Волшебник и узурпатор - Кристофер Сташеф

— Посмотрим, можно ли ускорить процесс.

Жрица пошевелила пальцами, и медальон вновь начал раскачиваться, подобно маятнику.

— Следи за медальоном, Гар... смотри, как он крутится... влево... вправо...

Гар следил внимательно, всякий раз поворачивая голову в нужную сторону.

Алеа решила, что он немного переигрывает.

Жрец зевнул, а его напарница произнесла:

— Уже поздно... Хочется спать... Ах, как приятно погрузиться в сон... В сон... И ты хочешь спать, Гар... Ты такой сонный... Твои веки так тяжелы, что тебе хочется закрыть глаза... Спи... Спи... — Она опустила медальон.

Гар продолжал вертеть головой из стороны в сторону.

Жрица улыбнулась.

— Не качай головой, Гар.

Гар смотрел прямо перед собой, уставившись в пространство.

— Как тебя зовут? — спросила жрица.

— Гар, — ответил он подобно сомнамбуле.

— А фамилия?

— Фамилия? — Хотя ему полагалось быть загипнотизированным, Гар решил изобразить удивление.

Алеа с облегчением вздохнула. Гипноз не подействовал, но притворялся Гар хорошо.

— У него нет фамилии, — сказал жрец. — Значит, он из крестьян.

— Кто дал тебе имя, Гар?

— Жрец, — пробормотал Гар.

— Жрец? Хорошо, это уже прогресс... Кто подсказал жрецу дать тебе это имя?

— Мама, — ответил Гар. — Папа.

— Ты помнишь, как выглядела твоя мать, Гар?

— Большая, — сказал Гар. — Высокая, как дерево. Рыжие волосы, зеленые глаза... улыбка.

— Он видит ее глазами младенца, — решил жрец.

— Очень хорошо, — сказала жрица, обращаясь к обоим. — Теперь ты уже немного постарше... тебе шесть лет... у тебя есть брат?

Гар кивнул.

— Как его зовут?

— Джеффри, — ответил Гар, — и еще малыш.

Интересно, подумала Алеа, это все правда или Гар придумывает? Он никогда не упоминал о брате. С удивлением она поймала себя на мысли, что Гар ничего не рассказывал ей о своей семье. И вообще, она мало что знала о нем.

Алеа даже немного рассердилась.

— Джеффри — это малыш? — поинтересовалась жрица.

Гар отрицательно кивнул.

— А как зовут малыша?

— Грегори.

Голос Гара окреп, и речь стала более внятной.

Алеа все еще думала, что он переигрывает. Разве может человек с мозговой травмой так быстро выздороветь?

— Прекрасно, — сказала жрица. — А сестра у тебя есть?

Гар кивнул.

— Это, конечно же, Алеа, — решила жрица. — У тебя только одна сестра?

— Только одна. — Голос Гара был почти чистым. — Мне порой было жаль маму.

— Словарный запас улучшился, — удивленно произнес жрец. — И говорит как образованный человек. Я имею в виду произношение.

— Да, но какое-то незнакомое, — нахмурилась жрица. — Где твой дом, Гар?

— Я потерял его. — Лицо Гара омрачилось. — Не в этом мире.

— Травма, — прошептал жрец. — Наверное, бандиты уничтожили всю деревню.

Да, можно сказать и так, решила Алеа, хотя разумнее было бы предположить, что Гар покинул свой дом, а не наоборот. И все же Гар не солгал. Что ж поделать, коль они не правильно истолковали чистую правду?

Впрочем, ему и солгать недолго, подумала она, хотя в этих обстоятельствах будет правильнее не говорить всей правды.

— Кажется, он нашел другую зону памяти, — сказал жрец, — а поврежденную обошел.

Жрица кивнула.

— Я так и предполагала, ведь, по словам его сестры, память у него то появляется, то исчезает.

— Неплохая импровизация, — подумал Гар. — Быстро соображаешь.

Алеа вздрогнула. Откуда Гар узнал, что она слушает? Но если разобраться, что ей еще оставалось делать?

— Хорошо, Гар. — Жрица неожиданно напряглась, нахмурившись. — Где ты изучал искусство врачевания?

Даже через толщу камня и металла Алеа ощутила исходившее от жрецов беспокойство. Их тревога была вполне объяснима: только жрецы владели медицинскими знаниями.

— Врачевания?

Гар бессмысленно уставился на своих собеседников.

Несколько мгновений жрица внимательно смотрела на странного пациента. Но Алеа разобрала у нее в голове одну-единственную мысль:

Он ничего не понимает в медицине, — и у нее тотчас отлегло от души.

Затем жрица решила испробовать несколько иной подход:

— Я имею в виду операцию, которую ты сделал Орго. Где ты научился производить трахеотомию?

— А, операцию... — Лицо Гара прояснилась. — Однажды я помогал одной старой женщине, врачевательнице. Я держал за руки мужчину, чтобы тот не дергался, а сам наблюдал, как она режет ему горло. Хотел все запомнить. Я подумал тогда, вдруг в один прекрасный день это и мне пригодится, чтобы спасти человеку жизнь.

— И ты только смотрел? — продолжала допытываться жрица. — И никто не учил тебя, как это делается?

Гар медленно покачал головой.

— Да, только смотрел, — ответил он и неожиданно спросил с надеждой в голосе:

— Неужели я все сделал правильно?

У обоих жрецов вырвался облегченный вздох, а жрица даже рассмеялась.

— Да, ты все сделал правильно, — ответила та с улыбкой, — Просто молодец. И ты действительно спас Орго жизнь. Когда сознание проясняется, ему не откажешь в смекалке, — добавила она, обращаясь к жрецу.

— Да и память — можно только позавидовать, — согласился тот.

— А сейчас, Гар, — обратилась жрица к своему пациенту, — я тебя разбужу.

С этими словами она почти вернула его к действительности, предварительно погрузив в небольшой транс.

— Сейчас я хлопну в ладоши, — сказала она, — и ты полностью проснешься. Но при этом ты совершенно забудешь наш с тобой разговор. Ты меня понял?

— Понял, — буркнул Гар.

Жрица хлопнула в ладоши. Гар растерянно замигал и заозирался по сторонам, словно не понимая, где находится.

— Ты помнишь, как попал сюда? — вкрадчиво спросил его жрец.

— Попал... сюда? — Гар нахмурил лоб, словно припоминая недавние события. — Что-то не припоминаю, — покачал он головой.

— Он снова утратил память, — вздохнула жрица. — А я так надеялась, что после сеанса она у него восстановится — хотя бы частично.

— Ничего, будем надеяться, что теперь она по крайней мере будет чаще возвращаться к нему, — ободрил ее коллега.

— Что ж, пусть будет хотя бы так. На большее мы вряд ли можем рассчитывать. Послушай, Гар. Ты не хотел бы позавтракать?

Спустя полчаса Алеа уже спускалась со своим «братцем» вниз по холму.

— Ну и что тебе удалось узнать о местной религии? Что в ней интересного? — спросила девушка, когда они оказались на расстоянии нескольких сот ярдов от храма.

— Во-первых, у них там есть подземные помещения, — ответил Гар, — с металлическими стенами и пластиковой мебелью, что не слишком вяжется с неолитической культурой. Я уже не говорю о раздвижных дверях. Первые поселенцы наверняка принялись возводить вокруг звездолетов холмы. Обсыпали корабли землей, а сверху возвели святилища.