Донецкие повести (сборник) - Сергей Богачев

– Шла домой, было уже поздно. За мной увязался какой-то тип в синей футболке. Уже во дворе, там, где свет не горит, спросил, какие у меня планы на вечер.

Сердюков и Черепанов слушали Полину с неподдельным интересом.

– А вы? – Жора оторвался от бумаги.

– Я испугалась, пошла быстрее, тот парень – за мной и за локоть меня взял. Говорю, отстань, сейчас кричать буду, а он держит за руку.

– Вы его запомнили?

– Да не особо – он такой невзрачный, и слишком темно было.

– Плохо, это не первое его появление в районе, – Жора вошёл в роль и начал откровенно куражиться, – поступило несколько сигналов о нападении на женщин в вечернее время. Сумки, телефоны не забирает, всегда сначала предлагает познакомиться поближе. Так что вам повезло, Полина Андреевна, можно сказать, наш сотрудник вас от маньяка спас.

– Спасибо большое, конечно, но ведь он его тоже видел, он же и опишет точнее.

– Видите ли, Полина Андреевна, после героического поступка участковый оказался в больнице и временно не может давать показания.

– С ним что-то серьёзное? – Полина прониклась состраданием к судьбе человека, спасшего её от маньяка.

– Георгий, я чего-то не знаю, у нас в строю потери? – Сердюков понял суть плана Жоры и решил ему подыграть.

– Так точно, Геннадий Андреевич, старший лейтенант Зубов. Вчера вечером, уже после работы, случайно оказался во дворе гражданки Куртаковой именно в тот момент, когда неизвестный пытался применить к ней насилие. Очень похоже на нашего серийного насильника.

– Да что вы, Георгий Дмитриевич… – Сердюков слушал Жору и с трудом сдерживал смех. Как далеко зайдет его фантазия?

– Да, Геннадий Андреевич. Пока Зубов принимал меры к задержанию подозреваемого, гражданке Куртаковой удалось скрыться в подъезде, а потом преступник прибег к помощи ножа, вырвался, а Зубов получил повреждения. Мы вчера беспокоить пострадавшую не стали, работали по плану, прочёсывали окрестности. А вот сегодня попросили ее прибыть к нам для составления фоторобота. Наши ребята уже поработали с Полиной Андреевной и фоторобот с её помощью составили, не хотите взглянуть? – Евстифеев протянул подполковнику лист бумаги с чёрно-белым портретом якобы подозреваемого.

Сердюков с первого взгляда узнал в подозреваемом нового сотрудника – лейтенанта Черненко. Подполковник поправил очки и затем поверх линз посмотрел на Жору. Это был взгляд учителя, поймавшего своих школьников за курением в туалете.

– Да, да, Геннадий Андреевич, представляете, все приметы совпадают, очень похоже, что это он и есть, – Жора был серьёзен, как никогда, отчего Сердюкову стало ещё сложнее сдерживать смех.

– Я уверен в том, что наши сотрудники найдут вашего обидчика, – Геннадий Андреевич обнадёжил не на шутку разволновавшуюся Полину.

– Очень бы хотелось, вдруг он вернётся?

– Не вернётся, я вам обещаю, Полина Андреевна, – Евстифеев продолжил своё выступление. – Только я бы не рекомендовал вам в тёмное время суток возвращаться домой одной, было бы неплохо завести себе провожатого. Кстати, у вас есть молодой человек?

– Нет, как-то не сложилось, – голос Полины был тихим, а взгляд от пола она так и не оторвала.

– Расстались или что-то случилось? – Жора внимательно наблюдал за Полиной, выражение его лица изменилось.

– Работаю слишком много, на личную жизнь времени совершенно не остаётся, где же мне жениха найти?

– Вы такая эффектная барышня, неужели вам на работе никто не оказывает знаков внимания?

– В нашем учреждении не принято флиртовать, за это можно и работы лишиться. Банк как-никак.

– Скажите, Полина Андреевна, а что, во всех банках так строго? – Жора готовил почву для наступления.

– Наверное, да. Я не знаю.

