Мелодия любви - Айрис Джоансен

— Поступай, как знаешь, — голос ее звучал тихо, но не дрожал. — Я не виню тебя, но сам знаешь, у меня нет опыта, как вести себя в подобной ситуации. Не обращай внимания, если я веду себя не так, как принято.

Она дернулась, пытаясь вырваться из его рук. Невероятно, но даже сейчас сквозь боль и горечь, переполнявшие ее, прорывалось желание прильнуть к нему, ощутить его крепкое объятие.

— Отпусти меня. Мне надо домой, к Чарли.

Она вырвалась наконец и уже у самой двери срывающимся голосом сказала:

— Он тоже будет скучать по тебе. Почему бы тебе не послать ему открытку из Нью-Йорка?

— Я уже попрощался с Чарли.

— Вот как? Прекрасно. — Дейзи рывком открыла дверь. — Ну все, я должна идти. — Она торопливо, почти бегом направилась по коридору к лифту, бросив на ходу какую-то фразу, из которой до Джейсона только долетело: — Чарли…

— Дейзи!

Она не оглянулась, и минуту спустя дверь лифта закрылась за ней. Оказавшись в кабине лифта, она почувствовала такое смятение в душе и боль в сердце, что слезы подступили к глазам. Тряхнув головой, она подавила слезы. Как бы ей ни хотелось плакать, она не должна была дать волю слезам. Чарли сразу все поймет, увидев ее покрасневшие, опухшие глаза. Он начнет утешать ее. Но она не могла лишний раз волновать его, зная, как ему самому тяжело. В конце концов, она всегда знала, что рано или поздно ей придется расстаться с Джейсоном. Его слова «никаких обязательств» звучали в ее голове. Какой же она была наивной дурочкой, думая, что Джейсон мог полюбить так же сильно, как она его.

Боже, эта нестерпимая боль в груди!

Но она не заплачет. Чарли не должен ничего узнать.

Прежде чем открыть дверь коттеджа, Дейзи несколько раз глубоко вдохнула воздух, чтобы успокоиться, и мысленно составила план дальнейших действий.

Она не станет обманывать Чарли, что отъезд Джейсона ей безразличен, но внушит ему, что у них отличные отношения и что Джейсон уехал ненадолго. Она не сможет скрыть, что огорчена, но ни за что не покажет, что глубоко переживает. Такая тактика будет лучше всего.

Она еще раз глубоко вздохнула, изобразила на лице радостную улыбку и вошла в дом. В комнате горела одна лишь лампа, стоявшая на столике у двери и освещавшая небольшое пространство у порога. Остальная же часть комнаты была погружена в полумрак. Занятая своими мыслями и переживаниями, Дейзи даже не обратила внимания, что в доме не горел яркий свет, который был необходим Чарли для работы.

— Чарли? Думаю, Джейсон сказал тебе, что… — Слова застыли на ее губах, сознание того, что самое страшное свершилось, сковало ее и, она стояла, как громом пораженная.

Свершилось… Не может быть! Все казалось нереальным, как и в ту ночь, когда она допустила ту ужасную непоправимую ошибку.

Но теперь все было реальным.

Чарли лежал распростертый на полу около мольберта.

— Чарли? — глухой, протяжный, как вой, стон вырвался из ее груди. — О боже, нет. Нет!

И тигры пришли в ночи…

Дейзи не ожидала, что столько людей придет на похороны. Она и представить себе не могла, что у Чарли было так много друзей. Художники по натуре нелюдимы и мало общались друг с другом. И вот они собрались здесь, сдержанные, неловкие, немного застенчивые, чтобы сказать слово прощания Чарли. Она вытерла рукой слезы и, едва держась на ногах, отошла от могилы.

— Простите, не могу ли я хоть минуту поговорить с вами, мисс Джастин?

Дейзи подняла голову и увидела стоявшего рядом Эрика Хейза. «Брат Джейсона, а не сам Джейсон», — подумала она с болью, внезапно сменившейся вспышкой ярости. Не нужен был ей Эрик с его вежливыми излияниями сочувствия! За последние дни она прошла через такое суровое испытание, что ни разу не вспомнила ни о своей наивности, ни о боли, порожденной той же наивностью.

— Какая неожиданная встреча, — сказала она холодно. — Боюсь, мистер Хейз, я не в состоянии сейчас разговаривать с вами.

— Эрик, — поправил он, и его красивое лицо залилось румянцем. Заметив это, Дейзи на минуту почувствовала раскаяние. Разве могла она винить Эрика в том, что его появление воскресило тяжелое воспоминание о последнем вечере, проведенном с Джейсоном.

— Знаю, минута неподходящая, — пробормотал Эрик, — и я не стал бы вас беспокоить, если ли бы не дал слово Джейсону.

— Простите?

— Джейсон послал меня сюда, чтобы помочь вам. Сам он приехать не смог.

Конечно, он не смог приехать на похороны Чарли. Он слишком был занят «Ночной песней». Кроме того, он будет потрясен, если она не примет его соболезнований. Все это Дейзи прекрасно понимала, но не могла потушить вспыхнувшее в душе чувство обиды. Пусть он поставил крест на ней, но, черт возьми, Чарли был его другом, а он даже не потрудился приехать, чтобы проводить его в последний путь.

— Я не нуждаюсь в помощи.

— Пожалуйста, — Эрик положил руку на ее плечо. — Джейсон не часто просит меня об одолжении. Я буду очень признателен, если вы позволите мне выполнить его просьбу.

— Я не могу… — Она не договорила, увидев, с какой мольбой Эрик смотрит на нее.

Ей не хотелось быть с ним невежливой. Почему бы ей не поговорить с ним? От этого ничего не изменится.

— Хорошо, мы сможем поговорить, если вы проводите меня до машины.

Эрик облегченно вздохнул и зашагал с ней рядом.

— Скажите, что я могу сделать для вас? Жаль, что вам самой пришлось всем заниматься. Управляющий театром сообщил Джейсону о смерти вашего отца только позавчера.

Дейзи широко открыла глаза от удивления.

— С какой стати он это сделал?

— Перед отъездом из Женевы Джейсон звонил ему и просил сообщить, если у вас… — Он помолчал и смущенно добавил: — Если вам понадобится помощь.

— Понимаю. Как любезно! — сказала Дейзи, стараясь смягчить прежнюю резкость тона.

Джейсон был сложным человеком, и она не исключала возможности, что он чувствовал определенную ответственность перед ней, лишив ее девственности. Возможно также, что он искренне переживал смерть Чарли.

— Мне жаль, что вам пришлось из-за меня беспокоиться. Еще недавно мне казалось, что я не переживу смерти Чарли, но, как видите, я жива, — она посмотрела Эрику прямо в глаза. — Я на себе испытала, что человек, выдержав самое страшное, может преодолеть все. Мне не нужна ничья помощь. Благодарю вас.

— Послушайте, мисс Джастин, я могу быть вам полезен, — произнес Эрик. — Я прекрасно умею вести дела со страховыми компаниями, торговцами недвижимостью, с фирмами по распродаже имущества. Мне это даже доставляет удовольствие.

— Торговцами недвижимостью?

— Ну, вы же не захотите остаться жить в своем коттедже, — пояснил Эрик и тоном умудренного жизнью человека добавил: — Воспоминания травят душу.