Беспредельная Римская Империя. Пик расцвета и захват мира - Анджела Альберто

Помимо этой военной границы, есть еще одна, которую мы могли бы обозначить как «дипломатическую». Римская империя на самом деле не имеет четких границ (таких, чтобы можно было сказать: хорошие люди — по эту сторону полосы фортов и дорог, а плохие — по ту). За границей расположены буферные государства, «клиенты» Рима. Часто против своей воли. Поскольку они находятся в пределах досягаемости легиона, Рим получает их в союзники с помощью дипломатического и военного давления.

За этими государствами — еще одна полоса безопасности, земли народов и племен, на которые Рим оказывает не столь прямое, но не менее действенное влияние. В связи с этим надо сказать, что Рим неоднократно покупал дружбу народов и племен за звонкую монету. И всегда умело сеял раздоры и зависть между ними, выделяя один народ в ущерб другому, чтобы они оба, объединившись, не могли стать силой, которой было бы невозможно противостоять и которая была бы способна захватить империю, — по принципу «разделяй и властвуй» («divide et impera»).

Многие нашествия произошли, когда Рим уже не мог заставить другой народ поверить в свое могущество (военное или дипломатическое) по ту сторону границы.

XXII легион Фортуны Перворожденной выступает на врага

Наша монета, вместе с остальными, лежащими в кошельке центуриона, была спрятана под деревом, у выступающего из земли корня. Центурион не хочет, чтобы деньги достались врагу в случае его смерти или плена. Так поступают и многие другие солдаты. Это даже стало своего рода средством от сглаза. Центурион присоединился к товарищам, с рассвета они шагают по вражеской территории.

Это важная «полицейская» операция по ту сторону границы, которая, однако, не оставит следов, потому что до нас не дойдет подтверждающих ее документов.

Потребовалось два дня, чтобы добраться сюда. Все люди, снаряжение и лошади были переправлены на тех судах, что были в наличии: от легких типа «Либурны» до широких и вместительных барж, которые, как выяснили археологи, были вполне распространенными «тяжеловозами» на Рейне. Затем последовал долгий марш-бросок по буферной территории. И наконец добрались до границы. Поводом для римского вторжения послужило разрушение нескольких сторожевых башен и уничтожение двух аванпостов вспомогательных войск действовавшим здесь крупным отрядом варваров-хаттов. Этот гордый и воинственный народ на протяжении нескольких десятилетий был инициатором жестоких схваток с Римом и разорительных набегов. Римлянам оказалось чрезвычайно трудно установить с ними долговременные соглашения. В данном случае, возможно, они воспользовались удаленностью императора Траяна от этой зоны боевых действий — ведь он сейчас занят на войне в Месопотамии. Необходимо отразить нападение этого варварского отряда, испытывающего на прочность римскую оборону, созданную усилиями всего населения, прежде чем идея слабости Рима распространится и охватит другие племена.

На варваров движется целый легион со вспомогательными отрядами.

XXII легион Фортуны Перворожденной был основан императором Калигулой чуть менее восьмидесяти лет назад, в 39 году н. э. Он уже не в первый раз вступает в столкновение с хаттами, ему приходилось это делать часто, каждый раз выходя победителем. Легион славится своей «суровостью» и привычкой сражаться с самыми упрямыми и непреклонными врагами империи.

Конечно, были и годы, о которых лучше забыть, когда в братоубийственных схватках с другими легионами, последовавших за падением Нерона, этот легион часто выбирал не ту сторону… Но он всегда умел заработать прощение: этот легион единственный в Германии выдержал нападение врага во время восстания батавов в 79 году н. э., что говорит о стойкости его легионеров. Затем он участвовал в разгроме узурпатора Сатурнина (Луций Антоний Сатурнин) в 89 году н. э., заслужив благодарность императора Домициана, наградившего легион титулом «Pia Fidelis (Domitiana)», то есть «честный и верный».

