Сын лекаря - Курилкин М.

   С этими новостями я и пришел к друзьям. Я нашел их с казарме, в нашей с Беаром комнате, потягивающими дешевое вино из изящных хрустальных бокалов. Оба были одеты в свои маскировочные костюмы, лица и руки были вымазаны зеленовато-бурым, но вид у обоих при том был задумчиво-сибаритским. Настроение у меня было подавленным, почему-то казалось, что обучение наше, хоть и трудное, но относительно безопасное, будет продолжаться еще долго, и я изрядно нервничал, но эта мирная картина привела в порядок мое пошатнувшееся душевное равновесие. И еще я был озадачен - я совершенно точно помнил, что таких богатых бокалов у нас отродясь не было.

   - Ой, да это я еще на королевском приеме стащил, - пояснил Беар, заметив мой взгляд, - Не обращай внимания. Какие у нас новости?

   Я рассказал. На разведку решили идти на первый раз тремя тройками. Идти предполагалось не всем вместе, а каждая тройка отдельно - так получится осмотреть большую площадь.

   - Предлагаю не напрягать парней захватом пленного, - сказал Беар, когда я рассказал своим заместителям о поступивших распоряжениях, - Пусть спокойно работают, а то либо крышу кому снесет от открывающихся перспектив и завалятся, либо только этим и будут заниматься. Отправляем на разведку, пусть осмотрятся, посмотрят скопления остроухих. Пусть дойдут до берега Пелары и пройдутся вдоль него. А сами на противоположный сгоняем?

   - А вам, коллега, самому крышу не снесло? - поинтересовался Хамелеон. - Объясните-ка мне, какая нужда у нас в посещении территории первородных? Если Эрик правильно передал приказ, нам нужно, как вы выразились, осмотреться, выяснить, не концентрирует ли противник больших сил и, по возможности, взять пленного. Где здесь посещение вотчины первородных?

   - Хм. Да, пожалуй, рановато. Мне просто всегда было любопытно, как они там живут. А вообще, знаете, что мы упустили? - Беар даже пальцами щелкнул от избытка чувств.

   Мы с Хамелеоном вопросительно уставились на осененного неожиданной идеей.

   - Мы же разведчики, парни. Нам бы очень не помешало понимать, о чем будет говорить противник! Язык мы не выучили, вот что. Ну, пусть за пару месяцев стихи на эльфийском мы сочинять бы не стали, но хоть общий смысл понимать надо бы.

   - Отличная идея, - согласился Хамелеон. - А, главное, своевременная! Вот только не скажешь ли, мой друг, где нам сейчас срочно найти учебник по эльфийскому? Ну, или на худой конец разговорник какой-нибудь, с фразами, наподобие "Как пройти к вашему генеральному штабу?". Или, может быть, вы собирались пригласить наставника? И где бы мы нашли все вышеозначенное два месяца назад? Не припоминаете, сколько в нашем славном государстве переводчиков с языка первородных?

   - Ноль да хрен, - лаконично ответил Беар. - Да понимаю я, что не у кого нам учиться. Но я думал, можно было кого-нибудь из столицы пригласить. Уж не отказали бы нам.

   - А я, уважаемый лэр, первым делом, как только вы меня из клетки вытащили, поинтересовался, сколько таких специалистов. И вот что выяснил - последний скончался аж двадцать четыре года назад. Наш бравый командир тогда не родился еще. И, кстати, скончался он от прогрессирующего старческого маразма. Так что мы не на два месяца опоздали, а лет на тридцать. Точнее, не мы, а батюшка его величества, это же надо было додуматься, так бездарно упустить единственного, кому известен язык сопредельного государства!

   Мне стало стыдно, что мою работу сделал Хамелеон - ведь это я сам должен был поинтересоваться насчет изучения вражеского языка! Кстати, у Беара вид тоже был не слишком довольный - это же надо так сесть в лужу!

   - Ну не переживайте, благородные лэры! - заметив наши перекосившиеся лица, Хамелеон решил нас успокоить. - Кто не ошибается? В конце концов, главное вы сделали.

   - Это что же? - мне стало интересно.

   - Правильно подобрали подчиненных. Особенно меня.

   - Моя заслуга! - мгновенно сориентировался Беар. Мы немного посмеялись.

   - Между прочим, лэр Варден! - повернулся ко мне Хамелеон. - Вы должны немного разбираться в эльфийском. Из медицинских книг, вы ведь должны знать, что медики зачем-то называют человеческие органы эльфийскими словами?

   Действительно, я вспомнил, что все длинные зубодробительные названия, написанные чужим алфавитом, которые мне приходилось заучивать под руководством отца, пришли в медицину из эльфийского языка.

   - Правильно, кивнул Беар. Встретим первородного, а Эрик ему все-все его органы сразу и перечислит. Мигом взаимопонимание наладится.

   - Ладно, проблема с эльфийским, я думаю решится, после того, как мы захватим в плен хоть одного первородного. А теперь давайте поздравим наших коллег с первым боевым заданием, да начнем уже собираться.

   Коллеги, как оказалось, уже и сами были в курсе - неизвестно, откуда, и какими путями, но слухи о том, что мы отправляемся на вражескую территорию, уже разошлись достаточно широко. Наверное, не было ни одного солдата регулярных частей, который бы не поздравил парней с предстоящей операцией. Мне пришлось разочаровать подчиненных, они были уверены, что отправляемся мы всем составом. Такая мысль обсуждалась, но мы решили не рисковать всем отрядом понапрасну - мало ли, как оно сложится. Зато мы решили, что будет совсем не лишним, если весь срок, отпущенный нам на разведку, где-нибудь посередине между городом и лесом будут тренироваться в скрытности те, кому не повезло этой разведки избежать. Просто на случай, если удирающим из леса товарищам понадобится помощь и прикрытие. Да и перехватить какую-нибудь группу первородных, которые время от времени ходили по степи, уничтожая неосторожных крестьян, или даже обстреливая большие группы солдат, после чего мгновенно исчезали, было бы нелишне.

   Вышли из города мы задолго до рассвета. Лето в здешних краях долгое, но даже оно имеет свойство заканчиваться, по ночам было уже ощутимо прохладно. Вода еще ни разу не замерзала, но если бы не эльфийские плащи, теперь обшитые множеством петель для того, чтобы укреплять на них ветви растений, нам стало бы зябко. Члены других троек, которые еще не добыли себе столь удобную одежду время от времени зябко ежились. Небо было затянуто тучами, и на лице оседал мелкий дождь. Даже не дождь, а вообще непонятный вид осадков, находящийся где-то на границе между дождем и туманом. Нам такая погода была даже на руку - сумрачно будет даже днем, и смотреть сквозь эту странную пелену первородным будет ничуть не легче, чем нам самим, что днем, что ночью. Этот дождь начался еще несколько дней назад, и вряд ли закончится в ближайшие дни - если уж осень началась, то своих позиций она больше не оставит до самой зимы. Мы осторожно пробирались в сторону леса, где-то слева от нас шли еще две тройки, мы их уже потеряли из виду, и я размышлял, не усложнится ли наша работа с приходом зимы? В отличие от севера страны, здесь снег никогда не ложится на всю зиму, и тает почти сразу после того, как выпадает, но деревья все равно сбрасывают листья - сможем ли мы маскироваться так же эффективно в голом лесу? Мне захотелось немедленно обсудить этот вопрос с коллегами, но я удержался, сообразив, что нужно просто успокоиться.