Иллюзорная удача - Эрл Гарднер

— Ноу комментс, — сказала миссис Уоррен.

Трэгг посмотрел на нее:

— Вы способная ученица.

— Ноу комментс.

— Разве вы не заинтересованы в том, чтобы уберечь своего мужа от скандальной известности и позора быть обвиненным в убийстве?

— Ноу комментс.

Мейсон ухмыльнулся.

Трэгг нахмурился и встал.

— Хорошо Мейсон, — сказал он. — Вы выиграли этот раунд. Это лишь открытая часть борьбы. Мы хорошо знаем друг друга. Позднее, я думаю, вы будете висеть на веревке, ища что-либо в качестве опоры для ног. Мне кажется, что в этом деле вы сами достаточно замешаны.

— Ноу комментс, — сказал Мейсон.

Глава 15

Пол Дрейк находился в кабинете Мейсона, когда адвокат и его секретарь возвратились к себе.

— Для твоей информации, Пол, — сообщил Мейсон Дрейку, — Коллистер Гидеон убит. Гораса Уоррена обвиняют в убийстве. Ни Уоррен, ни его жена не дают показаний.

— Знаю, — ответил Дрейк. — Это твои новости. Послушай мои.

— Что у тебя? — спросил Мейсон.

— Художника, который делал набросок портрета Гидеона, вызывали в полицию. Он показывал подготовленный им набросок сотруднику отдела по расследованию убийств, с тем чтобы сверить с имеющимися у них материалами.

Они расследуют дело об убийстве Гидеона и, естественно, сразу же опознали набросок как портрет убитого. Они хотели бы знать причину подготовки этого наброска, для кого он был сделан. Художник адресовал их ко мне, и, конечно, сотрудники навалились на меня.

— Ты не совершил ничего незаконного, — сказал Мейсон.

— Конечно нет, — отреагировал Дрейк. — Но есть закон, касающийся оказания давления на свидетелей.

— На кого же ты оказывал давление? — спросил Мейсон.

— Ты, конечно, знаешь, как я это делал, — сказал Дрейк. — Мы показывали этот набросок свидетелям и пытались заставить их признать его схожесть с внешностью преступника, который бежал с места преступления. Художник сообщил, что ему было сказано сделать соответствующий дубликат фотографии Гидеона.

Мне все это трудно понять, Перри. У полицейских возникло подозрение в отношении меня, поэтому мне в конце концов пришлось признать, что я выполнял твой приказ.

— Что же они намереваются делать? — спросил Мейсон.

— Они собираются немало попортить твоей крови за попытку помешать расследованию дела об убийстве. Они считают, что ты пытаешься защитить своего клиента, что ты представляешь человека, который ограбил супермаркет и ранил сторожа и который до сих пор еще не арестован. Поэтому ты хочешь ввести в заблуждение свидетелей. Тебя собирается вызвать на ковер окружной прокурор Гамильтон Бюргер и сообщить прессе о случившемся.

— Пусть делает это, — спокойно ответил Мейсон. — Я действовал в рамках своих прав как гражданин США, чтобы выяснить, кто ограбил супермаркет.

— Зачем это тебе? — спросил Дрейк.

— Это не их собачье дело, — ответил Мейсон. — Я не обязан отчитываться перед ними за свои действия. Я лицензированный адвокат. Могу расследовать любое дело по своему усмотрению и делать все, что считаю нужным, для защиты прав своих клиентов. Поэтому я действую в рамках закона. И я буду, обязательно буду защищать права своих клиентов, пока бьется сердце.

— Ты пытался оказать воздействие на людей, которые участвовали в идентификации.

— Полиция делает это десятки раз каждый день, — сказал Мейсон. — Она арестовывает наиболее подходящее подозрительное лицо в каждом конкретном деле, она работает с полицейскими фотографиями, и она навязывает свой вариант идентификации. Полицейские говорят: «Посмотрите на эту фотографию, посмотрите внимательно. Посмотрите на нашу фотографию. Теперь вспомните внешность человека, который напал на вас. Теперь взгляните на набросок, сделанный художником. Не напоминает ли он вам того человека? Теперь тщательно подумайте, потому что, если вы неправильно ответите на этот вопрос, преступник может остаться на свободе и совершить другие преступления».

Поэтому не говори мне, что это преступление — просить свидетеля провести опознание по фотографии. В этом случае большую часть сотрудников полиции пришлось бы сажать в тюрьму.

— Я просто сообщил тебе об этом, — сказал Дрейк, — потому что...

Раздалось несколько коротких резких телефонных звонков. Это был сигнал Герти, что в приемной возникла чрезвычайная ситуация.

Дверь в офис открылась, вошел молодой человек.

