Нулевой. Том 4. Новые Горизонты - Алекс Бредвик

умереть. Умереть? Но как можно умереть, просто сдаться, когда перед твоими глазами противник, который покалечил тебя, наслаждался твоими страданиями, убил множество людей до этого и горстку сейчас, ту самую, которая хотела принять истину и помочь мне в исполнении плана мести. Как можно не убить тварь, которая так спокойно обходит силы Алисии?

Нет. Я просто не мог остановиться. Я должен был идти. Я должен сражаться! Все мои враги должны сдохнуть! И этот урод в том числе! Ему вынесен приговор! Смерть! И он должен сдохнуть!

— Главное — оставаться человеком! – снова раздалось в моей голове, но эта была не Тьма, нет, это был почти родной голос, который мог успокоить, свести на нет весь гнев, словно ласковый голос матери…

— Нет! — прорычал я, продолжая хромать к этой улыбающейся морде. Мне уже ничего не было видно, кроме лица этого монстра. Оно было гладкое, почти без изъянов, эстетичное, словно только что с выставки… Но оно было чёрное, состояло целиком из Тьмы. И мне хотелось разорвать эту Тьму на части, выжечь, уничтожить, растоптать! Уничтожить саму суть этой субстанции, чтобы она понимала, что было создано против неё! Да, я — искусственный человек, но создан гением, чтобы противостоять не только правительству, погрязшему во лжи, но и таким уродам!

— Ну и как ты убьешь меня? – усмехнулся этот чёрт, после чего упёр руки в бока и с самодовольным видом уставился на меня. — Я бессмертный, а ты можешь жить только тогда, когда твой чип тебя поддерживает. Ты жалок, ваш разум силён, но вы не умеете им пользоваться. Столько всего придумали, чтобы уничтожать друг друга, а настоящего врага одолеть не можете. Вы настолько разобщены, что готовы миллионами жертвовать, чтобы спасти единицы! Вы жалки! Вы никчёмны! Вы все сдохните!

— Сегодня!.. Сдохнешь!.. Только!.. Ты! — выкрикнул я, вливая все эмоции, которые сейчас бушевали внутри меня, неожиданно для самого себя наскакивая на противника, ударяя его со всей силы своей ещё целой рукой.

Противник наигранно охнул и отошёл на пару шагов, после чего сразу же ударил меня с ноги, отталкивая на пару метров назад. Неожиданно к горлу подступил какой-то ком, но это было не содержимое желудка, ибо там просто нечему быть. Нет, это была кровь, от одного единственного мощного удара у меня потекла кровь. Разрыв органов или ещё что? Не важно. Я либо сейчас сдохну в попытках уничтожить эту тварь… либо уничтожу её и стану сильнее!

Да будет так!

— Ты никчёмен, — усмехнулся этот монстр и со всей дури метнул в меня за мгновенье сформированный чёрный кол.

Кол словно и не встретил сопротивления в виде моего тела, он просто проскочил и врезался в дерево, которое мирно стояло аккурат метрах в пяти позади меня. Боль физическая уже уходила на второй план, моё сердце заполняла боль другого характера. Мне было больно душевно, как бы это дико не выглядело, но я сам себя ненавидел за то, что у меня ничего не получалось. Я понимал, что я слабее… но я не мог этого просто так оставить. Я должен был остановить этого урода. Обязан!

— Сдохнешь… — прорычал я сквозь зубы.

Поднявшись на ноги, каждое движение отдавало страшным хрустом в правой ноге, я медленно зашагал к своему противнику. Тот лишь ухмылялся и манил меня к себе руками. Это ещё больше злило, ещё сильнее хотелось убить этого урода, чтобы он знал свое место…

Но через пару шагов я снова был отброшен назад, только ещё дальше, рухнул почти рядом с деревом. Крик ярости и боли разорвал округу. Правая нога оказалась вывернута так, что было сразу понятно, перелом. Где именно был этот перелом, меня уже не волновало, было ясно одно — придётся прыгать на левой ноге.

Схватившись целой рукой за дерево, я медленно поднялся на ноги. В глазах уже была почти полная темнота, а если и было что-то видно, то оно расплывалось до почти бесформенного состояния. Где был враг я понимал только по звукам глумливого смеха. Этот урод просто издевался, наслаждался нашими страданиями, тем, что мы ничего с ним не можем сделать…

Медленно развернувшись в сторону звуков, я запрыгал на левой ноге, шипя каждый раз от боли, которая вспыхивала при этом во всём теле. Хотелось упасть, хотелось просто умереть. Но я сам себе поставил цель, а для ее выполнения необходимо было выжить.

— Убью… Убью… Убью… — каждый мелкий прыжок сопровождался тихими, еле слышимыми словами, которые я произносил практически на автомате. Мой разум был затуманен, было сложно соображать. Я сам себе дал одну единственную установку — сражаться и победить, либо сдохнуть, пытаясь сделать это. И не забывал каждый раз это себе напоминать. Каждый. Никто, кроме меня, сейчас не способен остановить его. И в будущем тем более.

— Скорее, тебе надо говорить, убьюсь, — тут же заржал этот урод, пятно предо мной резко дернулось и рывком потащило меня куда-то назад, к чему-то прибивая.

Я оказался подвешен, ноги вообще не касались земли, чтобы просто сдвинуться хоть на миллиметр вперёд. Тут же в меня прилетел второй и третий такие же прибивающие колья. Сложно было не понять, что именно с помощью них меня к чему-то пригвоздили. Вот только боль уже почти ушла, голова начала пустеть, а холодные руки нежно начали обволакивать мой разум. Сон всё сильнее накрывал, голова тяжелела, а глаза полностью переставали видеть…

«Кажется… Довоевался», — усмехнулся я мысленно, прежде чем моё сознание полностью погасло.

И тут раздался просто дичайший вопль. Я его уже слышал и тогда как-то смог встать. Я его слышал, чуть не потеряв контроль над собой. Я его тогда слышал и спас человека, который теперь путешествовал со мной. Я. Его. Слышал! Это кричала Алисия, кричала так яростно и с такой болью, что гнев и злость снова начали наполнять моё тело, разум начал очищаться от чужого присутствия, а интерфейс начал работать, хоть и со сбоями.

И вдруг меня осенило. В прошлый раз она так начала кричать, когда её товарищам и ей самой угрожала огромная опасность. В этот раз причина, вероятнее всего, та же, только вместо товарищей был я, который умирал подвешенным на дереве.

Внезапно глаза прозрели, мир стал настолько чётким, насколько позволяет его созерцать человеческое зрение. С правой стороны всё было в красных оттенках, откуда-то сверху на глаз тонкой струйкой стекала кровь, мешая обзору, но это меня не