Экспансия - Роман Пастырь

неспособен защитить. Даже покров слетел. Напряжение было настолько чудовищным, что поддерживать простое таинство не оставалось сил.

Что происходит я не видел. Громыхало, трескалось, обжигало.

Когда накал спал, я обнаружил, что нас накрыло деревьями, землей и камнями. Щиты Каи выдержали, что далось ей не так просто. Девушка тяжело дышала, смотря безумным взглядом на то, что мы натворили. Когда пыль осела, увидел голема.

Без головы. Она как цветок раскрылась.

Сам голем стоял на коленях и признаков жизни не подавал. А за его спиной открывалась воистину гигантская просека, уходящие на сотни метров вперед.

— Живы?! — прокричала Ингрид. — Голем умер, нужно разделать его! На такой шум весь лес сбежится, готовьтесь!

Неужели получилось? До последнего я сомневался в успехе. Бил с запасом и то, что получилось завалить настолько крепкую тварь с одного удара, автоматически записало нас в легенды.

Чтобы воспользоваться славой, оставалась самую малость — выжить.

***

Вернулись мы через три недели.

Три. Недели. Наполненных страданиями.

Уж не знаю, чьих страданий было больше. Наших или тех тварей, что сбегались на шум.

Разделка голема заняла три дня. Даже после смерти он оставался неимоверно крепким и пока расковыряли — много нервов потратили. Я где-то на полдня выбыл, как боец, поэтому сидел у него на плече, как на самой высокой точке и давал указания, откуда бегут очередные монстры.

Это было что-то с чем-то. Лес словно с ума сошёл. На нас то одна особо опасная тварь выбега, то другая. В перерывах те, кто попроще жаловал. Изначально привлеченные шумом, на следующий день они сбегались уже на запах крови и специй. Да, специй в том числе. Давно подтвержденный факт, что монстры с радостью жрут друг друга, чтобы стать сильнее.

В какой-то момент нас обуяла жадность. Раз твари сами набегали, грех было их оставлять и не разделать. Тем более, когда речь касалась дорогих специй. Не настолько, как в случае с големом, но достаточно, чтобы каждый захотел немного поднапрячься, но не упускать добычу.

Так что на третий день, когда разобрались с големом, то возникла проблема логистики. Благо к которой мы были готовы. Что-то тяжелое охотники перетаскивали с помощью волокуш. Использовали веревки и особо прочную ткань в качестве основы, чтобы о стебли не рвалась. Стоит она тоже, как чей-то годовой доход.

Дальше додумать не сложно. На четвертый день вышли в путь, а в лагерь, который всего в недели пути, вернулись через семнадцать дней.

А всё дело в том, что монстры нас продолжили атаковать. Не хотел лес отпускать. Ох как не хотел.

Мы чередовались. Кто тратил всю энергию, переходил на переноску. Как восстанавливался, сменял других. Привалы делали короткие, раз в два часа, по десять минут. Не обошлось и без ранений. Досталось Кае, которую одна из тварей перехватила поперек туловища и так с ней ускакала. Я в тот момент с другой стороны натиск отражал, поэтому даже не заметил исчезновения девушки. А когда меня после боя встретили скорбные лица, реально перепугался. Хорошо, что Кая почти сразу вернулась, окровавленная, злая и ругающаяся. Ей пробило живот, но не настолько сильно, чтобы она слегла. Остальные пострадали менее эпично. Мне тоже досталось. Когтями по спине прошли.

Права была Ингрид, когда говорила, что каждый к чему-то стремиться. Только вот, деньги и сила не единственный мотивы рвать жилы.

Когда набрали добычи столько, сколько охотники за пять лет не зарабатывают, действовали уже совсем ради другого.

Славы.

Прославить своё имя, стать теми, о ком рассказывают истории у костров и в тавернах.

На этом топливе мы и шли. День за днем, пока не вышли к крепости.

***

Встретили нас с почестями.

Шучу, конечно. Но незамеченным наше появление не осталось. За час до прибытия повстречали одну из групп, которая собиралась в поход. Переговорили с ними и они отправились обратно, чтобы предупредить о нас.

Так что когда подошли, нас встречали две группы охотников, крепость гудела от суеты, а ворота были распахнуты настежь.

Только дойдя, я позволил себе немного расслабиться. Был риск, что на нас нападут, но крайне маловероятный. При таком шуме, а внимание мы к себе привлекли всех, кто был рядом, напасть на нас означает смертный приговор. Который вынесет семья Тон. Потому что успешные охотники — это актив. Крайне прибыльный актив. И если в обычной жизни конфликты между охотниками возможны, было чего опасаться, то при такой огласке, найдут кого угодно и покарают со всей строгостью, чтобы неповадно было.

Ну и по мелочи воровать тоже смысла нет. Если интенданта спалят на этом, то он в лучшем для него случае лишится должности. В худшем — головы. Как раз из-за нашей, растущей прямо сейчас славы.

Нельзя облапошивать героев. Это как минимум некрасиво. А как максимум, герои и отомстить могут. Поэтому я не особо опасался, но поглядывал. Так, на всякий случай.

— Неужели дошли? — с кряхтением подошла ко мне Кая. — Пока нет. Нужно доставить специи в город и продать их, — из вредности напомнил я. — А потом пустить деньги в оборот, чтобы не украли, — отмахнулась Кая. — Ты понял, о чем я. Это была реальная жесть. Может забьем на это всё? Купим домик. Виноградник какой-нибудь. Заведем детей. — Ты серьезно? — Ну да. Пусть они мир захватывают. Почему мы должны за всех отдуваться?

Я посмотрел на Каю и та не выдержала, рассмеялась. Захохотала в голос, чем привлекла внимание. Ясно с ней всё. Напряжение выплескивает.

К нам подошёл Резано, бросил взгляд на девушку и посмотрел на меня.

— Я проконтролирую сдачу. Что себе оставим для зелий уже определил. Остальное интенданту сдам. — Хорошо.

Хала увязалась вслед за ним и они оба скрылись вместе с Рупхертом внутри.

Ингрид с командой общались со знакомыми, другими охотниками. Вскоре я узнал, о чем, когда женщина подошла ко мне.

— Договорилась с проверенными людьми об охране. Помогут сопроводить груз. Предлагаю главные специи лодкой отправить, в первую партию. Вас вместе с ними. Пусть мастер зелий за дело берется. Остальной груз мы проконтролируем, чтобы прибыл. —