Плечом к плечу - Дмитрий Воронин

Альта сокрушенно покачала головой.

— Щиток могу сделать.

— И то хлеб… знаешь что, иди-ка ты вон туда, там управитель с супругой. Ежели что случится, постарайся хоть их защитить.

— А ты, мастер?

— Девочка, мне приходилось драться с магами, когда твоя мамка ещё пеленки пачкала.

Самым лучшим вариантом было бы разогнать толпу. Не то, чтобы заставить всех разойтись по домам, за такое предложение можно и по морде получить, ведь люди собрались ради зрелища и намерены получить его полной мерой. Но хотя бы подальше отойти, на безопасное расстояние. Пара сотен шагов… тьма Эмнаура, это то же самое, что просто убраться восвояси. С двухсот шагов много ли увидишь?

Похоже, и белые рыцари поняли, что к чему. Вряд ли им что-то грозило, большую часть заклинаний белые доспехи успешно отразят, да и не совсем уж светоносцы беспомощны по части магии. Каждый знает, броня и меч удел тех, кто не способен толком освоить мастерство плетения заклинаний, но бывают и исключения. Не в этом случае, мечи у обоих висят под правую руку. Тем не менее, рыцари пытались немного оттеснить толпу назад. Получалось не очень.

А на площадке уже началось движение. Оба противника явно принимали друг друга всерьез. Таша пока не делала попыток начать атаку, барон, нахлобучив шлем и опустив забрало, напоминал железную статую, неторопливо нарезающую круги вокруг своей гибкой и подвижной цели. Скрипя зубами, Фарад вынужден был признать, что тяжёлые доспехи, поначалу выглядевшие совершенно неуместными, сейчас дают барону изрядное преимущество. По опыту старый мастер знал, что латы способны защитить от простой боевой магии, следовательно, леди Рейвен придётся пользоваться более сложными узорами… отнимающими больше сил и времени.

Таша прыгнула вперед, разом сократив дистанцию вдвое, синяя шпага метнулась к прорези шлема — и отлетела в сторону, встретившись с тяжёлым индарским клинком. На мгновение грудь барона оказалась открытой, и в металл впечатался камень «пращи», вслед за ним второй, третий… под градом ударов барон вынужден был отступить. Но равновесия не потерял, на что, без сомнения, рассчитывала Таша. Правая рука сомкнулась в щепоть, невидимые за забралом губы прошептали нужные слова — и голубая молния хлестнула по тому месту, где ещё мгновением раньше находилась девушка.

Видимо, зрители поняли-таки, что в этой схватке они в любой момент могут стать пассивными участниками. Толпа попятилась, но ненамного — шаг, два от силы. А маги продолжали дуэль — барон, не особо балуя наблюдателей разнообразием (или же ничего иного не умея) попеременно атаковал то молниями, то простенькими фаербельтами. Будь на Таше стёганый панцирь, огненные стрелы вряд ли причинили бы ей серьёзный вред, но тонкую кожу изящного дамского камзола фаербельт прожжёт безо всякого труда. Сама волшебница на эффектные, но не слишком эффективные выпады латника отвечала, в основном, ударами «пращи». Пока что это привело лишь к тому, что кираса и наплечники барона покрылись неглубокими вмятинами, да меч в левой руке стал двигаться ещё более неуклюже, видимо, один из камней нанес арДауту серьёзный ушиб, лишь слегка смягченный пластинами брони и кольчужной сеткой.

За долгую жизнь Фарад успел немало узнать о способах магов вести схватку. Не обладая и крошечной искоркой магического дара, он понимал смысл понятия «заготовка». Как правило, маги могут иметь в запасе несколько мощных заклинаний, но использовать их станут лишь тогда, когда будут уверены в успехе. Знать бы ещё, что приготовила на такой случай леди Рейвен. И приготовила ли что-нибудь вообще… ведь Таша ожидала относительно простой стычки с придурком в латах, только и умеющим, что махать мечом. Одиночный противник магу, как правило, не страшен.

Очередная атака. На этот раз Таша предпочла воспользоваться шпагой, и Фарад до крови закусил губу — слишком, слишком самоуверенно ведёт себя леди, магическое стекло надёжно и остро, но против тяжёлых доспехов не слишком-то полезно. И точно, барон, даже не подумав парировать выпад, шагнул вперед, принимая укол синего лезвия помятым наплечником. Одновременно с этим движением его затянутая в железо рука рванулась вперед, нанося удар. Девушка в последний момент сумела увернуться — и всё-таки шипованая перчатка зацепила предплечье, раздирая и кожу камзола, и мышцы. Чуть в сторону — и песенка волшебницы была бы спета.

Поединок до безусловной победы подразумевал три варианта окончания — один из дуэлянтов убит, ранен до полной невозможности продолжать схватку, или бежал с поля боя. Правый рукав синего камзола леди Рейвен стремительно темнел, ещё немного — и пальцы перестанут слушаться хозяйку, тогда предсказать результат этого противостояния будет нетрудно. АрДауту и магия не понадобится, он просто изрубит девушку в капусту, и шпага ей не поможет.

Видимо, Таша это поняла, поскольку активировала заготовку. Как потом признается Альте, чуть с ума не сошедшей от страха за наставницу — единственную заготовку. Пренебрежение к противнику, в который уж раз, сыграло с волшебницей злую шутку — она попросту не озаботилась приготовить что-нибудь по-настоящему эффективное. Досадно, одна «стрела тьмы» могла бы полностью изменить ход боя… правда, о недавнем намерении оставить барона в живых пришлось бы забыть.

Сейчас леди Рейвен уже не думала о ценности человеческой жизни вообще и о потенциальной возможности перевоспитания барона арДаута в частности. На кону стояла её жизнь, правая рука ещё действовала, но вряд ли это продлится долго. Кровь заливала пальцы, а остановиться, чтобы бросить на рану простенькое «исцеление», некогда — барон без устали бил молниями, которые, лишь по невероятной случайности, до сих пор не зацепили никого из зрителей. От голубых разрядов Таша частично увертывалась, частично подставляла под удары «щитки», прекрасно понимая, что рано или поздно раненая рука подведет, и магическая атака достигнет цели.

Самое время использовать последние резервы. Последний довод.

Тело пронзил спазм наслаждения — исчезла, ушла в небытие боль в рассеченной руке, мир вокруг стал неторопливым и вальяжным, ноющие мышцы наполнились силой, шпага молнией метнулась вперед, заставляя застонать рассекаемый воздух — кончик синего лезвия полоснул по кирасе, вспарывая сталь… Враг смешон, неуклюж и неопасен, он не успеет даже понять, в какой момент клинок пронзит ему горло… это будет… сейчас!

Жалобно взвизгнуло столкнувшееся оружие. Барон успел парировать удар — правда, магическое стекло в очередной раз доказало своё превосходство над сталью, оставив на изделии индарских оружейников изрядную щербину. Но это не имело значения — удар не достиг цели, барон двигался быстро, очень быстро, явно также пребывая под действием «героя», одного из сильнейших заклинаний Школы Крови.