Мой Рагнарёк - Макс Фрай

— Да, разумеется, «у тебя», а не «у нас». Тем не менее, гостей здесь все-таки не было.

— Он прилетел очень поздно, уже после того, как ты ушел в свою спальню.

Совершенно пьяный: чуть не угробил свой «Фокер» при посадке. — Вздохнула Афина. — Сказал, что испытывает потребность в дружеской беседе, а на его амбе, дескать, не с кем словом перекинуться. Он же так и не обзавелся ни Любимцами, ни Хранителями. Говорил, что не хочет растрачивать свою силу по пустякам… впрочем, мне кажется, он просто ленился. Чтобы вдохнуть жизнь в неживое существо, надо на пару часов отставить в сторону бутылку!

— Да, такой подвиг ему не по зубам. — Усмехнулся я. Потом покосился на неподвижное тело Диониса: вообще-то считается, что о мертвых следует говорить только хорошее, но я никак не мог привыкнуть к мысли, что наш Дионис действительно мертв, а посему вел себя так, словно он просто выпил больше обычного. — Ладно, с этим все ясно. А что было потом?

— Угадай с трех раз! — Фыркнула Афина. — Разумеется, я сказала ему, что не собираюсь тратить время на пустую болтовню с горьким пьяницей, а посему ему следует поискать себе более подходящую компанию… Когда я закончила произносить последнюю фразу, он уже спал. Мне пришлось отнести его в спальню.

Не оставлять же собственного брата валяться на земле! Потом я отправилась спать. А сегодня утром послала нескольких Любимцев разбудить моего дорогого гостя и привести его ко мне. Честно говоря, я собиралась обстоятельно объяснить Дионису, после какой по счету чаши вина ему не следует приходить ко мне в гости.

Одним словом, я планировала начать это утро с хорошего скандала — чтобы ему больше никогда в жизни не пришло в голову, что на моей амбе можно мирно отсыпаться после нескольких лет непрерывного кутежа… — Она печально усмехнулась:

— Впрочем, визиты бедняги Диониса нам с тобой больше не угрожают.

И это печально, Игг! Но зачем было его убивать?

— Зачем было его убивать — с этим вопросом мы можем не слишком спешить. — Я задумчиво крутил в руках окровавленное веретено. — Меня куда больше интересует — кто мог его убить? Бедняга Дионис действительно был вполне безобидным парнем и никуда не годным противником… Но он был бессмертным, как и мы с тобой, Нике.

— Это поправимо, как видишь. — Хмуро сказала она. — Никакие мы не бессмертные, Игг.

Просто мы чуть менее смертны, чем люди. Совсем немного — стоило ли поднимать из-за этого такой шум!

«Ну, положим, на твоем месте, я бы говорил только о себе!» — Сердито подумал я, но вслух сказал лишь:

— Как бы там ни было, но ты и сама понимаешь, что в этом мире не так уж много существ, способных убить одного из нас.

— Не так уж много, верно… Но любой из нас мог бы убить Диониса, если бы очень постарался. Во всяком случае, ты точно смог бы. И я тоже. Но я его не убивала.

— Можешь себе представить, я тоже его не убивал. — Я сердито пожал плечами. — Даже если бы я вдруг решил поразмяться, я бы начал не с Диониса.

И не в твоем доме, можешь мне поверить!

— Спасибо. — Сухо кивнула она. — Я знаю, что это не ты, Игг. Ты всю ночь был в своих покоях, а потом вышел и сразу отправился во двор, не заходя в другие помещения.

Мои Хранители следили за тобой. Они всегда следят за тобой, ты уж извини!

— Ну да, а зачем они еще нужны! — Равнодушно согласился я. — На твоем месте я бы и сам отдал приказ следить за таким гостем, что в этом странного?

— Я рада, что мои слова не причинили тебе обиду. — Улыбнулась Афина. — Я почти доверяю тебе, Один, во всяком случае, больше, чем кому бы то ни было, но я, знаешь ли, привыкла не доверять никому кроме себя…

— И это правильно. — Я снова показал ей веретено. — Ты никогда его не видела раньше, Нике? Может быть у кого-то из твоих Хранителей?

— Ни у кого из моих Хранителей нет ничего подобного. — Она еще раз посмотрела на веретено и покачала головой. — Я никогда не видела эту вещь.

Скажу больше: я вообще никогда не видела таких веретен. Не думаю, что я смогла бы им пользоваться.

— А ты умеешь прясть? — Насмешливо спросил я. — Никогда не видел тебя за этой работой!

— Разумеется, — холодно ответила она, — я терпеть ее не могу. Тем не менее, я умею прясть, и ткать тоже. В свое время мне довелось научиться и более бесполезным вещам… Во всяком случае, я совершенно уверена, что это веретено не принадлежит никому из наших. Оно изготовлено далеко отсюда, к тому же — руками, которые привыкли двигаться немного не так, как мои руки.

Совсем чужая вещь.

— Интересно… На изделия моих людей оно тоже не похоже. Ладно, теперь скажи мне вот что. Как могло получиться, что твои Хранители никого не учуяли?

— Вот этого я сама не могу понять. — Вздохнула Афина. — Мои Хранители учуяли бы кого угодно, до сих пор я была совершенно уверена, что ни одно существо, кем бы оно ни было, не сможет войти сюда и остаться незамеченным.

Тут никакое могущество не поможет!

— Ты не преувеличиваешь достоинства своих слуг? — Спросил я. — Все-таки кто-то здесь побывал. Не думаю, что Дионис убил себя самостоятельно…

— Об этом и речи быть не может. — Согласилась она.

— Получается, что убийца возник из небытия, прямо здесь, в этой комнате, сделал свое дело и снова исчез? — Насмешливо подытожил я.

— Получается. — Растерянно кивнула Афина. — Никому из наших это не под силу. А ты мог бы?

— Когда-то мог. Но не сейчас. Теперь это не по плечу старику Одину. — Вообще-то, я был совершенно уверен, что и сейчас вполне способен появиться, где сочту нужным, и исчезнуть откуда угодно, если пожелаю — но зачем открывать свои карты тому, кто неосмотрительно готов поверить тебе на слово? Поэтому я печально добавил:

— Сила понемногу уходит от меня, Паллада. Думаю, это не только моя проблема…

— Не только. — Эхом повторила она. — Мне надо рассказать остальным о том, что случилось. Прийдется лететь к Зевсу: спятил он там, или нет, но все-таки он — наш с Дионисом отец и вообще самый старший. Считается, что на нем все держится…

Составишь мне компанию?

— Разумеется. А что мы будем делать с Дионисом? Как вы хороните своих мертвых?

— Да, это вопрос… — Растерянно откликнулась Афина. — Видишь ли, Игг, до сих пор никто из нас не умирал. А когда умирали наши родичи из числа людей, мы не препятствовали их домочадцам поступать в соответствии с традициями.

Несколько раз случалось, что Зевс забирал своих детей от смертных женщин на Олимп и возвращал им жизнь. Впрочем, ему уже давно не по плечу такие чудеса… Но такого, чтобы умер один из нас, еще никогда не было!

— Что ж, значит до сих пор вам везло. Мне однажды пришлось похоронить своего сына — а ведь он был рожден такой же, как я, а не смертной женщиной!.. Ладно, не стоит слишком долго раздумывать о погребении.