Если взглянуть на шагающих легионеров, мы увидим твердые взгляды, крепкие тела, привыкшие к многолетней жизни на границе, о чем свидетельствуют шрамы. Но прежде всего видна решимость воинов-профессионалов и почти что нетерпение наконец принять участие в большой пограничной операции против их заклятых врагов.

Колонна римлян на марше уже много часов, рельеф становится все более сглаженным, холмы встречаются реже, а вдали виднеется темная полоска густого леса. Оттуда, по рассказам выживших, и появились варвары, напавшие на приграничные оборонительные посты, там же они и скрылись, как мурены среди подводных скал.

На марше легион подчиняется четкому распорядку. В передовом дозоре — всегда конница, подобно рою пчел, расчищает путь, «разминируя» его от возможных засад; затем — легковооруженные воины вспомогательных войск и наконец — корпус легиона с его когортами, обозами, боевыми машинами.

Наш центурион Тит Альфий Магн (из Бононии, современная Болонья) шагает у головы легиона, задавая шаг своим людям.

Солдаты пристально вглядываются в окрестности, готовые засечь врага.

Иногда центурион оборачивается и смотрит на длинную колонну римлян: он замечает белого коня легата, командующего легионом, — решительного и уверенного человека, к которому он питает большое уважение.

Хорошо видны и знаки отличия легиона: козерог и Геркулес — на верхушке многочисленных флажков и штандартов, колышущихся над шлемами легионеров.

Не говоря уже о золотом орле, душе легиона, «шагающем» с солдатами первой когорты на конце длинного шеста. Почетное задание нести его поручено аквилиферу (aquilifer), воину, чей шлем выглядывает из разинутой пасти львиной шкуры, спускающейся ему на плечи, подобно плащу. Утратить орла в бою — великое бесчестье, он значит гораздо больше флага: это дух легиона, настоящее божество. Если его захватят или уничтожат, не станет и всего легиона…

Столь же важен и золотой лик императора в выемке, на конце шеста: он символизирует прямую связь между ним и легионом.

В этой «куще» копий и штандартов виднеются и другие странные значки: у каждой центурии есть длинные копья, на которых навешены по вертикали ряд золотых тарелочек и полумесяц.

Не вполне ясно, что они изображают, — возможно, битвы, в которых участвовал легион (тарелочки), или моря и реки, которые ему пришлось преодолеть, чтобы вступить в бой (полумесяц). Дело в том, что во всех легионах их число не превышает шести, а значит, у них иной смысл, нам неизвестный. На верхушке можно видеть то позолоченные лавровые венки, то символические изображения, например раскрытую ладонь, как при приветствии (олицетворяет верность). Тот, кто несет эти значки (сигнифер), покрыт шкурой медведя или волка, чья морда с клыками — поверх шлема.

Цифры легиона

Раз уж на то пошло, мы можем также на скорую руку объяснить некоторые термины, которые все мы слышали, например: что такое когорта? А центурия?

Начнем с необычного места: с казармы в римском форте. В каждой комнате спало по восемь солдат, которые в силу этого обстоятельства образовывали сплоченную группку-контуберний, основу легиона. Вот как из них образуется легион:

— 8 человек образуют контуберний;

— 10 контуберниев, то есть 80 человек, образуют центурию;

— 6 центурий составляют когорту;

— 10 когорт — легион.

Что и говорить, римляне — весьма практичные люди…

На самом деле все обстояло не столь прямолинейно, ведь когорты не все одинаковы. Поэтому, если стремиться к точности, каждый легион состоит из:

— 9 обычных когорт, по 6 центурий (480 человек) в каждой когорте;

— одной особой когорты (первая когорта) из 800 человек, состоящей из 5 двойных центурий — по 160 человек;

— 120 всадников;

всего 5240 человек.

Каждая центурия находится под суровым командованием центуриона. Вот и наш Тит Альфий Магн только что ударом дубинки «поправил» отвлекшегося легионера, державшего свой щит слишком низко.