Огненный поцелуй для Снежинки - Алёна Рю

между подушечками, наблюдая, как тот тает. После чего поднял на меня вопросительный взгляд.

– Это все, – ответила я на немой вопрос.

– Я же говорил, ее магия слабая, – язвительно заметил Коллинз.

На лице жреца мелькнуло сожаление. Конечно, я понимала, что жалел он не меня, а упущенную выгоду. Много матирии с меня не соберешь, уже понятно.

– Дай руку, дитя, – попросил Орлион.

Я отряхнула ладони от остатков снега и вытянула руку. Манжет задрался, и из-под него выглянул край моей новой татуировки.

Почему-то я надеялась, что жрец что-то о ней скажет. Орлион задержал на метке взгляд лишь на мгновение, но потом никак не отреагировал. Просто взял мою ладонь в свои и закрыл глаза.

Его прикосновение было прохладным. Не сказать чтобы неприятным, но руку хотелось убрать. Что-то невидимое проникало в меня, и хотелось инстинктивно закрыться.

– Да… – Орлион разжал ладони и вздохнул. – Твой дар действительно незначителен. Тем легче, полагаю, будет с ним расстаться.

Коллинз закивал. А я бы поспорила.

– У меня все еще есть шанс на практику, – упрямо проговорила я.

Хотя кто знает, может, наша команда уже проиграла?

– И мы обязаны его тебе дать, – согласился Орлион и обратился к Коллинзу: – Когда закончится отбор?

– Полагаю, осталось всего несколько дней, – ответил проректор. – Но уверен, что мисс Лайн вылетит если не сегодня, то завтра. Как только ее поставят против кого-то сильнее…

Против кого-то сильнее… Что это значит? Я буду с кем-то сражаться?

В пятках закололо от страха, и я сглотнула. Нет, Коллинз это говорил, просто чтобы напугать.

– И тем не менее. – Жрец повернулся ко мне. – Одри, ради твоей безопасности мы вынуждены надеть на тебя поисковый маячок.

Я вскинула брови.

– Простите, что надеть?

Сержант Симмонс поднялся на ноги и двинулся на меня. Испугавшись, я попятилась, но уперлась спиной в охранника. Оказывается, тот все это время дежурил в дверях.

– Не надо бояться, – ласково говорил Орлион, как доктор, уговаривающий ребенка принять горькую микстуру. – Это не больно.

Полицейский грубо схватил меня за руку и дернул на себя. Его взгляд скользнул по моей татуировке, и он процедил сквозь зубы:

– Только гулящие девки себя клеймят.

– Эй. – Я попыталась выдернуть руку обратно.

– Мисс Лайн, ведите себя подобающе, – не упустил случая гавкнуть на меня Коллинз.

Кажется, я уже ненавидела этого человека.

Симмонс стиснул пальцы, и я охнула от боли. Через мгновение на моем запястье застегнулся металлический браслет. Из толстого металла и грубой обработки. По такому сразу видно, что это не украшение.

– Территорию академии покидать нельзя, – отчеканил полицейский. – Иначе поступит сигнал к нам в отделение, и вас арестуют.

Его строгий голос вгонял в ужас, словно я и впрямь какая-то преступница.

– П-поняла, – выговорила я.

– Это для твоей же безопасности, дитя, – мягко добавил Орлион.

Так и подмывало спросить: безопасности от чего?

– Не волнуйтесь, мисс Лайн, – вставил и свои пять монет Коллинз. – Долго вам его носить не придется.

С трудом удержавшись, чтобы не показать проректору неприличный жест, я обратилась к жрецу:

– Ваше Святейшество, это все? Я могу идти?

– Да, дитя, на сегодня это все. Полагаю, мы снова увидимся через несколько дней. Но даже до этого срока знай, что двери храма для тебя всегда открыты. Пути богов неисповедимы.

Я уважительно склонила голову и, развернувшись, вышла.

Меня трясло одновременно от злости и от отчаяния. Хотелось то что-нибудь разбить, то забиться в темный угол и разреветься.

Все, все пропало. Я слишком увлеклась идеей практики и упустила момент, когда еще можно было незаметно покинуть академию. Теперь же…

Я дернула дурацкий браслет, и он больно впился в кожу.

Теперь же я обязана идти до конца.

– Одри, вот ты где.

Подняв голову, я увидела Лекси. Она подбежала ко мне и, запыхавшись, спросила:

– Все в порядке?

– А, не спрашивай. – Я махнула рукой. – Они как стервятники, ждут моего поражения.

Сообразив, что меня могли слышать в кабинете ректора, я взяла Лекси под руку и отвела в сторону.

– А ты чего бежала? Игра закончилась? Все плохо?

– Все просто отлично. – Подруга улыбнулась. – Вы победили, и я слышала, как Дин предлагал Марко сходить отметить. Пойдем, пока они не ушли.

Теперь она тащила меня к лестнице, а я все не могла поверить. Победили? Значит, у меня будет еще один день? Но что дальше?

Радость смешивалась со страхом. В животе скрутилось, словно меня вот-вот стошнит, и я вспомнила, что скоро обед.

– Надеюсь, они будут отмечать чем-нибудь съестным?

– Неважно, – буркнула Лекси, заставляя ускорить шаг. – Лишь бы не без нас.

Почти всю толпу удалось застать еще на полигоне. Кто-то из команды все же пошел на пары, но человек пятнадцать осталось. Ребята увлеченно галдели, как будто никуда не собирались. Но стоило нам приблизиться, как над головами раздался голос Марко:

– Идем, что ли?

Команда синих, все еще перепачканная красной пыльцой, последовала за своим лидером, как группа школьников за учителем.

Мы прошли мимо главного