места себе не находила.

Наконец, двери распахнулись и несколько работников во главе с моим блудным муженьком стали затаскивать какие-то ящики.

— Очередные посылки от твоей матушки, — Дерек принялся стряхивать воду с волос, отфыркиваясь. Я швырнула в него полотенцем. Он поймал на лету. И я прям вот почувствовала непроизнесённое «Спасибо, Злючка!» При слугах он старался меня так не называть, берёг авторитет. Вот уж спасибо за предусмотрительность! Мне от неё уже тошно становилось.

Я начала разливать суп по мискам. Это я предпочитала делать сама. В таких вот мелких делах, не трудных, но совершенно новых для меня, я находила особое удовольствие. Да и работники работали намного веселее — всё-таки, сама королева заботится.

Муж на заботу отвечал как обычно дежурными благодарностями. От которых мне хотелось ему эту миску на голову надеть. Вместе мы не ужинали — от обилия дел у меня обычно просыпался такой зверский аппетит, что если б я всякий раз дожидалась мужа, который мог вообще явиться назавтра, уже померла бы давно с голоду.

Вернулась к очагу, села там на грубо сколоченный стул, дошивать рубашку. В случае с Дереком почти ничего из имеющейся одежды не подошло, даже мама не угадала с размерами, и мне приходилось снимать мерки с этих возмутительно широких плеч самой и шить заново.

Пока шила, от злости исколола себе все пальцы. То и дело оглядывалась с завистью в сторону длинного дощатого стола, за которым мой муж оживлённо делился с другими мужчинами какими-то своими соображениями по поводу экспедиции на крайние восточные острова, которую он задумал. Судя по всему, меня туда брать никто не собирается.

Ай!

Нет, сегодня определённо пора завязывать с иголками. Неподходящее настроение для шитья. Как же я зла!

Неожиданно мой взгляд перехватили.

Я смутилась и попыталась сделать вид, что просто разглядываю кухню, но такой номер уже не проходил.

Мой муж вдруг поднялл наполовину полную тарелку и направился в мою сторону.

Невозмутимо уселся рядышком прямо на коврик, совершенно не по-королевски подогнул ноги.

— Я здесь побуду. Не против?

— Почему я должна быть против? — буркнула я и снова воткнула иглу в лён, как будто во врага.

— Не знаю. Последнее время ты меня как будто избегаешь. Всё хорошо?

— Замечательно.

Снова молчание.

Дерек доедал тарелку долго, глядя в танцующее пламя.

— Я вчера закончил кровать. Ты можешь перебираться.

— Замечательно!

Я вскочила. Уронила шитьё с колен, поспешно подобрала. Вот отличный повод уйти подальше! А то его близость начинала нервировать. Еще не сдержусь и ляпну какую-нибудь глупость. На виду у всех тем более.

— Ты уже это говорила, — задумчиво добавил Дерек, провожая меня взглядом.

* * *

В этот раз моя мама, как будто чувствовала, передала кучу совершенно непрактичных, но милых вещей для спальни. Белоснежное постельное бельё с кружевами, подушки, одеяла, свечи, ночную сорочку, а ещё… ванну. Когда последней в комнату внесли её, я не поверила глазам. Даже в ладоши захлопала! Вот всего остального можно было не присылать, ограничиться только этим, и я уже была бы безоговорочно счастлива.

Здешняя, при хозяйской спальне, совсем проржавела, мне приходилось бегать со служанками на ключи и наскоро ополаскиваться там, клацая зубами. Ну, или довольствоваться тазиком, если душа требовала всё же горячей воды.

Зато теперь у меня была настоящая ванна!

Я не отказала себе в удовольствии. Королева я всё же или нет? Можно иногда побыть деспотичной и приказать нагреть себе такую уйму вёдер горячей воды среди ночи. Надеюсь, меня за это не слишком проклянут девочки, которые и так целыми днями не разгибались.

Правда, когда я подарила каждой по кружевному полотенцу, вроде бы оттаяли. И кроме воды ещё мне откуда-то притащили лавандового мыла.

