Хрестоматия по социологии физической культуры и спорта. Часть 1 - Н. Чесноков

119. Wohl A. (1975 b). Some Remarks on the Methodology of Research on the Sociology of Sport // Int. Review of Sport Sociology, N. 2. – pp. 5-32.

120. Wohl A. (1979). Socjologia kultury fizycznej. Zarys problematyki, t. I. – Warszawa.

121. Wohl A. (1981 а). Socjologia kultury fizycznej. Zarys problematyki, t. II. – Warszawa.

122. Wohl A. (1981 b). Soziologie des Sports. Allgemeine theoretische Grundlagen. – Köln: Pahl-Rugenstein.

123. Zetterberg H. I. (1965). On Theory and Verification in Sociology. 3rd ed. – Totowa, N.J.: The Bedminster Press.

Раздел третий. Социологические проблемы телесности человека и физической культуры

Проблемы социального и биологического в физической культуре личности

Раздел (с. 90–97) работы: Лубышева Л. И. Социология физической культуры и спорта: Учеб. пособие. – М.: Изд. центр «Академия», 2001. Печатается с сокращениями.

(…) Природа человека с позиции соотношения социального – биологического. Философской основой сущности и существования человека является вопрос взаимосвязи социального и биологического. С одной стороны, человек – высшая ступень развития биологической эволюции, элемент живой природы. Биологическое в человеке – организм, который представлен его телесной физической структурой, задатками, темпераментом, динамикой психических процессов, способностью действовать. С другой стороны, он творец, активный участник исторического процесса развития материального производства и духовных ценностей, частица, элемент социальной жизни, осуществляющий свои поступки в соответствии с нормами и ценностями, существующими в обществе.

Как же связаны эти два начала – природное и социальное, насколько они отдалены или приближены в различных сферах жизнедеятельности?

То или иное решение вопроса о природном и социальном во многом определяет понимание развития социальной жизни, его источников, тенденций трактовки культуры (в том числе и физической) как феномена, проблем личности и индивидуальности.

На наш взгляд, в его решении есть две стороны: во-первых, раскрытие социальной обусловленности и соответственно специфики биологии человека и, во-вторых, изучение обратного воздействия социально детерминированной биологии человека на его общественную, материальную и духовную деятельность, многообразные социальные отношения и функции.

В философии и социологии существует несколько тенденций понимания этой проблемы, однако нам ближе идеи тех ученых, которые утверждают, что человек – биосоциокультурная система, уникальность которой определяется сплавом природных, врожденных особенностей индивида и впитанных ею в ходе становления ценностей культуры, влияния социальной среды, в которой личность формировалась. В то же время характер социализации не может не зависеть от природных данных индивидуума: своеобразия его телесной и психической организации, темперамента, интеллектуального потенциала, его потребностей, задатков, способностей, специфической организации и одаренности [Афанасьев, 1977; Каган, 1987; Казначеев, Спирин, 1988; Кузин, Никитюк, 1996; Парсонс, 1985].

Современная наука не только вскрыла причины индивидуальных биологических различий человеческих организмов [Говалло, 1984], но и показала связь этих различий с психологическими особенностями организма [Русаков, 1979]. В связи с этим человека нельзя представить как «сгусток социума», нельзя разрывать взаимодействие социологических и биологических факторов его становления и развития [Тарасов, Черненко, 1979]. Проблема состоит лишь в том, чтобы выяснить диалектику его соотношения, взаимодействия социального и биологического на основе раскрытия определяющего воздействия первого на второе. От правильности решения этой проблемы зависят методологическая направленность и способы интерпретации смысла и цели жизни человека, особенностей функций его организма, физического развития, формирования здоровья и др. Возникают и другие проблемы, более широкого порядка: сущность и причины возникновения человеческого общества, его история и современное состояние, взаимосвязи человека и машины, человека и природы, человека и общества и т. д. Все они обусловлены усилием воздействия современного общества, науки, техники на психику человека, а также возрастанием роли отдельной личности и ее деятельности в современном обществе.

Погрешность методологического подхода, учета взаимосвязи социального и биологического особенно отчетливо ощущается в современной научной и практической медицине, в развитии теории и практики физической культуры, антропологии, генетики человека и других наук.

