Опальная бывшая Тёмного наместника - Эмили Гунн

- У меня нет родственников в этом городе! – громогласно объявила я, подоспев на помощь издерганным девчонкам с ресепшна. – Для меня вы все одинаково важны. Вот такая вот беда со мной, представляете? Никак не могу выбрать, кого же мне пропустить без очереди? А потому на свой страх и риск продолжаю принимать всех строго по порядку! – слегка ошарашила я жалующихся. – А хотя нет. Некоторым я всё же иду на уступки. Речь об острых приступах, что нужно купировать безотлагательно! О тяжелобольных, а в некоторых случаях – о дамах в тягости и младенцах.

- Я тоже тяжело болен! – возразил мне какой-то бугай, выскочив из толпы притихших пациентов. – Вы только гляньте на мой живот. Меня же распирает от вздутия!

- А у меня крыло. Крыло! – взвизгнула моложавая демоница. – Знаете, как больно?

- Здесь у всех что-то да и болит, - осадила ее дама в летах. – Мы ж не вопим. Не мешайте лекарям работать, милочка.

- Вам легко говорить, - прогнусавил лопоухий гоблин. – Вы не маляр с переломом руки, - продемонстрировал он забинтованное предплечье, которое явно не могло вызывать острой боли и всего лишь требовало смены повязки.

- К тому же здесь никто и не работает! – воскликнула дама, сидевшая под ручку с плюгавым мужем. – Эта наша так называемая целительница всё утро провела в кабинете начальства. Небось они там… чаи распивали, пока мы мучаемся, - всхлипнула она. – Вы только гляньте на этот прыщ на моем носу! Разве такое можно долго терпеть?!

- Ясно, - обреченно вздохнула я. А мысленно от души проехалась по Максхеру, который своим внезапным вниканием в жалобы «удружил» и мне, и бедным страждущим.

- Я буду жаловаться! – затряслись вдруг стены больницы от клокочущего крика массивного Орка.

Он исходил со стороны подрагивающего в такт его воплям окошка нашей самодельной лаборатории.

- Как в анализах моего малыша могли найтись грибки?? Как! – ревел он, наверное, на всю округу. – Считаете, если я Орк, то живу обязательно в грязном болоте? Это предрассудки. Предвзятость! Вы намеренно вписали в ответы эту чушь, чтобы унизить меня! Вы заплатите мне за это, - с пеной у бивней голосил он в то время, как я осторожно начала подкрадываться, чтобы выразить своё объективное «НО».

- Почему бы тебе не вмешаться? – вполголоса поинтересовалась по пути у нашего собственного свирепого Орка. А, конкретнее, у бездействующего Освара, всё так же заменяющего нам привратника, дворецкого и стражу.

- Не могу, - тоскливо выдохнул он, опустив щеку на кулак. Зеленая кожа натянулась, выпустив наружу печальный клык. – Он выше меня по статусу.

- Это как? – поразилась я, впервые услышавшая, что у Болотных народов, живущих племенами, есть разделение на ранги.

- Ну, он сын рыбака-а-а, - с благоговением сообщил Освар.

- А ты?

- А я… - еще один рваный выдох, - сын… охотника, - с побитым видом признались мне.

- Понятно, - похлопала я бедолагу по плечу. И уже хотела вступить в бой добровольцем вместо него, как меня пронзило любопытством:

- Подожди-ка, - обернулась я к понурому Освару. – Но ты же дня три назад выставил отсюда богатенького Драконьего принца! За то, что тот посмел ущипнуть медсестру.

- Ну да, - невозмутимо пробасил Освар. – Драконы же не рыбачат, - развёл он мускулистыми ручищами.

- А-а-а, - закивала я болванчиком, тщетно стараясь уложить в голове эту логику. – Ну, конечно.

И пошла бодаться с сыном РЫ-БА-КААА.

- Извините, милейший, - с любезной улыбкой, через силу натянутой поперек нижней половины лица, обратилась я к папаше. – Вероятно, Вы удивитесь, но такие же грибки с легкостью выявляются у детей высочайших Эльфийских лордов и даже у Демонов, чью внутреннюю Тьму ни одна зараза не берёт.

- Что? – моргнул он дважды, уставившись на меня, как на диковинную птичку, внезапно заверещавшую по-человечески.

- Говорю, прекратите сотрясать решетку лаборатории, - попросила я. – Девочки, готовящие результаты анализов, даже имен больных зачастую не знают. Не то, что происхождение. Им всё под номерками выдают.

- Так вот, ваши девчули все номерки и напутали, - сошлись пушистые брови на зеленой переносице обвинителя, - не мог мой новорожденный огрёнок, - с нежным умилением прохрипел Орк, - грибов наесться. Он молоком матери всё еще питается.

- Да, но, - хотела я возразить, одновременно отчаянно ломая голову, как же ему объяснить, что не о тех грибках речь идет. Не успела. Орк вновь посерел лицом и добавил:

- И жена моя грибы не любит. Одними водорослями и рыбой питается. Балую я её, - еще одна широкая улыбка полная любви к своему семейству. – А вы тут ерунду на своих кристаллах определяете! – грозно ткнул он пальцем в направлении лаборатории.

- Хм-м, - вырвался из меня сокрушенный вздох, - а пойдемте-ка со мной. Дам Вам почитать нечто увлекательное, - решила я, что тут только трактат о незримых вредителях (другими словами, о микробах) поможет объяснить папаше, что никто не находил реальных грибов в посеве его сыночка. – И Вы давайте с нами, - позвала я жестом того, кто ждал в очереди на осмотр…

***

В конце дня я вялой отбивной валялась в рабочем кресле. Последний пациент только что, рассыпаясь в благодарностях и извинениях за утреннюю напраслину, покинул клинику, а у меня не было сил даже дотянуться до чашки с кофе, неумолимо остывающим на столе.

- Мизз, у нас сложность, - вбежала в комнату бледная медсестра.

- А-а? – бессильно простонала я в ответ. – Пожалуйста, скажи, что никто не умирает. Иначе меня саму скоро на ноги сможет поставить лишь опытный некромант. Вернее, мою пост-смертную проекцию.

- Что? – еще пуще побелела девушка.

- Ничего. Добивай уже. Говори, что еще стряслось? – придала я себе максимально возможную собранность, потянувшись к чашке с кофе.

- Наместник немедленно требует к себе ответственный чин из нашей лечебницы, - пролепетала она.

А мне показалось, что холодный кофе умудрился обжечь горло, застряв за грудиной твердым осколком.

- Меня? – замигала, с громким «дзынь» опустив фарфор на блюдце.

- Нет. Миздера Максхера. Я полагаю, - неуверенно добавила она, очевидно, соображая, можно ли в принципе применить к нашему шефу прилагательное «ответственный»?

- Фух, - лопнуло во