Русские флибустьеры - Костюченко Евгений Николаевич &quot

- Насколько я понял, испанцы выставили наблюдательные посты, чтобы следить за дорогами, за тропами, за берегом. Они следят за движением. А карьер - тупик. Думаю, что он вне зоны наблюдения.

Они лежали на краю обрыва. Беренс свесился вниз и подергал торчащий корень.

- Не внушает доверия. Хватит нам веревок, чтобы спуститься? Не хотелось бы карабкаться, как таракану по голой стенке.

Остерман, продолжая разглядывать скалы на другом краю карьера, пробормотал:

- Виктор Гаврилович, и не думайте даже. Ваше дело - привести нас на место, а дальше мы уж сами как-нибудь. Сколько, вы говорите, там таких траншей?

- Три. Одну прокопали в первый год, и две во второй. Да, три. Они там, на том конце, ближе к дороге.

Орлов встал и отошел под деревья, снимая с плеча связку веревок. Кирилл помог ему разложить их на земле, распрямляя и подергивая, проверяя на прочность.

- Как ты догадался веревки захватить?

- Незаменимая вещь в горах, - ответил Орлов.

- Дашь мне револьвер? Останешься с карабином. Прикроешь нас.

- Прикрою, если будете держаться на виду. Не зарывайтесь там. Оглядывайся почаще.

Он снял оружейный пояс с кобурой, отдав Кириллу. Погонял туда-сюда затвор карабина, прислушиваясь к его работе.

- Не смазан. Вернемся, займусь им.

- Постараемся обойтись без лишнего шума, - сказал Кирилл, обвязывая конец вокруг сосны на самом краю обрыва. - Илюха, углядел что-нибудь?

- Чисто.

Один за другим они, поплевав на руки, ловко и бесшумно спустились вниз. Орлов лег рядом с Беренсом, подобрал с земли толстый сук и пристроил на него ствол карабина.

- Я за ними присмотрю, - сказал он. - Но надо, чтобы кто-то поглядывал назад.

Однако Беренс и не подумал отползти, а лишь сказал:

- Мне и самому неуютно, когда тыл открыт.

- Вот и отойдите к тылу. Будете слушать. Если что, голос не подавать, киньте в меня шишкой.

- Вы уж простите великодушно, но я тут останусь, - сказал Беренс. - Возможно, что-нибудь смогу разглядеть. Должны же какие-то следы остаться. Поверьте моему опыту, порой издалека можно увидеть больше, чем с близкой дистанции. Особенно если рассматриваешь знакомую картину.

Орлов поглядел вниз, где две фигурки сновали между скальными обломками. Словно бесплотные тени, просочились они сквозь редкую молодую рощицу, и ни одна ветка не шевельнулась, выдавая их движение.

- С карабином системы Маузера знакомы? - спросил он.

- Время от времени практиковался в стрельбе по мишеням.

- Надеюсь, ваши навыки сегодня не подвергнутся переэкзаменовке.

- Надеюсь всей душой, - улыбнулся Виктор Гаврилович.

Орлов оставил ему карабин и отполз от края, снова укрывшись под соснами. Он был недоволен собой. Нельзя было потакать Беренсу. Приказ, возможно, был непродуманным, но Беренс обязан был его выполнить.

Почему - обязан? Потому что они, все трое, сами признали Орлова старшим. Значит, должны подчиняться.

«Вы не в казарме, граф, - сказал себе Орлов. - И Беренс не ваш подчиненный. К тому же он лучше вас знает место. А следить за тылами, вглядываться в пустой лес может и новичок в этих краях».

Он подпрыгнул, ухватился за сук и, подтянувшись, забрался на сосну. Устроился в развилке, срезав пару лишних ветвей. Обзор отсюда был гораздо лучше, чем с земли. Да и противник, ежели он появится, будет шарить взглядом по нижнему уровню и не увидит его. В лесу мало кто дает себе труд глядеть не только под ноги. Так что наблюдательный пост на дереве - самое лучшее решение. Здесь можно также пристроить снайпера, чтобы прикрывал тропу. Затянуть его маскировочной сеткой. Причем завязать ее снизу вокруг ствола, чтобы стрелок ничего не ронял на землю. Да и сам не свалится, если пострадает в перестрелке.

