Разведчицы и шпионки - 2 - Игорь Анатольевич Дамаскин

в тылу у оккупантов, она должна не только лично действовать как разведчица, но организовать разведывательную сеть, охватывающую все районы вокруг Лилля, и регулярно направлять информацию в штаб-квартиру фельдмаршала Френча в Сент-Омер и в разведывательный центр в Фолькстоне.

— Готовы ли вы делать все это? — спросили ее.

Когда Луиза поняла, чего-от нее хотят, то испугалась не на шутку. Она знала, как немцы расправляются со шпионами и как хорошо работает их контрразведка, и, конечно, представляла, что будет с ней, если немцы ее поймают. Но кровь праотцов — воителей и авантюристов — заговорила в душе скромной гувернантки. Она была готова принять мученическую смерть, но совершить какой-то подвиг, достойный предков.

— Я сделаю это! — твердо сказала она.

В Сент-Омере мать заключила ее в объятия, счастливая, что дитя вырвалось от немцев. Когда же Луиза сказала, что должна вновь вернуться в Лилль и для чего, бедная мать упала в обморок.

На другой день Луиза явилась в штаб британской армии во Франции и подтвердила согласие добывать любую информацию из Лилля. Ее снабдили изрядной суммой денег на оперативные расходы и пожелали счастливого пути.

Луиза переправилась в Англию и после инструктажа — в Голландию, которая в ту войну избежала германской оккупации. Она добралась до деревушки с громким названием Филиппины, на границе между Голландией и оккупированной Бельгией.

По всей длине границы немцы соорудили сплошной забор, обтянутый колючей проволокой, по которой проходил электрический ток высокого напряжения, и пытающимся преодолеть его давал только два шанса: умереть на проволоке от тока или от пули. Прожектора освещали забор в темное время суток. С бельгийской стороны к нему примыкали проволочные заграждения, ловушки, капканы и минные поля. Все было продумано с немецким педантизмом.

Темной ночью, одетая во все черное, Луиза, стоя на голландской стороне, ждала проводника.

— Его зовут Альфонс Верстапен, он бельгиец, профессиональный контрабандист. Война сделала его патриотом. Он отлично знает границу. Я думаю, мы можем верить в его патриотизм, но не знаем, как он будет вести себя с хорошенькой женщиной. Если вы почувствуете малейшее сомнение, мы дадим другого проводника, — предупреждал Луизу английский офицер.

Вот с этим-то человеком Луиза и должна была переходить границу. Он, словно тень, бесшумно подошел к ней, прошептал слова пароля, она ответила отзывом, чуть не задохнувшись от запаха табака и перегара. Некоторое время он вглядывался в нее, затем взял за руку. Без единого слова повел по узкой лесной тропе. Что бы ни творилось в этот момент в душе Луизы, ее маленькая рука оставалась твердой.

Перед высоким забором, увитым колючей проволокой, они остановились, и Альфонс опустился на колени. Руками начал раскапывать песок. Хотя, казалось, действовал не спеша, удивительно быстро добился результата в своей работе, полез в дыру и потащил за собой Луизу. Поднявшись, они оказались уже по бельгийскую сторону забора.

Альфонс знал каждый дюйм земли, по которой шел, обходя ловушки, проволоку и мины. Луиза следовала за ним шаг в шаг.

Внезапно ночную темноту прорезал яркий луч прожектора. Альфонс бросился на землю, рывком потянув за собой Луизу. Они молча и без движения лежали, уткнувшись лицами в траву, зная, что за каждым прожектором стоит готовый к стрельбе снайпер.

Пулеметная очередь пронеслась над головами, но стреляли не в них, просто немцы запугивали тех, кто рискнет перейти границу. Выждав, когда погасли прожектора, двинулись дальше.

Настало утро. Забор, мины и прожектора оказались уже далеко позади. Но почти каждый перекресток дороги охранялся германскими патрулями. Они проверяли паспорта, «разрешение на передвижение» у всех прохожих, опрашивали о целях передвижения.

Луиза и Альфонс были снабжены надежными документами, сработанными на специальной лондонской фабрике паспортов, экипированной не хуже, чем та, что делала настоящие паспорта в Берлине.

Клотильда среди ночи была разбужена звонком в дверь. Напуганная тем, что это может быть немецкий патруль, сначала не хотела открывать. Потом услышала смех и знакомый голос:

— Клотильда, открой, это я!

— Боже мой, мадемуазель Луиза!

Служанка впустила хозяйку и бородатого незнакомца.

Альфонс с удовольствием воспользовался горячей пищей и вином, которыми угостила Клотильда, но отказался задержаться и отдохнуть.

— Утром я должен вернуться обратно.

Он с любопытством оглядел свою спутницу, которая уговаривала его остаться, ее тонкую фигуру и нежную кожу.

— Вы ни разу не испугались за все время нашего путешествия? — спросил он.

— О, больше, чем один раз, — ; засмеялась Луиза. — Они ужасны, эти боши! Но я была уверена в том, что вы доставите меня в целости и сохранности!

Контрабандист направился к двери и, закрывая ее за собой, произнес:

— Я не имел в виду бошей!

Луиза насладилась горячей ванной, а потом, несмотря на усталость, начала примерять платья из своего гардероба. Хотя она не спала предыдущую ночь, попросила Клотильду разбудить ее пораньше.

К новым обязанностям приступила, едва открыв глаза. Оделась в строгий темный костюм — свой обычный рабочий наряд. В сумке среди прочих необходимых вещей находились документы на имя кружевницы и продавщицы кружев Алисы Дюбуа. Это была ее боевая кличка, под которой она стала известна, а впоследствии знаменита (будем и мы теперь называть ее так. — И. Д.).

Позавтракав, Алиса направилась на прогулку. На улицах всюду виднелись следы прошедших боев: пробоины в стенах домов, выбитые окна, кое-где воронки от артиллерийских снарядов.

Везде она могла наблюдать признаки железного порядка, установленного оккупантами: посты и патрули, патрули и посты. И особенно опасной, потому что она была невидимой, являлась контрразведывательная сеть, которую, как она знала, немцы набросили на всю оккупированную зону.

Таким предстал перед нами Берлин 1 мая 1945 года

Именно Афродита пообещала Парису Елену из-за которой началась Троянская война

«Палладий», статуя Афины-Паллады, похищенная греками с помощью Етены прекрасной

Раав гюмогает разведчикам выбираться из Иерихона

Она же в сорок лет

Канцлер Меттерних — возлюбленный графини Ливен

Французский историк и политик Ф. Гизо, тоже возлюбленный Ливен.

Граф Нессельроде, канцлер, руководитель графини Ливен

Миссис Симпсон в годы юности

Миссис Симпсон, герцог Виндзорский и Гитлер

Герцог Виндзорский и миссис