Кора. Новая кровь - Анна Чарофф

хранится множество ценных книг по магии и оккультизму. Но в архиве их ждала засада. Тихий архив, на который десятилетиями никто не обращал внимания, превратился в огромный инквизиторский улей, кишащий озлобленными и жестокими людьми, во главе которых был человек по имени Заккари. Когда-то он сам пытался овладеть магией, но он был обычным человеком, и у него ничего не выходило. Однажды его сын нашёл у него книгу по оккультизму, решил… поиграть. И его разорвала тёмная энергия. Наверное, тогда Заккари и сошёл с ума окончательно. Нет, не подумай, что инквизиторы вообще когда-то исчезали. Просто бывают времена, когда они спят, а бывают времена, когда у них появляется предводитель. Понимаешь?

Кора кивнула.

— Я тогда была маленькой девочкой, когда это случилось. И Тиль, сын Заккари, был моим другом. Я знала о том, что его отец был одержим магией и оккультизмом и всегда мечтал открыть в себе некий скрытый резервуар для тёмной энергии! И когда Заккари открыл охоту на ведьм, я не могла смотреть на то, как он и его зверьки охотятся на людей. Я не предполагала, что Заккари в самом деле лишился рассудка. Его сердце наполнила ненависть, рождённая из зависти. Он считал, что раз он не смог присоединиться к магам, он должен их истребить.

— И что, он прямо… убивал горожан?

— Когда Тиль умер, Заккари собрал горожан и выступил с речью о том, как опасна магия и оккультизм. Он призвал всех избавиться от соответствующих книг. И кто-то действительно принёс книги. И это было неплохой идеей! Потому что эти книги действительно опасны для людей! Но Заккари не сжигал их. Он говорил: «Мы должны знать врага в лицо», но на самом деле — до конца дней искал способ оживить сына.

— О нет, — поморщилась Кора.

— Да, и вот тут-то в городе и начали появляться ведьмы.

— Но как ты всё это узнала?..

— Я узнала это, когда лежала на ритуальном ложе рядом с трупом бедного мальчика. Кровь вытекала из меня ручьем… Но мне повезло. В этот момент появились вампиры. Блориана очень сильно ранили. Брызги его крови попали мне на лицо, в глаза. Так я и заразилась. Блориан помог мне бежать, но сам уже не смог выбраться из архива. Светлая ему память…

Горожане в какой-то момент действительно заподозрили неладное. Но прибытие вампиров стало объяснением для исчезновения нескольких людей, в том числе и меня. До этого Заккари был просто сумасшедшим, который кричал про ведьм на каждом углу, а потом он сказал, что да, мол, был не прав, это проделки не ведьм, а вампиров. И Уэльс так и не узнал, что единственной и самой злобной ведьмой был Заккари Торес! Увидев воочию вампира, Заккари ещё больше вошёл во вкус, и инквизиторский улей разжирел ещё сильнее.

— Но он наверняка уже мертв?

— Да, так и есть, и на его место пришли другие, не менее озлобленные и сумасшедшие люди. Только посмотри на это Кора, их спонсирует правительство Сан-Мирэль! Нет, Кора, забудь про мир. Я видела этих людей.

— Я… Я не понимаю, о чем ты, Маргарет.

— Абсолютно очевидно, что всё это может закончиться лишь большой войной, страшным кровопролитием и разрушением. И это не предсказание, нет, это закономерное и логичное следствие нашей истории. Но если ты не веришь мне, послушай Килару! Она говорит то же самое, она говорит, что ветер перемен дует, что скоро всех часовых призовут встать на пост, и их будет не хватать, что все вампиры, возьмутся за оружие, и даже спящие пробудятся, а призраки заговорят с нами! И ты тоже там будешь.

— Я… что… — Маргарет больно ухватилась за плечо Коры длинными пальцами, но не встретив понимания в глазах, а лишь испуг и недоумение, Маргарет отступила, немного разочарованно опустив глаза, и медленно, безмолвно, зашагала прочь вдоль по саду.

В зале было пусто. Голоса Дэвида и Эйсона доносились откуда-то сверху, и Кора решила вернуться в комнату, где она проснулась утром.

Кровать была мягкой и пахла хвоей. За плотными шторами у кровати было небольшое окно с решётками, из которого был виден задний двор. В густом тумане среди кустов и деревьев, высаженных ровными рядами, ходила Маргарет, разговаривая с растениями. Раздался стук в дверь.

— Можно?

— Конечно.

— Не хочешь прогуляться? — Дэвид сел на край кровати, — Заодно обговорим план на вечер.

Кора и Дэвид вышли из дома и пошли по тропинке по направлению к городу. На обочине стояли черные, поросшие мхом и лианами статуи — горгульи, женщины, вазы, драконы; росли необычные деревья с кровавыми личи, и кусты с фиолетовыми цветами. Перед Корой предстал черно-фиолетовый город в молочном тумане, где всё казалось живым: казалось, что у ветвей деревьев есть уши, а у статуй глаза, что гаргульи вот-вот расправят крылья, а застывшие женщины надкусят малахитовые яблоки со своих подносов.

Когда вдали начали виднеться дома, Дэвид свернул на тропинку, ведущую в лес, и предложил сесть на лавочку.

— Почему ты сделала это, Кора?

— Что именно?

— Всё.

— Почему я стала вампиром? — она повернулась к Дэвиду, — Я умирала, мне нечего было терять. Когда я пила сыворотку, я не знала, что превращусь. Мне только сказали, что я буду жить перед смертью. Так что… меня не обманули.

— Обманули.

— Обманули, но я всё равно не жалею.

— Я тоже.

— Прости. Я так боялась, что ты узнаешь, что я вампир, — покачала головой Кора.

— А я-то поначалу думал, что ты познакомилась со мной, потому что я был единственным вампиром в баре.

— Правда?

Он кивнул. Кора улыбнулась.

— Нет.

— Тогда почему?

— Просто потому, что… это было просто случайно. Никаких причин или следствий. Судьба, — она развела руками.

— Уэльс, сестра, книжный магазин — всё ложь от начала до конца. Даже твоё имя не настоящее.

— Неужели я была так неубедительна?..