ДМБ-2010 - Андрей Щербаков

Быстро бегу обедаю и возвращаюсь продолжать. Теперь «Платон Каратаев». Этим делом у меня занимаются два Алексея. Судя по их утренней занятости, ребята не ленятся. Зову их к себе.

— Ну что, ребята, как дела? Прочитали, что этот страдалец посылал в стольный град Лондон?

Ребята переглядываются.

— В принципе мы восстановили процентов 70 отправленной корреспонденции за полгода до того, как… он перестал работать. Но…

— Что?

— Там совершенно непонятная информация. Как будто писал ненормальный.

Я смеюсь.

— Ребята, так оно и есть. Он же, бедняга, нездоров. Они сами признали. Вот, почитайте, что про него пишет Томлинсон[26].

Протягиваю им несколько листочков.

— А вот мы еще хотели спросить… Мы ему не повредим этой информацией?

— Ребята, во-первых, это не наше дело. Наше дело сделать то, о чем нас попросили. Не больше и не меньше. Вопросом, который вас так мучает, будут заниматься адвокаты. А во-вторых… Сами же ответили — ненормальный писал. Я уверен, ему это зачтется. Выводите все, что прочитали, на бумагу и Гале на отправку.

Хочется сказать — сумасшедший день. Если бы не все они были такие.

Отпускаю ребят. Тут же звонок. Кокетливая Танечка, секретарша генерала Козлова, напоминает, что я что-то должен к семнадцати. Елки-палки, забыл. Двадцать минут.

Стрелой врываюсь в рабочий зал. С протянутой рукой. Ребята столпились у Мишиного стола и хохочут.

— Ребята, в чем дело?

— Да понимаешь, Кот, какая беда… Мы берем известное число ошибок у старика Гейтса Б., потом общий объем кода продуктов, потом твою формулу. Следи, следи внимательно. Подставляем. Чувствуешь, да? Число всех ошибок сопоставимо с объемом кода.

— Я не вижу тут никакой трагедии. Просто мы математически показали, что мелкомягкие продукты — одно сплошное недоразумение. Поняли? Теперь разделите это число на 10 и быстро вбейте мне в справку. Готово? Я побежал.

В генеральской приемной успеваю сделать секретарше пару комплиментов и проскакиваю к самому генералу.

Он прячет принесенную справку и приветливо смотрит на меня. Это большая редкость.

— А ты, Котяра, молодец! Прочитал-таки дискету…

Жмет мне руку. И продолжает, мечтательно возведя взор к потолку:

— Сами Улыбчивые Парни передали нам свою благодарность!

Понятно. «Сам генерал пожал мне руку… дверью!».

Генерал что-то смущается. Теперь он смотрит куда-то вниз. Нехорошо это. Смотрю на него, жду. Он, наконец, решается:

— Мы тут списочек подготовили на награждение. Всего…м…м… двадцать три человека. Ты тоже есть.

Я «тоже» есть. Это приятно. Никто не забыт, ничто не забыто. Подвиг его неизвестен, дело его бессмертно. И, наконец — «как не впасть в отчаянье при виде того, что делается дома». Последнее выстрадал Ваня Тургенев, держа на коленях Полину Виардо.

Я справляюсь с собой. Киваю:

— Спасибо, КсанПалыч! Разрешите пойти домой, отдохнуть от нечеловеческого напряжения.

Благосклонно кивает из-за стола. Ухожу.

За дверью меня караулит Гала. Надутая до невозможности.

— А…а! Они… они издеваются надо мной! Они все время безобразно ржут… Они… — больше не придумала.

— Гала, не кричи. Они хорошие ребята и прекрасно к тебе относятся.

— А ты, ты… Ты даже имя мое у меня отнял!

Ах, я изверг!

— Ты же знаешь, что имя «Лена» — запретное для меня, а «Гала» — это просто «праздник». Ты же хочешь работать у нас? Тогда не кричи и отвези меня домой.

Через сорок минут я дома. Меланхолично что-то ем. Начинаю читать книгу. Полчаса безуспешно борюсь с вселенской энтропией и засыпаю.

Мне снится, что я еду в прекрасный солнечный день по дамбе от Ленинграда до Кронштадта. Песчаные насыпи по бокам дороги почему-то напоминают мне Африку. И вот Кронштадт. Я тихо брожу по мощеным улочкам, прохожу мимо памятника исследователю Пахтусову. И вдруг оказываюсь там, где много раз бывал. Передо мной серая гладь залива и много лет стоящий здесь К-237. А впереди база подводных лодок…

Телефонный звонок с трудом возвращает меня к жизни. Я откашливаюсь:

— Гм… Алло!

На другом конце — Гала:

— Вез корабль карамель,наскочил корабль на мель…И матросы две неделикарамель на мели ели…

Сон в руку.

— Добрый вечер, Галка! А если бы ты не туда попала?

— Я тебя уверенно узнаю по голосу. Поезд в 23.55.

— А сейчас сколько?

— Четверть одиннадцатого.

— Так. «Глубина-глубина, отпусти их…».

— Не шепчи! Все уже вышли.

— А… карамель?

— Вот о ней-то и речь. Давай, выходи к подъезду.

Спасатели, ой, то есть, чиновники, вперед!

Примечания

1

Дубофак (ласковое) — слушатель факультета Школы с номером, отличным от четвертого.

2

КСП — контрольно-следовая полоса.

3

Токамак — установка кольцевой формы для получения высокотемпературной плазмы

4

ВМК — факультет Вычислительной математики и кибернетики МГУ

5

ГЗ — Главное здание МГУ

6

Цитируется по роману В.В.Набокова «Дар»

7

Брандмауэр — одно из названий межсетевого экрана

8

Объектовка (жаргон) — комплекс вопросов, связанных с обеспечением безопасности объектов

9

Козел (жаргон) — эффект сплавления топливной сборки из-за неоднородной теплоотдачи

10

Стихотворение И.Бунина

11

КРСН — командир роты специального назначения. Рязань — Кот имеет в виду Рязанское воздушно-десантное училище им. Маргелова (прим. автора).

12

Бук (жаргон) — Кот имеет в виду портативный компьютер типа Notebook (прим. автора).

13

Роутинг (досл. перевод Routing) — управление маршрутами пакетов в компьютерных сетях

14

GPS — система глобальной навигации

15

Стихи Р.Бернса, пер. С.Маршака

16

Мурзилка (жаргон) — максимально понятная демонстрация чего-либо. В основном предназначена для генералов.

17

Шурави — «советский» на фарси или дари.

18

Такыр — участок твердого грунта в пустыне

19

Полиграф — «детектор лжи»

20

Лог (жаргон) — журнал

21

Кот имеет в виду операционную систему Windows NT

22

Один из руководителей Специальной службы

23

SoftIce — мощное средство для исследования программ

24

Крис имеет в виду педагогический институт

25

Стихи Татьяны Бычковской (1963–2001)

26

Томлинсон, Ричард — сотрудник МИ-6. Речь идет о его воспоминаниях