Я злодейка в дораме - Екатерина Вострова

настоящий мужчина должны нести за меня ответственность. Примите меня как своего слугу.

— Что я за тебя нести должен?..

Не такого поворота ожидал Вей Лун, когда вчера торопливо собирал по темным подворотням, оврагам и канавам слабых низших тварей, которые даже собственной тени боялись, не то что людей. Лишь сбившись в стаю и под управлением его силы они послужили надежным прикрытием расправы с генералом Хуа.

Лун едва не удержался, чтобы прибить того еще там, в покоях принцессы. Но как бы потом все могло обернутся? Страж блефовал, когда говорил, что знает о наличии остатков дурмана в комнатах генерала. Если бы их не нашли, то никаких улик бы не было. Был бы лишь труп высокопоставленного чиновника, Лю Луань без памяти и он, который стоит над всем этим. И в отличие от Хуа, за которым стояли семья и клан, готовый биться за его доброе имя и светлую память, за Вей Луна заступиться было некому.

Слишком много он видел в своей жизни несправедливости от богатых и знатных, чтобы надеяться на то, что в этот раз все будет по-другому.

— Ничего! — пошел на попятный демон. — Это я вам должен. Сам бы я столько энергии за тысячу лет не накопил! Того и гляди смогу человеческую форму принять. Буду преданно отдавать вам свой долг.

Вей Лун поморщился, разглядывая уродливое существо. Он никогда не считал себя брезгливым, но на этого даже смотреть было неприятно.

— Ты вообще кто?

— Я лис! — гордо оскалилась тварь.

— Ты думаешь, я слепой? Если ты лис, то я — император всех трех миров.

— Правда-правда! Я лис! Летучий! Вот, видите — крылья! — И он расправил кожистые наросты на лапах.

— Прятаться умеешь, Лис?

— Да! — кивнула тварь, а затем отшатнулась к стене в тень и… растворилась в ней. — Ну как? Меня ведь не видно?

Страж тяжело вздохнул.

— Не смей вылезать и показываться мне на глаза, пока я тебя не позову, понял? — сурово потребовал.

— Конечно-конечно, господин! — обрадовался демон. — Я рад, что у меня появился такой сильный хозяин.

Вей Лун улегся на постель и закрыл глаза.

— Хозяин, скажите, а та девушка…

Услышав назойливый голос, страж едва не вышел из себя.

— Какая еще девушка? — напрягся он, непроизвольно сжимая кулаки.

— Ну та, что была рядом с принцессой. Она случайно не демоница? — допытывался лис.

— Что за глупости? И вообще, зачем тебе это знать?

— Она меня так сильно отлупила… Я еще никогда такого не испытывал.

Вей Лун уже приготовился запретить демону даже приближаться к Мейлин — вдруг решит отомстить? — как тот выдал такое, от чего у Луна пропал дар речи:

— Наверное, это и есть любовь с первого взгляда…

Глава 13

Я проснулась с ощущением чужих поцелуев на губах — настолько реалистичным был сон. Растерла лицо ладонями. Почему у меня сейчас стойкое ощущение, что, избежав смерти в серии «Ночь демонов», я взяла на себя чужую роль в сериях будущих?

Это сестра должна была сегодня идти с моим стражем на праздник. Отношения Лю Ифей и Вей Луна в дораме нельзя было назвать здоровыми, и со стороны за ними было интересно наблюдать. Но становиться самой объектом вожделения эмоционально нестабильного человека, который в конце съезжает с катушек настолько, что лично убивает свою возлюбленную? Нет, спасибо покорно. Я лучше на горе буду всю оставшуюся жизнь медитировать.

Хотя, по-честному, Лю Ифей тоже не была образцом эмоциональной стабильности. Постоянно играла со стражем в «горячо-холодно» и пусть не наказывала его за малейшие провинности, как Лю Луань из дорамы, но нервы ему портила изрядно. То флиртовала с кем-нибудь у него на глазах, чтобы вызвать ревность, то выставляла его перед кем-нибудь в невыгодном свете. Пытаясь отомстить за своего отца, она интриговала, подговаривая министров восстать против Вей Луна, когда тот стал императором. Поверила ложным наветам повелителя демонов и сама чуть не отравила возлюбленного. А однажды вообще заявила что-то вроде: «Я лучше свинью целовать буду, чем тебя!» Высокие отношения!

Но были у них и трогательные моменты. Как-то император Лю Шень приказал избить Вей Луна, и принцесса долго лечила стража, оберегала. Правда, потом выяснилось, что это именно из-за принцессы отец наказал его, так что заботилась она скорее из чувства вины, а не по доброте душевной.

«А ты, можно подумать, носишься с ним бескорыстно, а не потому что боишься за свою жизнь! — рассердилась я на себя за подобные рассуждения. — Аня, ты что, действительно делаешь это? Оправдываешь жертву и выгораживаешь того, кто ее убил?»

Да пусть Лю Ифей была бы хоть последней стервой на земле (а на самом деле это не так!), это не давало Вей Луну права убивать ее.

Мой шанс сейчас — заручиться поддержкой Линь Мяо. Демоница может помочь мне с магией и побегом из дворца. Главное, не давать сегодня на празднике стражу никаких намеков на что-то большее, чем отношения страж-госпожа. И тогда мне уже будет все равно, кто из этих двоих — Лю Ифей или Вей Лун — больше виноват в предстоящей трагедии. Да, я попробую спасти сестру, но при этом не буду рисковать собственной жизнь.

На праздник фонарей я пошла инкогнито. По случаю героического отражения демонического вторжения император дал мне разрешение на недолгую отлучку.

В присутствии служанки вряд ли удалось бы поговорить с демоницей прямо, поэтому едва мы вышли за ворота и чуть отошли, как я приказала Мейлин оставить меня и ждать моего возвращения на этом же месте, после праздничного запуска фонарей. Та очень расстроилась, но спорить не посмела, а я про себя решила, что обязательно куплю для нее какое-нибудь красивое украшение.

Весь день я не могла найти себе место, ожидая начала праздника. Но время шло, и вскоре луна взошла высоко над столицей империи, освещая улицы тысячами фонарей, которые были похожи на море огненных цветов.

На голове наконец-то не было сотни тяжелых заколок, да и платье куда легче и проще того, что надлежало надевать принцессе. Несмотря на то, что Вей Лун неотступно следовал за мной как тень или мрачный жнец, я впервые за долгое время почувствовала себя свободной. В конце концов, смерти мне удалось избежать, авось и дальше мне будет улыбаться удача.

Я вдыхала ароматы уличной еды, слушала звуки музыки, летящие из каждого уголка, и радовалась, видя веселящихся детей с фонарями в виде различных животных на длинных палках.

В одной из палаток продавали боярышник в сахаре — местную сладость, которую подавали на