Князь из картины. Том 8 - Борис Владимирович Романовский

В следующие несколько мгновений кинжал пронзил всех големов, превратив их в кучки золота.

— Как вовремя, — усмехнулся Тимур, когда кинжал приземлился ему в ладонь. — Всё же маги с исключительным потенциалом — это любимчики Башни. И преодолевать этажи вместе с такими, как ты, гораздо проще.

— Пойдём дальше, — покачал головой я.

Мы продолжили путь. Следующие несколько минут на нас постоянно нападали золотые големы, однако благодаря новому клинку мы запросто с ними разбирались.

Когда подошли к следующему сундуку, трёхметровая груда из золота вдруг задрожала. Из неё появились мощные руки, а затем сформировался торс и голова.

Это был самый большой золотой голем, которого мы видели.

Я тут же провёл свой атакующий ритуал Старшего Магистра и из клинка выстрелил золотой луч, но он лишь повредил грудь золотого голема, не нанеся ему серьёзных ран.

Тварь заскрежетала, а затем потянулась к нам. При этом гравитация вокруг нас усилилась в несколько раз, и стало даже тяжело шевелиться.

Тут Тимур бросил клинок, и тот пронзил грудь золотого гиганта, заставив того задрожать. А затем существо просто распалось на несколько груд из золота.

— Это было довольно легко, — хмыкнул Тимур, поймав в ладонь опустившийся клинок. — Не зря этот артефакт ещё называют разрушителем големов. Он уничтожает саму структуру таких существ, как бы сильны они ни были.

— Да, нам очень повезло с первой наградой, — кивнул я.

Даже странно как-то. Но может, дело и правда в моём исключительном потенциале?

Я открыл второй сундук и увидел в нём серебристое колечко.

Взяв кольцо, я влил в него ману и прислушался к ощущениям. Затем надел его на палец.

От кольца разошлись несколько энергетических волн, а потом сформировались три полупрозрачных барьера, которые начали вращаться вокруг меня. Формой каждый барьер напоминал лепесток розы.

— Защитный артефакт, — задумчиво проговорил я.

— Не просто защитный артефакт, — покачал головой удивлённый Тимур. — Я читал о нём. Это Кольцо Трёх Волн. Высший артефакт, чья мощь растёт вместе с владельцем. Легендарный артефакт.

— Правда, что ли? — удивился я.

— Да, — кивнул Тимур, пытаясь скрыть зависть. — Пойдём.

Он явно был в нетерпении, ему хотелось открыть новые сундуки. Мы прошли дальше по коридору.

На нас непрерывно нападали золотые или каменные големы, но с новым клинком мы легко расправлялись с ними. Когда мы увидели вдали третий сундук, перед нами появилось другое существо — алый призрак в кандалах, за которым извивались десятки цепей. Лицо призрака было искривлено от жадности, а в его глазах горело алое пламя.

— Если я правильно понимаю, то перед нами Призрак Греха Алчности, — задумчиво произнёс Тимур. — Эти твари весьма сильны. Каждая атака этого существа способна задеть наше естество. Он атакует прямо душу и сознание. Будь очень осторожен.

Я кивнул, приподняв жезл. И словно в ответ на мои действия алый призрак вдруг поплыл в нашу сторону и резко поднял руки. Цепи позади него будто ожили и атаковали нас.

Я только хотел создать ритуальный круг, как почувствовал сзади толчок. Оглянувшись, я с удивлением увидел цепь, которая вырвалась прямо из пола и вонзилась в барьер, созданный Кольцом Трёх Волн.

Цепь отлетела и вновь ударилась об этот барьер, но не смогла его разбить.

Когда я отвлёкся, две другие цепи атаковали меня по бокам, но были остановлены барьерами.

Тимура тоже атаковали цепи — но не в спину. Он успел создать прозрачные щиты, с которых две цепи просто соскользнули и врезались в золотые горы.

Тварь противно завизжала и уже приблизилась к нам, но тут Тимур зачитал заклинание. Из его жезла выстрелил луч энергии, который попал прямо в призрака и заставил того отскочить.

Призрак замахал руками, и цепи вокруг нас взбунтовались. Они атаковали меня раз за разом, но щит легко отражал их.

А вот Тимуру приходилось хуже. Он пропустил одну атаку в ногу и сейчас сильно кашлял, отступая и размахивая жезлом, пытаясь отбиться от всех цепей.

Я зачитал своё основное атакующее заклинание и выстрелил золотым лучом из ритуального клинка. Но он прошёл сквозь эту тварь.

— Как его убить⁈ — воскликнул я.

И тут цепи перестали биться о мои щиты. Поняв, что не сможет меня задеть, призрак сосредоточился на Тимуре.

И это дало свои плоды — сразу две цепи атаковали Менталиста одна за другой. Первая сбила ему щит, а вторая попала по руке, заставив того вскрикнуть и снова отступить.

— Ах ты, тварь! — рявкнул он.

Затем его веки задрожали и чуть приоткрылись. Из-под них вырвался серебряный свет, который волной прошёлся вперёд, омывая узкий коридор.

Призрак в ужасе попытался сбежать, но не смог. Он закричал и попросту исчез — серебряный свет смыл его, как прибой смывает песчаную кучку.

Я насторожился. От этого света явно ощущалась магия Высшего ранга.

Но свет исчез так же неожиданно, как и появился.

Тимур тяжело дышал, его глаза были закрыты. Он присел на одно колено.

— Я ранен, — хрипло сообщил он. — Проверь, что в последнем сундуке.

Я молча направился в сторону светящегося сундука и увидел впереди, что коридор упирается в каменные ворота. Значит, мы дошли до конца. За этими воротами — второй зал.

Это даже немного расстроило меня. Но если Тимур всё же сможет сражаться, то я уверен, он согласится со мной — мы вернёмся назад, чтобы проверить другие коридоры. Слишком уж ценные тут сокровища. Особенно радовал тот факт, что мы сможем забрать их с собой из Башни.

Когда я начинал об этом думать, то внутри меня буквально поднималась волна предвкушения и радости. Ощутив в себе столь сильное чувство, я остановился и задумался.

С каких это пор меня так сильно привлекают сокровища? Да, конечно, я люблю артефакты, особенно столь ценные, но разве моя реакция не чрезмерна?

Только задумавшись об этом, я понял, что это был лишь небольшой порыв, не более.

Что ж, тогда всё нормально — подобные порывы бывают у каждого.

Кивнув сам себе, я сел возле сундука и открыл его. Внутри я нашёл светло-синий браслет.

Взяв его, влил ману и с удивлением понял, что это исцеляющий артефакт Высшего ранга, который способен залечить большинство ран.

Я вернулся к Тимуру и передал ему браслет. Тот сразу же надел его, а затем, глубоко вздохнув, встал.

— Даже ментальные травмы были исцелены, — тихо заметил он. — Удивительный