Смертельный удар - Роман Злотников

— Капитана ко мне.

Тот появился почти мгновенно, будто ждал, прячась за крупом Хитрого Упрямца. А может, так оно и было на самом деле.

— Лагерь разобьем здесь. Судя по ландшафту, тут еще безопасно. Да и проводник говорит, что, когда степняки приходят к Злой матери на большой хурал, стойбища ставят с этой стороны холмов. И пока это еще никому не повредило. — Грон еще раз окинул горизонт взглядом из-под ладони и сказал: — Оседлай мне другую лошадь, я собираюсь немедленно отправиться туда, — он бросил вопросительный взгляд на Сайторна, и тот утвердительно кивнул, — только вдвоем с Сайторном и проводником. Так что приготовьте нам три комбинезона и маски. Вопросы?

Вопросы у капитана, понятно, были, но Грон отдал распоряжения таким тоном, что капитан понял — лучше их оставить без ответов.

Спустя полтора часа они уже пробирались по дну небольшой лощины или, скорее, ущелья. Грон рыскал по сторонам как хорошая охотничья собака, выискивающая след, потом вдруг остановился, упал на колени и с возбужденным видом осторожно потер тонкочешуйчатый, похожий на слюду кристалл с матовым зеленоватым отливом. Несколько мгновений он разглядывал его, потом повернулся к стоящему рядом степняку:

— Значит, говоришь, гиблое место, скотина дохнет, язвы у людей открываются?

Тот торопливо закивал головой и залопотал что-то по-своему. Но Грон не стал вслушиваться. Он поправил тонкие кожаные перчатки и примитивный тканевый респиратор и полез вверх по осыпи. Взобравшись на косогор, он внимательно осмотрел лощину, небольшие холмы вокруг и широким шагом направился в сторону проема узкой пещерки, видневшейся неподалеку. Протиснувшись внутрь, он вытащил из связки, притороченной за спиной, факел, запалил его и пополз вперед на четвереньках, внимательно осматривая стенки. Наконец ему повезло. В неверном свете факела он увидел на стене, на срезе песчаника, небольшой мазок вещества, очень похожего на смолу. Грон достал бронзовую лопатку, осторожно счистил мазок в завинчивающийся свинцовый пенал и попытался развернуться. Это оказалось делом невозможным. Грон чертыхнулся и стал осторожно пятиться назад.

Сайторн уже ждал у входа в пещерку. Грон чуть отдышался, жестом подозвал коновода, и они молча двинулись в обратный путь.

До лагеря они добрались через полчаса. Бойцы уже развели костры. Два больших, а ниже по склону, чуть в стороне, один поменьше. Все уже привыкли, что командор и этот чужак каждый вечер о чем-то долго беседовали друг с другом наедине. Зачастую приходилось неоднократно разогревать ужин, прежде чем они подходили к общим кострам или командор разрешал принести ужин к своему. Кони слегка запарились, и лагерный коновод, поймав поводья, принялся гонять их по кругу, ожидая, пока они чуть остынут, чтобы, следуя строгому наказу Грона, как следует их выкупать. Сайторн вымылся сам, дождался, пока Грон также тщательно отскоблит кожу и несколько раз вымоет голову, уши и прополощет рот, потом подал ему полотенце. И когда тот, хорошенько вытеревшись, швырнул полотенце к снятому ранее сплошному кожаному комбинезону, прошитому двойным швом, кожаным перчаткам и кожаному же шлему с шейным клапаном, Сайторн негромко спросил:

— Ну что, это то, что тебе нужно? Грон скорчил гримасу неуверенности:

— Кто его знает? Здесь нужен профессиональный геолог. А я всегда работал с чистыми материалами. Но судя по тому, как описывают это место… Очень может быть.

— И как узнать точно?

Грон достал свинцовый пенал.

— Я взял образец. Впрочем, это вполне может быть пометом летучих мышей. — Грон вздохнул. — Ладно, во всяком случае, если судить по слухам, которые ходят об этом месте, из пяти остальных, нам известных, это — самое перспективное. — Он повертел цилиндрик у носа и пожал плечами. — Все равно больше найти не успел бы. Завтра выеду пораньше и полазаю по осыпям и щелям, может, накопаю еще. Тогда и проведем анализ.

Солнце уже зашло, и закат пылал на небе как небесный пожар. Грон припомнил рукотворное зарево, которое ему довелось несколько раз увидеть в прежней жизни, и невольно содрогнулся от того, что планировал сделать. Но иного выхода не было. Ему надо было срочно заполучить «большую дубинку». Такую, заиметь достойный ответ на которую в этом мире никто не мог рассчитывать. По зрелом размышлении, ограничение на развитие технологий было вызвано именно попыткой перекрыть людям доступ к мощному оружию. До сих пор они незыблемо стояли на этом, и Грон мог бы найти немало оправданий подобному подходу, опираясь на историю своего собственного мира. Но того, что готовил Орден, этот мир, несмотря на всю его грязь и кровь, по мнению Грона, совсем не заслуживал. И для того чтобы предотвратить неизбежное, он должен был заставить своих противников играть по своим собственным правилам. Просто внедряя новые технологии в областях, находящихся под его властью, и создавая систему распространения знаний, он не мог быть уверенным в выигрыше, даже будь у него время. А времени у него не было. К тому же он не был уверен, что даже если он успеет сделать все, что собирался, то сумеет остановить неизбежное. А потому ему нужно было сломать, изменить сам Орден, заставить своих врагов включиться в гонку технологий, чтобы даже в случае неудачи у людей следующей Эпохи появился бы шанс. Иначе — замкнутый круг.

— Так сколько, ты говоришь, осталось времени? — спросил Грон. Сайторн усмехнулся:

— Ты спрашиваешь меня об этом каждый час уже третий год.

— Просто это помогает мне лучше думать. — Грон стиснул зубы.

— Понимаю, — сказал Сайторн. — Это очень сложно, сражаться одному против целого мира.

Грон мотнул головой:

— Не так. — Он посмотрел Сайторну в глаза. — Понимаешь, я, конечно, тоже не сахар, могу устроить кровопускание, войну, положить несколько десятков или сотен тысяч довольно приличных людей просто потому, что они на другой стороне, но… — он задумался, — я прекрасно представляю себе, что я не бог, а этот мир, если к нему руки приложить, совсем не плох, и я не собираюсь с ним сражаться. Это… просто ребенок. Он может вредить, буянить, пакостить по-мелкому или по-крупному, но он не враг. Его можно отшлепать, наказать как-то, но мне никогда не приходило в голову смахнуть его, как надоевший песочный домик, что, если верить вашей Книге Мира, не раз проделывал тот, кого ты называешь Творцом. С помощью преданной ему банды кровавых фанатиков. — Он помолчал. — Хотя в их ненависти к новым знаниям есть и некоторое рациональное зерно. Я сам придерживаю кое-какие военные технологии, если считаю, что пока могу без них обойтись, например, порох или динамит. Сайторн склонил голову к плечу, вслушиваясь в незнакомые названия, как бы пробуя их на вкус, и спросил: