Дракон на мою голову! - Александра Берг

— Я говорил, — Седрик одним прыжком нагнал меня. — Она не понимает. Девочка влюбилась в меня по уши, ну, или ей просто нужен билет во дворец.

— Скорее, второе, — я насмешливо вскинула бровь и перед тем как сдать учебник, тихонько поинтересовалась. — А почему ты так отнёсся к тому, что я пыталась к тебе принюхаться?

— Разве в книге написано не было? — Седрик устало выдохнул.

— Там было сказано только про истинную, — продолжая говорить полушёпотом, я время от времени бросала взгляд по сторонам, опасаясь, что нас могут услышать лишние уши.

— Воспринимай это как своего рода любовную игру. Но хочу тебя предупредить: драконы весьма горячие, а незнание правил и законов не освобождает тебя от ответственности, — Седрик игриво подмигнул, но уже через пару секунд снова завёл свою шарманку о том, чтобы обчистить кабинет магистра зельеварения.

— Да не стану я красть! — получилось довольно громко. Совсем забыла, что в библиотеке мы не одни. Старшекурсники уже вовсю шушукались между собой. Остаётся только гадать, что было сейчас у них на уме.

— Припомни мои слова, — парень многозначительно поднял указательный палец вверх, — она не даст тебе спокойно жить. Неизвестно, что Хлоя придумает в следующий раз. Моль в комоде — это ещё полбеды…

— Слушай, а ты, как я погляжу, очень осведомлен о моих проблемах, — я недоверчиво прищурилась и посмотрела в зелёные глаза дракона.

— Ну-у-у, — несколько замялся он, — только ленивый не судачит об этом. Для всех в нынешнем году вы — главное развлечение.

— Чего-чего? Какое ещё развлечение?

Седрик нервно сглотнул, дёрнув кадыком. Губы его заметно задрожали.

Так-так-так, похоже, он только что ляпнул лишнее.

— Не обращай внимания, — парень небрежно махнул рукой и, глупо улыбнувшись, продолжил: — Когда тебе надоест, свистни.

Весь смысл этого “надоест” раскрылся, когда я ступила на порог общей комнаты.

М-да, вот такого я, конечно, совсем не ожидала…

Вся комната была выкрашена в тошнотворный розовый цвет. С потолка свисали яркие бабочки, какие-то птички, стрекозы с разноцветными крыльями. Кровати, комоды, старый шкаф тоже были розовыми в белый цветочек. Лично мне эта идея преображения не то что не понравилась, она меня нервировала. В комнате нельзя было спокойно находиться. Вся эта розовость вызывала приступы тошноты и головокружения. И мне почему-то казалось, что такой эффект будет не только у меня…

В комнате, кстати, никого, кроме Хлои, не было. Девушка сидела в позе лотоса и, похоже, с нескрываемым восхищением смотрела на своё творение. Ну, а кто ещё это мог сделать?

— Можно было посоветоваться, — кинув рюкзак на свою кровать, которая была отодвинута к самой стене, я подошла к соседке.

Она бросила на меня ничего не значащий взгляд и фыркнула:

— А почему я должна с тобой советоваться? Нас тут шестеро, решение приняли большинством.

— Большинством? — я прищурилась. Мне вот стало интересно, почему другие девушки так потакают ей? Она что, у нас персона голубых кровей? Не думаю. Стала бы тогда Хлоя вешаться на Седрика?

— Да, — девушка гордо вздёрнула носик, — ты со своей подружкой в пролёте. И, кстати, — Хлоя встала и с важным видом выпятила грудь, — когда выполнишь моё задание?

Я пожала плечами и решила схитрить.

— Может, сегодня, может, завтра, а может, в следующем году. Ты ничего не сказала про сроки…

Лицо девушки тут же изменилось, стало мрачновато-бледным. Между идеально очерченными бровями залегла глубокая морщинка, пухлые губы сжались.

Тут я её, конечно, подловила.

— Завтра, — прошипела она. — Ты должна принести крылья фей завтра.

— Извини, — я состроила гримасу и развела руками, — об этом нужно говорить в самом начале. Сделка есть сделка. Я всё достану, но когда… Кстати, скажи, зачем они тебе? Задумала приготовить яд? Своего не хватает?

— Тебя это не касается, — изо рта девушки уже вырывалась грозное шипение. Вот точно злобная змеюка! — Или забыла — я могу всем рассказать о твоём секрете?

— Можно вопрос? — скрестив руки на груди, я обошла Хлою и встала напротив её комода, который был заставлен всякими скляночками, баночками, пипетками и ещё не пойми чем. — Кто тебе рассказал?

— Подслушала разговор ректора. Этот противный старикашка с кем-то спорил. Такая сенсация будет, если об этом узнает вся академия.

Чёрт её дери! И нужно было так вляпаться! Ректор, конечно, тоже хорош — кричать на всю академию о том, что я не из этого мира.

— Ну, так что?

— Я…

Тут разговор прервал гул. Занятия, видимо, закончились и студенты повалили в общежитие. Как только дверь открылась, я заметила, что далеко не все оценили новую обстановку. Но ни одна из девушек в открытую не высказалась негативно. Все охали, ахали, восхваляли Хлою, говорили какая она молодец. В общем, подмазывались, кто как может. Последней в комнату вошла Ири. Её выражение лица говорило: “Как же отвратительно!”.

Да, тут я была с ней согласна. Не каждой придётся по вкусу такой цвет.

Глубоко вдохнув и разложив вещи по полочкам, я плюхнулась на кровать и тут что-то подо мной громко хрустнуло, стрельнуло, после чего я оказалась на сантиметров десять ниже остальных. Стало быть, кто-то очень умный подпилил ножки кровати! Следом прозвучал ещё один хруст — Ири постигла та же участь. По комнатке в одну секунду пронесся весёлый глумливый хохот. Смеялись все, ну, кроме нас с Ири, разумеется.

— Что ты там говорила насчёт войны? — через пару минут ко мне подошла взбешённая подруга. Вообще, если верить книгам, эльфов очень сложно вывести из равновесия, но, похоже, Хлое это удалось. Глаза подруги так блестели и переливались, что, казалось, она сейчас всех тут испепелит.

— Не так быстро, — я злорадно усмехнулась. — Пока делаем вид, что ничего не произошло. А вечером мы с тобой навестим одного знакомого. Есть у него любопытное предложение…

Глава 14

Мужская часть общежития находилась на этаж выше. Те же серые стены, каменный холодный пол, утолщённые стёкла в коричневых рамах, сюрреалистичные картины неизвестных мне художников и огромная гора мусора, аккуратно сложенная в углу. Я бы назвала эту композицию памятником мужской лени.

— Не могу поверить, что Хлоя решила пойти на это, — Ири схватилась за мою руку.

— Сразу же видно,