Дело моей матери - Микаэла Эрмин

себе. Я буквально чуть в обморок не упала, когда узнала. Потом я очень злилась. Но в итоге, когда мы всё выяснили, я как-то отошла… вроде. Мне до сих пор очень неприятно вспоминать, но яркого негатива к брату нет. Это даже как-то странно.

–Яна, надеюсь, это не просто шок. Если на тебя нахлынут эмоции, ты знаешь к кому обратиться за поддержкой. – она задумчиво молчит, потом добавляет. – Бедный Саня!

–Бедный Саня?! Всегда ты его защищаешь! – я очень злюсь. – А как же я? Как же Женя?

–Яна, конечно вы тоже пострадали в этой истории, но представь, как ему тогда было больно и одиноко.

–Мила, ты как всегда найдёшь всем оправдание.

–Не будь строга к брату.

–Я постараюсь.

–Что ты думаешь по поводу реакции Жени на эту историю?

– Я не очень поняла его реакцию, если честно. Это меня и тревожит. Он повел себя так, как будто это пустяковое дело. Он вообще не злился на Сашу. Может он не поверил?

–Яна, ну он же парень и взрослый. Странно было бы, если бы он начал орать или махать кулаками. Ты думаешь, он до сих пор обижен на тебя?

–Да, возможно. И поэтому он не сможет быть со мной по-настоящему близко.

–Будет или нет, ты скоро узнаешь. Не переживай раньше времени!

Мы болтаем еще какое-то время и прощаемся, обе удовлетворенные разговором.

На следующее утро на работе я разглядываю новый график смен. Нового официанта, судя по информации на доске, зовут Артём. Теперь у нас всех чёткие графики, мой особо не изменился, кроме того, что я не буду работать по субботам. Это меня радует, потому что работать и учиться практически без выходных было, мягко говоря, тяжеловато. У Жени пересекаются со мной смены в пятницу вечером (как и было раньше) и в среду утром, а ещё он не работает по субботам, как и я.

И сможет пригласить меня на свидание. Ох, о чем я думаю. Яна-Яна, мечты-мечты.

Работа сегодня проходит без происшествий. Я уже ухожу домой, как мне приходит сообщение от Саши:

–Батя куда-то уехал, мчи домой.

Пока я читаю, я застываю в дверях.

Начинаю идти, как кто-то в меня врезается. Довольно неожиданно, я чуть не падаю. Поднимаю глаза. Женя!

Он придерживает меня за талию, а то бы я точно грохнулась назад, и говорит:

–Прости! И привет! Я как всегда опаздывал и не заметил тебя.

Только я начинаю улыбаться от того, какой он милый, как он говорит:

–Хотя… Стоп! Это ты виновата, потому что встала тут в дверях. Да к тому же опять наступила мне на ногу.

–Женя, опять ты за своё. Прости, но у меня нет времени на пререкания с тобой. Я спешу.

–Куда это? На свидание? – он прищуривается.

–Нет, брат написал. Надо домой.

–Ну ладно, поцелуешь, пропущу.

Я пытаюсь сдвинуть его с места, но он не поддаётся.

–Яна, за тобой должок. Ты теперь отдавила мне уже две ноги. А между прочим я в прошлый раз ходил на рентген, и мне сказали, что ещё чуть-чуть и был бы перелом.

Я смеюсь, а он карикатурно выпячивает губы, как шестилетняя девочка, и закрывает глаза.

Ха-ха, я тоже могу играть в эту игру.

Я чмокаю его в щеку, потом резко пихаю и вырываюсь на улицу.

Оказавшись на свободе, кричу одними губами: "Победа", а он качает головой и посылает воздушный поцелуй на прощанье.

Домой я практически бегу, потому что понимаю, что на следующей неделе: учёба, работа… "Женя" – шепчет моё подсознание, но я трясу головой, чтобы выбросить эту мысль. Следующий шанс что-то выяснить будет не скоро.

Фух, успела, отца пока нет. Залезаю в комод и нахожу альбом, начинаю его листать, как вдруг из-за спины раздаётся голос:

–Ты запомнила, как он лежал?

Я вздрагиваю и роняю альбом. Совсем забыла, что Саша дома.

Некоторые фотографии разлетаются, мы с Сашей начинаем вставлять их на место, потому что папа может вернуться в любую минуту.

Вдруг под одной из фото я вижу небольшую, свернутую бумажку. Я аккуратно достаю её и понимаю, что это записка.

Я показываю брату и говорю:

–Саша, прочитаем?

Он сглатывает и после небольшой паузы говорит:

–Давай.

Я разворачиваю листок и сразу узнаю мамин почерк:

"Вова, спасибо за всё! Я люблю тебя навсегда. Твоя Жанна."

Я смотрю на брата в шоке и тут слышу, как в замочную скважину вставляется ключ, быстро убираю бумажку и фото на место, бросаю альбом на место, и мы разбегаемся по комнатам.

Я стою, прислонившись спиной к двери, и пытаюсь отдышаться.

Это что была прощальная записка? Очень похоже на то.

Глава 13.

В понедельник, когда я работаю, в кафе приходит Алексей Ломаков с коллегой.

Со всеми этими событиями я уже и забыла о его существовании. А ведь это была причина моего устройства на работу.

Я смотрю на него, и, если честно, не понимаю, каким образом я хотела добыть у него информацию. Это абсолютно чужой мне человек.

Похож ли Женя на него? Я конечно не могу стоять и пялиться, но при беглом взгляде кажется, что нет. Алексей довольно харизматичный мужчина, но черты у него намного грубее.

Я смутно помню их семью. Наш городок довольно маленький, и вроде всех знаешь в лицо, уж тем более тех, кто близко живёт. Мила говорила, что они скандалили. Я этого не помню. Видимо личная драма меня отвела немного от местных сплетен.

Женина мама, насколько я помню, красивая женщина.

С моей мамой они вроде не дружили. Хотя у моей мамы было очень много подруг и приятельниц и в городе, и за его пределами. Она была общительная, компанейская.

У нас постоянно были гости дома, а теперь я ни одного имени не могу вспомнить. Так странно.

Во вторник мы со Стасей после пар идём в ресторан. Я рада, что не в кафе, где я работаю. Иногда мне нужно отдыхать от этого места.

Мы заказываем ролы и безалкогольные коктейли.

Стася смотрит на меня, изучая, и говорит:

–Ну, Яна, рассказывай.

–О чем?

–Не знаю. Я же вижу, что тебе не терпится чем-то поделиться.

Я задумываюсь. Поделиться и правда есть чем. Я рассказываю Стасе про эпизод с запиской и свои мысли про причины исчезновения мамы, и спрашиваю, что она думает.

–Яна, честно? – она взвешивает слова. – Я сейчас скажу, что я думаю, как абсолютно сторонний человек, потому что не знала