Из серии «Зеркала». Книга I. «Лишние люди» (ред. 2) - Олег Патров

явный опыт, конечно, были и какие-то заготовки, и импровизации. Пару раз Ларк поймал старые фразочки Лили. Видимо, она играла в эту игру с сыном или тренировала того. Откуда-то же нужно было брать деньги на наркотики.

«Интересный все-таки случай, – подумал Ларк, механически потягивая нечто непонятное из стакана. – Но что он здесь делает, и где Джон?».

Ларк не считал себя ханжой, но присутствие Джимми в подобном заведении и в такое время явно шло вразрез всем воспитательным концепциям. Осторожный в выводах, адвокат решил дождаться конца вечера, чтобы поговорить с Джимми наедине, но тот после выступления куда-то исчез.

– Кто этот парень? – бросив свою спутницу, пересел Ларк за стойку бара.

– Хорошо поет, правда? – живо отозвался бармен. – Хозяин подобрал его на улице пару лет назад, приютил. Говорят, теперь у него обнаружился богатый папаша, но видно деньги – это не все. Пришел на старое место. Не забывает друзей.

– Похоже, его здесь любят, – заметил Ларк.

– Мы его зря в обиду не даем, – сдержанно ответил бармен.

4

Джон резко, рывком открыл дверь в комнату сына, нерешительно постоял на пороге, но все же вошел, дотронулся рукой до одеяла. В комнате никого не было. Он открыл тумбочку, проверил вещи Джимми, заглянул по углам. Ничего предосудительного не наблюдалось, даже ножи и те куда-то исчезли. Это беспокоило Джона, но сейчас важнее было найти Джимми, дождаться, когда сын вернется домой.

– Не пари горячку, – посоветовал ему Ларк, хлебнув глоток из прихваченной с собой бутылки («Горбатого только могила исправит»). – Дождись, когда он вернется, выспится, тогда и разбирайся.

– Тебе легко говорить, это не твой сын.

– Вот именно. Поэтому я беспристрастен и объективен, – Ларк немного поднатужился, произнося такие сложные для бурной ночи слова. – И не кричи, итак тошно. Он еще ничего не сделал, так что прекрати строить из себя судью. Тем более в отсутствие обвиняемого.

– А ты, я вижу, подался в его адвокаты? Защищаешь дитя? Смотри, к чему это уже привело.

– Я не собираюсь с тобой ссориться, – спокойно и на удивление трезво произнес Ларк. – И кстати, это я сообщил тебе, что Джимми не ночует дома. Когда ты в последний раз разговаривал с ним?

Джон с досадой отмахнулся.

– Причем тут это. Он сказал, что ночует у Гарри и пойдет на занятия от него – и обманул. Значит, я увижу его только в школе, а если что-то случилось?

– На твоем месте я бы подождал, когда он придет домой, – снова завел свою шарманку Ларк. – Поверь, в школу тебе идти – последнее дело. В этом возрасте их очень легко спугнуть.

– Отлично. Хороший испуг ему как раз не помешает. Ты уверен, что он вышел из бара?

Ларк пожал плечами, уже раскаиваясь, что рассказал все Джону. Надо было выяснить все самому. Новоиспеченный папаша явно не мог вести себя адекватно. Жаль, что дружеские чувства затуманили разум, да и две последние порции га были явно лишними…

Пока он сидел, было ничего, но выйдя из бара, Ларк быстро почувствовал эффект и тогда-то решил позвонить Джону. Угроза друга приехать и разобраться со всем немедленно чуть-чуть отрезвила его, и он начал соображать, но, похоже, недостаточно быстро.

– А что ты там вообще делал? – от бессилия набросился на друга Джон.

– Пил, что еще.

– Ты бы завязывал, в твои-то годы.

Джон был прав, пора было устроить тайм-аут, прочистить мозги. В последнее время он был явно не в ударе. Раз уж дело дошло до таких нелепых ошибок.

5

Когда все посетители ушли и зал опустел, Джимми подсел к бармену, считавшему выручку.

– Послушаешь? Я тут набросал новую песню.

– Давай, – не отрывая глаз от кассы, рассеянно произнес знаток подкупольной музыки.

Джимми сел за инструмент.

– Неплохо.

– А есть что-нибудь новенькое для меня? – подсела к ним Лора. – А то ты скоро уедешь, забудешь нас, а мне еще работать и работать. Пара-тройка песен про запас мне бы пригодились.

– Кстати, ты должна мне двести карлитов за посуду, – погрозил пальцем бармен и, заметив прислонившегося к косяку Ли, добавил:

– Налей-ка парням, Лора.

Он кивнул в сторону вошедших охранников.

Ли подошел ближе к сцене, облокотился на стул в первом ряду.

– Ты так и не ответил на мое предложение, Джимми, нельзя думать вечно, я могу и обидеться.

В голосе Ли звучали холодные нотки, но Джимми сделал вид, что не расслышал их за музыкой.

– Ты талантлив, мой мальчик, но не злоупотребляй моей симпатией к тебе. За право быть собой надо платить, дорого платить. У тебя таких денег нет. Сыграй мне что-нибудь… для души, – единым, неспешным текстом произнес Ли, когда песня закончилась.

Бармен поставил на стойку еще пару порций своей фирменной наливки и подмигнул Лоре.

– Есть одна вещь, – тревожно улыбнувшись, откликнулся Джимми. – Но она еще в процессе… не выбрал финал. Поможете подобрать?

Это был жест отчаяния, но ход сработал. Ли сам говорил не раз, что люди обожают быть судьями: хлебом не корми, дай разыграть из себя эксперта, высказать свое Высокое мнение.

«Говоря о других, мы часто говорим о себе».

Джимми и не надеялся поймать Ли на столь явную уловку, но то ли тот был в хорошем настроении, то ли лесть все-таки возымела свое действие…

Хорошая музыка в который раз выручила его. А некоторые не верят в силу искусства… Чудаки…

Творчество помогало Джимми не только выразить себя. Это был хороший способ наладить отношения, избежать некоторых проблем. Конечно, потребовалось время, чтобы приучить себя не обижаться на критику. Джимми не любил, когда на него давили. Еще одна черта, по словам матери, унаследованная им от Джона.

От родителей он взял только самое лучшее и самое худшее – никакой середины, как настоящий сын.

Глава двенадцатая. Ты знаешь, время обратимо…

1

Джон стремительно пересек территорию школьного двора, направился к спортивной площадке. По утрам в пятницу у Джимми были тренировки, и он надеялся застать сына там. Ларк на всякий случай остался дома, все равно до полудня он был нетранспортабелен, если только до суда.

– Где Джимми? – не тратя время на приветствия, спросил Джон тренера, догнав того у самой кромки поля.

– Не знаю. Кажется, у них сегодня репетиция в драмкружке, – недоуменно ответил Бред.

– В каком кружке?! А тренировки?

– По пятницам с утра тренируются младшие, основная команда приходит после обеда.

«Значит, и здесь соврал, – отстраненно подумал Джон. – Еще раз, – как будто считал монеты, выпавшие из кармана. – Ох, и покажу я ему музыку».