Чеснок и сапфиры - Рут Рейчл

— Секрет хорошего стейка в том, — говаривал он, — что когда ты решишь, что соли достаточно, надо добавить еще немного. Другой секрет, — продолжал он, вынимая большую чугунную сковороду с длинной ручкой, — это нагреть сковороду докрасна и жарить мясо с каждой стороны точно по восемь минут.

— И последний секрет, — добавляла я, — это масло.

Моя работа заключалась в том, чтобы плюхнуть кусок сливочного масла на шипящий стейк, после того как отец положит его на блюдо.

Отец нарезал мясо точными длинными движениями, осторожно отделял филей, который предпочитали они с моим братом, от вырезки, которую любила мать. Кость доставалась мне.

Они работали вилками, как все цивилизованные люди, а я подносила к лицу кость, пока аромат — животный и минеральный, плоти и камня — не захватывал меня целиком. Затем я вгрызалась в мягкое мясо, которое, однако, необходимо было жевать. Перекатывала его во рту. Оно было сочным, первобытным. Я откусывала следующий кусок, а потом другой. Мясо возле самой косточки было гладким, как шелк, и сладким. У него был запах, с которым ничто на свете не могло сравниться. Я радостно обгладывала кость, пока она не становилась совершенно чистой. Лицо же мое, в отличие от кости, покрывалось слоем жира.

Можно ли сейчас найти такой хороший стейк? Майрон Розен, редактор, ответственный за страницы выходных дней, взволновался, когда я сказала, что хочу попробовать. Он пообещал мне выделить первую страницу своего раздела, которую я должна была посвятить ресторанам, специализирующимся на мясных блюдах.

— Замечательно! Мы можем взять с собой Ники, — сказал Майкл, когда я сказала ему о том, что в ближайшем будущем нас ждет огромное количество мяса. — В этих ресторанах пищу готовят быстро, а это то, что надо для пятилетнего ребенка.

— Да, — сказала я, — и все они готовят френч фрайз.[29]

— Я помогаю маме в работе, — признался Ники Джину когда мы отправились в первый мясной ресторан.

— Вот как? — сказал Джин и шагнул в сторону, чтобы Ники мог спустить нас на нижний этаж. — Что же такое ты делаешь?

— Я картофельный человек, — произнес он гордо.

Лифт спускался рывками.

— Молодец, дружок, — похвалил его Джин, взяв управление в свои руки, — это важная работа. Нью-Йорк надеется на тебя! Подними воротник, погода сегодня неважная.

Стояла зима, в ботинки лезла ледяная сырость, пробирала до костей. С реки дул злой ветер. Мы с трудом шли по улице, а над нами висела безучастная луна.

Я закутала Ники во столько одежек, что он был похож на шагающий снежный шар. Сейчас он стоял в подмерзшей слякоти, прижимаясь к Майклу, личико раскраснелось, а из носа капало.

— Если через три минуты не поймаем такси, то вернемся домой, — пробормотал Майкл. — Слишком холодно. К тому же я терпеть не могу «Пальму»: официанты там никуда не годятся.

— Мама говорила то же самое, — согласилась я. — Она говорила, что они швыряют в людей еду.

— В самом деле? — оживился Ники. — У них есть в запасе еда, чтобы точнее прицелиться?

В этот момент к нам подъехало такси, скрежеща тормозами на скользкой дороге, поэтому мне не пришлось отвечать на этот вопрос. После того как мы уселись, Ники заговорил о картошке во фритюре — френч фрайз.

— Она у них какая — жирная или поджаристая? — спросил он.

— У них есть кое-что получше, — пообещала я. — Хэш браун.

— А что это такое? — заинтересовался Ники.

— Потерпи, — сказала я. — Тебе это понравится. Это блюдо похоже на пирог, сделанный из картофеля, и нигде его не готовят лучше, чем в «Пальме».

Ники задумался и замолчал. Он сидел на заднем сидении, счастливый оттого, что оказался в тепле. Транспорта в этот холодный вечер было немного, и такси пронеслись по улицам, как ракета.

«Пальма» пахла надеждой, чесноком и жареным мясом. На покрытом опилками полу стояла длинная очередь, с нетерпением ожидавшая, когда можно будет усесться на неудобный стул. Официанты носились по помещению с огромными подносами еды.

Майкл посадил Ники на плечи, чтобы он видел все, что происходит.

— Никто не бросает еду, — разочарованно сказал сын, — и я не вижу здесь ни одной пальмы.

— Их здесь никогда и не было, — сказала я, довольная, что прочитала об истории создания ресторана. — Это название дали по ошибке. Когда в двадцать шестом году его открыли, владельцы хотели назвать его «Парма». Но у них был сильный итальянский акцент, и клерк их не понял, подумал, что они хотят сказать «пальма». Так и зарегистрировал.