— Меня зовут Тарлтон Лэдд. Я следователь из управления окружного прокурора. Вот мои документы, если вы хотите взглянуть на них.

— Хорошо, — сказал Мейсон. — Значит, вы следователь окружного прокурора. Что же вам нужно?

— Окружной прокурор хочет вызвать вас на допрос. Его результаты могут вызвать определенные юридические действия.

— Против кого?

— Против вас.

— Когда окружной прокурор хочет допросить меня?

— Сейчас.

— А если я не пойду?

— Тогда я выпишу повестку с предписанием завтра утром в десять часов появиться перед присяжными, которые будут решать вопрос о передаче дела в суд.

Немного подумав, Мейсон сказал:

— Хорошо, я иду. — Мейсон повернулся к Делле Стрит: — До моего возвращения оставайся здесь за хозяйку, Делла.

Последнее, что увидел Мейсон, перед тем как за ним закрылась дверь, были вытянувшиеся лица Пола Дрейка и Деллы Стрит.

Глава 16

Гамильтон Бюргер, окружной прокурор, сообщил Мейсону:

— Это официальное слушание, в результате которого может быть возбуждено уголовное дело, если выяснится, что было совершено преступление, или направлена жалоба в дисциплинарный отдел коллегии адвокатов, или будет сделано и то и другое. Мистер Мейсон, вы знакомы с сержантом Голкомбом из управления полиции. А это Друммонд Диксон, художник, это Дрю Кирни. Тот джентльмен — Фултон, частный детектив из Детективного агентства Дрейка. Присутствует также судебный репортер, который ведет протокол.

— Буду ли я иметь право задавать вопросы? — спросил Мейсон.

— Это не судебное слушание. Мы пытаемся выяснить, есть ли основания для принятия определенных действий.

— Вы боитесь дать возможность другой стороне задать вопросы вашим свидетелям? — спросил Мейсон.

— Что касается этого расследования, то я ничего и никого не боюсь.

— Хорошо, тогда я тоже воспользуюсь правом задать вопросы.

— Не вижу причин предоставлять вам возможность подвергать этих свидетелей перекрестному допросу.

— Тогда мне придется встать и выйти из помещения, — сказал Мейсон. — Если вы собираетесь провести заседание с одним действующим лицом и оказать на свидетелей влияние в нужном вам направлении, то мне нечего тут делать.

— Я не собираюсь влиять на свидетелей, и вы знаете это, — угрюмо сказал Бюргер. — Временами вы действовали слишком остро.

— Остро, но законно. Когда мне приходится представлять клиента, я стараюсь это делать достойно.

— Нет никакой нужды в этом обмене колкостями, — сказал Гамильтон Бюргер. — Мы начинаем работать, и, если у вас возникнет желание задать вопрос, вы можете это сделать. Если ваш вопрос не будет относиться к делу, я посоветую свидетелям не отвечать на него.

— Тогда мне придется встать и выйти, — повторил Мейсон.

— В этом случае вам придется предстать перед Большим жюри, — предупредил Мейсона Гамильтон Бюргер.

— Там я изложу свое понимание дела, заключающееся в том, что вы собираетесь организовать заседание с собой в качестве единственного главного действующего лица, что я хочу задавать вопросы и отвечать на них, хочу справедливого представления дела и с этой целью настаиваю на своем праве ставить вопросы, — заявил Мейсон.

— Начнем с Фултона. — сказал Бюргер. — Ваша профессия, мистер Фултон?

— Я частный детектив.

— В начале этого месяца кто-нибудь использовал вас как частного детектива?

— Да.

— Кто?

— Пол Дрейк.

— Это руководитель частного детективного агентства?

— Да, сэр.

— Что вам приказывал делать Пол Дрейк?

— Мне дали фотографию и сказали попросить господина Диксона сделать с этой фотографии несколько набросков карандашом.

— Что еще вам велено было делать?

— Мне сказали найти свидетелей по делу об ограблении «Пасифик Нотерн супермаркет», раненого сторожа и господина Кирни, сообщить им, что я расследую это дело, связанное с попыткой убить сторожа. Я также должен был получить от них общее описание грабителя. Это было четвертого числа утром.

Мне было приказано взять набросок, сделанный моим другом Друммондом Диксоном, показать его свидетелям и спросить их, не похож ли грабитель на человека с наброска.

— Как звали человека, фотография которого вам была передана?

— Коллистер Гидеон.

— Вы знаете, что случилось с Коллистером Гидеоном?

— Да, знаю. Сегодня утром он был убит. Мне известно, что ранее его судили за совершенное преступление. Я также знаю, что фотография, с которой был сделан наш набросок, взята из полицейского дела.