Попытки рассмотреть и раскрыть сущность человека предпринимались многими философами, психологами, педагогами. Например, французские просветители XVIII в. Ш. Фурье, Ж.-Ж. Руссо, К.-А. Сен-Симон говорили, что человек – продукт среды и обстоятельств, но сама среда трактовалась ими как модификация человеческих идей, страстей и переживаний. Отсюда и культ человека как сущности биологического, отрицание значимости общественных отношений между людьми. Сторонников такого подхода и в современной науке достаточно много. Например, В. Г. Афанасьев (1977) отмечает, что социальное в человеке возникло и развивалось отнюдь не «вдруг». Оно имело определенные биологические предпосылки. Мало того, и сейчас, когда социальное, общественное составляет самую глубокую сущность человека, он в то же время остается и биологическим существом. Человек – система биосоциальная, причем биологическое начало не является в нем определяющим. Оно лишь материал, природная основа для его становления, формирования его общественных качеств, свойств, способностей. Человек – это не только и не столько биологическое (живое, природное) существо, пусть и в высшей форме своего проявления, но и качественно новое, принципиально особое явление с присущими только ему социальными качествами и свойствами, складывающимися в результате взаимодействия людей друг с другом.

В чем же, на наш взгляд, существо философского видения человека? В данном случае речь не о поиске «золотой середины» между биологической и социологической тенденциями, а об акценте на биосоциальной природе человека. Поэтому здесь уместно вспомнить слова К. Ясперса, определяющего человека в качестве чувственного существа – «высший из животных», и в качестве духовного – «низший из ангелов», но он не животное и не ангел, хотя и «родствен обоим частью своего существа; перед обоими у него есть преимущество, поскольку он обладает тем, чего лишены те и другие» [Ясперс, 1994, С. 443].

Биосоциальность создает особый мир, особую целостность, с одной стороны, способную чувствовать, переживать, хотеть быть неодолимой, иметь силу жизненной необходимости. С другой, – действовать, но не по-животному, переживать, но не только за себя, но и за других, и испытывать радость не только (и не столько) из-за утоления чувства голода, но и от прекрасного. Социальное вырастает из природного. В нем навсегда сохраняются живые начала, подаренные природой. Но это жизнь не животного, а социального существа. Социальное – качественно новое состояние жизни, ее регуляция.

При изучении человеческой личности принято различать следующие уровни ее проявления:

♦ природное – существующее и развивающееся в человеке независимо от влияния на него других людей;

♦ биологическое – общее по происхождению, хотя необязательно тождественное у человека с животным;

♦ наследственное – существующее и развивающееся на основе генного фонда родителей;

♦ социальное – приобретенное человеком в ходе социализации, общения и взаимодействия с другими людьми.

♦ Социальное в широком смысле разделяют на три составляющих:

♦ собственно социальное – совокупность приобретенных черт, минимально необходимых для нормального выполнения своих социальных ролей;

♦ специфически культурное – совокупность норм и правил поведения, которые соблюдаются автоматически, превратились в неотъемлемые черты индивида и позволяют другим считать его воспитанным;

♦ нравственное – высшее проявление социального и культурного начал в человеке, связанное с соблюдением этических норм как абсолютных требований.

О естественной природе и социальной сущности человека. Научное разграничение рассматриваемых понятий позволяет правильно осмыслить двуединую (именно двуединую, а не двойную, дуалистическую) – природно-социальную, биосоциальную – основу человека, как не допуская игнорирования природных начал в человеке, так и не отрицая ведущей, решающей роли социального в этом единстве. В истории социологии, как известно, имели место обе эти крайние точки зрения: полный отрыв человека от его природных основ и абсолютизация места и роли биологического в ущерб социальному.

Были попытки рассмотреть проблему соотношения биологического и социального в развитии человека с исторических позиций [Корсаевская, 1970; Тарасов, Черненко, 1979]. Относительно длительности и количества стадий формирования человека существуют различные точки зрения [Семенов, 1996]. Однако большинство исследователей сходятся во мнении, что социогенез одновременно обусловливал антропогенез. Так, Т. В. Корсаевская пишет, что «социальность человека в своем исходном значении выводима из его биологии, телесной организации», и в то же время, из биологии вырастает его социальность, которая «снимает его биологию» [Корсаевская, 1970, С. 10, 11]. Мы солидарны с позицией К. Е. Тарасова и Е. К. Черненко (1979), утверждающих, что решающее значение в формировании специфической человеческой биологии принадлежит социогенезу. Но это не общебиологические предпосылки, на базе которых могла произойти социализация антропогенеза. Полная универсализация эволюции организма человека обусловлена не биологическим, а социальным образом труда, общения и жизни. Однако подобные теоретические положения еще должны стать предметом серьезного научного исследования.