— Им повезло, — сказал лос-анджелесский ребенок, спустившись с плеч Майкла — Это название гораздо лучше.

Наш официант начат хмуриться, увидев приближавшихся к нему троих людей. Расстроился еще больше, когда разглядел, что один из троицы был трех футов ростом. Я увидела, как он мысленно подсчитывает чаевые, причем результат ему явно не понравился. Все же он оживился, когда мы с Майклом заказали по стейку. А когда Ники попросил омара, он попытался принять беззаботный вид и сказал, что самый маленький омар весит у них пять фунтов.

— Ну так что же? — сказала я.

Какое-то мгновение он боролся с собой, но добрая натура победила:

— Вы уверены? — спросил он и кивком указал на Ники — Он больше ребенка.

— Все нормально, — сказала я. — То, что он не съест, мы возьмем домой.

Официант мысленно пересчитал чаевые и сделался заметно дружелюбнее.

— Хэш браун? — спросил он.

Если он и удивился тому, что двое взрослых и маленький ребенок заказывают гору еды, то никак это не прокомментировал.

Стейки оказались хорошими, но, разумеется, им было далеко до тех, которые Джимми нарезал для папы. Впрочем, я и не надеялась, что они будут такими. Хэш вызвал разочарование: он попросту развалился на тарелке.

— Ты говорила, что будет пирог! — возмутился Ники.

— Что-то не так? — спросил официант.

Я приподняла бесформенную массу. Официант взял вилку и ткнул в картошку. Улыбнулся и глянул на Ники.

— Когда-нибудь ел хэш браун? — спросил он.

— Нет, — ответил Ники, — но мама говорила, что ваш хэш лучший в целом мире. — И тоненьким голоском добавил: — Думаю, лучше будет заказать френч фрайз.

— Подожди минутку, — сказал официант, очевидно, его гордость был уязвлена. — У нас действительно лучший хэш браун. Позвольте мне принести вам другой.

Он повернулся, тут же возвратился и спросил:

— Хочешь посмотреть, как его готовят?

Ники кивнул. Официант взял его за руку.

— Пойдем со мной.

И они пошли в кухню.

Хорошие стейки не готовят, хорошие стейки покупают. Самая важная работа происходит прежде, чем вы уходите из магазина. Хэш браун, однако, другое дело. Он дает повару возможность показать мастерство. Хорошо приготовленный картофель — задача по созданию нужной консистенции.

Идеальный хэш браун одновременно хрустящий и нежный, сочный и сладкий, темный и светлый. Ники вернулся, бережно держа в руках тарелку с картофелем под зорким присмотром официанта. Поставил на стол, попробовал. Взял еще. И еще. Вскоре исчезли все кусочки.

— Ты была права, мамочка. — Он испустил счастливый вздох. — Хэш браун гораздо лучше френч фрайз.

Улыбнулся и спросил:

— А ты хочешь узнать секрет?

— О нет, молодой человек, — серьезно сказал официант и погрозил пальцем. — Ты не должен рассказывать. Запомнил? Рецепт должен уйти с тобой в могилу.

Ники поднял на него глаза.

— Клянусь! — сказал он.

Хэш браун

Сделать так, чтобы картофель сохранил форму пирога, — задача не из легких. Нужна хорошая практика. Но если даже картофель и развалится, он все равно останется очень вкусным, поэтому стоит попробовать.

Несколько подсказок. Я пользуюсь испанской тарелкой «тортилла». Она разъемная, на дне у нее есть кнопка, и это облегчает работу. А если у вас есть сковорода с низкими бортами, пирог вынуть намного легче. Сковорода с высокими бортами требует, чтобы вы перевернули пирог одним быстрым, плавным движением. Для этого нужна изрядная сила.

Вам понадобятся:

8 мелких картофелин (нового урожая), 1 кг;

6 столовых ложек несоленого сливочного масла;

0,5 маленькой луковицы, нарезанной на очень мелкие кубики;

соль и перец;

крупная соль, она пригодится в конце готовки.

Налейте в кастрюлю воды. Когда закипит, опустите в нее картофель, варите около 10 минут (до полуготовности). Опрокиньте в дуршлаг, охладите, так чтобы картошка была теплой. Очистите и нарежьте кубиками размером примерно 2х2x2 см.

На среднем огне растопите масло в чугунной сковороде (диаметр 20–25 см). Возьмите примерно четверть растопленного масла, отставьте в сторону. Положите картофель в сковороду и с помощью лопатки придайте ему форму плоского пирога. Жарьте без крышки на среднем огне приблизительно 6 минут, пока внизу не образуется хорошая корочка. С помощью лопатки отделяйте массу от бортов, чтобы картофель не пристал к ним.