Нет, счастье всё-таки есть! Решила я, когда после ванны, в которой просидела до упора, пока вода совершенно не остыла, влезла в тонкую ароматную ткань сорочки. Я прямо чувствовала исходящее от неё тепло маминых рук. Стало немного теплее. Хотя всё равно от камней веяло холодом. Так что надо бы поскорее забираться в постель. Тем более, что мне не терпелось опробовать это произведение плотницкого искусства. Дерек постарался на славу! Не слишком изящная на вид, но широкая, добротная, да ещё теперь покрытая новым постельным бельём, она манила и обещала, что уж на ней-то я точно высплюсь. И бессонница мучать больше не будет. Какой шикарный подарок от мужа, прямо королевский!

Надо будет завтра не забыть сказать спаси…

Я взвизгнула и отпрыгнула, когда дверь отворилась и вошёл Дерек.

Подхватила полотенце и прикрылась. Я хоть и не голая, но с такой тонкой тканью это всё равно. И почему я, дура, не заперлась⁈

— Если ты решил пожелать мне спокойной ночи, мог бы сперва постучать! — взвилась я.

— Почему я должен стучать, входя к себе в комнату? — прищурился Дерек.

А потом толкнул дверь ладонью. И задвинул щеколду.

— Эт-то ещё зачем⁈ — мои мысли в панике носились туда-сюда, и ни одного хорошего варианта не выдавали.

— А как ещё прикажешь с тобой поговорить, если ты всё время убегаешь?

— Я не убегаю!!

— И разговаривать не хочешь.

— Хочу!

— Стоит мне подойти, ты умолкаешь.

— Я не…

— Не спорь! Думаешь, приятно видеть, как ты улыбаешься кому угодно, только не мне? Да чёрт возьми, ты последнему слуге суп наливаешь с большей приветливостью, чем собственному мужу! — Дерек оперся плечом на дверь и скрестил руки на груди. И вид у него был при этом такой мрачный, что… я поняла, что уже ничего не понимаю.

— Ещё немного, и я решу, что ты меня ревнуешь! — ошарашенно проговорила я.

— Вот ещё! Чего не хватало, — фыркнул Дерек и поморщился. — Просто интересно, с чего вдруг такая перемена. С каких пор ты меня на дух не выносишь?

— Кто? Я?

Наш разговор всё больше напоминал разговор слепого с глухим.

— А кто на меня три раза тарелки за обедом выворачивал?

— Я случайно… — смутилась я.

— Между прочим, две из них были совсем кипяток! — ядовито добавил Дерек. — И чем же я тебе так насолил, скажи на милость?

Я совсем уже растерялась. И принялась недоумённо следить, как мой муж, оставив в покое дверь, начинает ходить туда-сюда по комнате, точно злющий кот по ветке.

— Нет, ну сначала я решил, что ты стесняешься. Ладно, думаю! Выдернул девочку из привычной жизни, задурил голову, не дал опомниться. Всё-таки один день от знакомства до свадьбы, смешно сказать. Она меня совсем не знает, я ж ей чужой по сути человек. Ладно! Не буду торопить события, пусть привыкнет. Поблагородничаю. Вот и доблагородничался! Чем дальше, тем хуже!

Он остановился на приличном отдалении и посмотрел на меня в упор.

— Рассказывай, за что на меня злишься. Жалеешь, что согласилась?

— Н-на что?

— Замуж за меня. Уже пожалела?

Я аж задохнулась на мгновение. А потом взорвалась:

— Ты совсем дурак⁈

— Тогда что? Не понравилось, в какую дыру затащил? Я предупреждал, что не будет легко!

Ах он…

Я схватила первое, что попалось под руку… попалась, кажется, мыльница с мылом… и швырнула прямо в него. Дерек еле успел пригнуться.

— Не смей так говорить о нашем чудесном доме!!

Полотенце чуть не свалилось, я едва успела подхватить.

— Тогда что⁈ Какого чёрта ты превращаешься в каменную статую, стоит тебя тронуть⁈ И разговариваешь так, как будто только ждёшь, чтоб поскорее от тебя отошёл и вид не загораживал⁈

От наших криков, кажется, уже ставни дрожали. Вот стыдоба! Будет новый повод слугам языки почесать. Но я не собиралась сдерживаться. И так слишком долго терпела.

— Ну и шёл бы к своим этим… фавориткам!.. раз тебе не нравится такая жена!!

Вот