Злость мгновенно испарилась, как только Орлов принялся обдумывать устройство огневых и наблюдательных точек в лесу. «Между соседними деревьями можно наладить сообщение при помощи подвешенных канатов, - фантазировал он. - Чтобы с одной площадки можно было перелететь на другую. И так двигаться по всей позиции, ни разу не ступив на землю. Конечно, солдат - не мартышка, он выдаст себя шумом при таком прыжке. Но если проделать это во время перестрелки? Или просто, чтобы сменить точку, не оставляя следов на земле и не тратя время на спуск-подъем? Нет-нет, в этой забавной идее есть рациональное зерно».

Да, идея была неплохая. Но что он станет делать, если сейчас в лесу появится противник? Если бандиты и в самом деле не успокоились, а только разозлились, потеряв одного из своих? Если они способны на прочесывание? Как быть, если кто-нибудь из них забредет и сюда? Закидать его шишками?

Там, у дороги, было проще. Там Орлов знал совершенно точно, куда кинутся беглецы, и куда будут смотреть бандиты. Все возможные траектории были им вычислены заранее. Если бы в погоню бросились несколько конвоиров, он бы применил револьвер. С одиночкой же удалось справиться и без единого выстрела. Достаточно было лишь оказаться на его пути, и он сам налетел на клинок. А здесь - совсем другое положение~

Оставалось надеяться лишь на то, что он вовремя заметит угрозу. Пожалуй, зря он так радовался хорошему обзору. В лесу надо больше надеяться на слух, чем на зрение. Густая хвоя, окружавшая его со всех сторон, приглушала звуки. Осторожно спустившись вниз и распластавшись на земле, Орлов стал слышать больше и скоро различил даже журчание ручья, до которого, как он помнил, было несколько минут ходу.

Невидимые птицы то возились в ветвях, то перелетали между деревьями. Редкие порывы ветра шелестели в вышине.

«Тихо. Нет никого, - думал Орлов. - Бандиты давно переправились через речку. Они и забыли про беглецов. Как тихо~»

У него за спиной хрустнула ветка, и он оглянулся. Беренс привстал над краем обрыва, размахивая фуражкой.

- Возвращаются? - спросил Орлов.

- Да. Но, кажется, сбились с курса.

И вдруг где-то далеко застучали выстрелы. Они сыпались так часто и ровно, что звук напоминал работу машины.

- По нашим бьют! - Беренс выругался и схватил карабин. - Похоже, что из картечницы!

Он выстрелил куда-то, стоя на колене.

- Что вы делаете! - крикнул Орлов. - Отставить! Им же тут подниматься!

Вырвав карабин из рук Беренса, он побежал вдоль обрыва, держась за деревьями.

Так-так-так-так~. - новая порция выстрелов заставила его пригнуться. Но пуль не было слышно, и он понял, что стреляют не по нему. Это плохо!

Отбежав на пару сотен шагов, он упал как раз тогда, когда стрельба возобновилась.

Карьер отсюда выглядел, как овальная бухта, окруженная высокими скалистыми берегами, только вместо волн внизу пестрели камни. Орлов залег на одном берегу, а на другом, прямо напротив него, из-за кустов на скале тянулся сизый дым.

«Стреляют оттуда?»

Он прикинул дистанцию, сдвинул прицельную планку почти до конца - и выстрелил, метя чуть выше кустов, чтобы пуля ударила в скалу. Есть! Попадание обозначилось белесым облачком пыли. Теперь Орлов знал, куда целить, чтобы пули ложились поближе к стрелку. (Попасть в него отсюда можно было только случайно.) Он успокоил дыхание и стал подводить мушку - и вдруг в прорези прицельной рамки что-то сверкнуло. Пули простучали по соснам над головой Орлова. Он нажал на спуск и торопливо отполз назад, чтобы спрятаться за ствол.

И вовремя. Еще одна щедрая пригоршня пуль ударила по кромке обрыва, взметнув пыль. Одна угодила в соседнее дерево, другая перебила ветку где-то за спиной Орлова.

«Так нечестно! - возмутился он. - На один мой выстрел мне отвечают залпом!»

Теперь ему было ясно, где сидит стрелок, - позицию выдавал не только дым, но и поднятая пыль. Неясным было другое. Если по нему бьют из картечницы - а это было очевидно, - то как она могла оказаться там, на скале? Как ее туда затянули, на громоздком лафете с колесами чуть не в рост человека? И куда прячется ее расчет? Один крутит ручку «мясорубки», вращая стволы; другой наводит на цель, третий следит за подачей патронов - кажется, там должны стоять трое. Так где же они?