– А в СФТ-банке у вас разве не было поклонников? – теперь Евстифеев не сводил с Полины глаз. Она несколько замешкалась и ничего не ответила, только продолжала нервно крутить в руках платок.

– Полина Андреевна, вам знаком некто Антон Царьков? – вопрос был задан вовремя.

– Он был водителем управляющего, но при чём здесь это? – Полина изо всех сил старалась не выдать своего волнения и уловить, к чему клонит этот следователь.

– Полина Андреевна, вас связывало с ним что-нибудь, помимо работы? Может быть, романтические отношения?

– Нет, что вы, ни в коем случае.

– Тогда объясните, по какому поводу он вам звонил вечером семнадцатого числа? Около девятнадцати ноль-ноль, – Жоре теперь нельзя было сбавлять темпа: чем больше быстрых и неожиданных вопросов, тем больше шансов, что она проговорится.

– Я совершено не помню, может, и звонил. Возможно, какие-либо текущие дела…

– Полина, прежде чем задавать вам вопросы, мы изучили некоторые факты и события. И сейчас я убеждаюсь в том, что вы со мной не искренни. Царьков был вашим поклонником, ведь так? Имел серьёзные намерения. Почему вы скрываете эту связь?

Полина, почувствовав неладное, вопросительно посмотрела на Жору. В её взгляде было нечто жалкое, умоляющее. Вызывающая красота молодой женщины теперь была ей совершенно не на пользу, со стороны казалось, что нет более несчастного создания, чем это, сидящее на стуле в кабинете следователя и постоянно поправляющее юбку.

– Я ничего не скрываю, какое это имеет отношение к происходящему? – Куртакова стала говорить громче, и в голосе её появилась дрожь, выдающая волнение.

– Прямое, гражданка Куртакова. Следствие должно проверить все обстоятельства вашей жизни, чтобы понять, являетесь ли вы случайной жертвой, либо мотивы преступника были направлены лично против вас.

– Этот случай, он совсем случайный, я просто не знаю, я больше не буду ходить одна… – Полина пыталась быть убедительной, от этого стала повторяться и сбиваться.

– А Царьков? Он оказывал вам знаки внимания?

– Нет, что вы такое говорите…

Жора, не поднимая глаз, продолжал заполнять протокол, только теперь уже молча. Пауза затянулась, но Полина тому была рада, это позволило ей собраться с мыслями и обдумать, не сказала ли она чего лишнего.

Евстифеев дописал протокол и подал его Полине:

– Прочтите, внизу своей рукой напишите: «С моих слов записано верно». Имя и отчество полностью, фамилия, подпись разборчиво.

Полина быстро пробежала глазами протокол и с облегчением обнаружила, что он заполнен только по факту нападения на неё. Каллиграфическим женским почерком Куртакова написала требуемую фразу и вопросительно посмотрела на Жору.

– Можете быть свободны, гражданка Куртакова. В случае необходимости мы вас потревожим. Вот ваш пропуск.

Полина быстро взяла заветную бумажку, тихо проворковала «до свидания» и, поправляя на ходу юбку, растворилась за дверью кабинета.

– Возможно, я чего-то недопонимаю в оперативно-следственной работе, Георгий, но зачем было устраивать весь этот цирк, если ты задал ей пару ничего не значащих вопросов и отпустил? – Сердюков решительно встал из-за стола, за которым он всё это время старательно изображал работу над документами.

– И я не понимаю, – Черепанов был удивлён не меньше.

– Товарищ подполковник, в течение часа мы будем знать, кто задействован в этой махинации, все номера телефонов. Кроме того, ребята подстраховали и ждут её на улице. Доведут аккуратно до того места, куда она сейчас направится, и отзвонятся.

– Рисковый ты парень, Георгий. Смотри, чтобы птичка у тебя под носом из гнёздышка не упорхнула. Хотя она не профессионал – это точно. Очень волновалась, очень, руки, речь… возможно, тебе и повезёт. Через час доложишь. Пошли, Иван Сергеевич, посидишь со мной, пока наши орлы будут искать гнездо твоей куропатки. У нас с тобой есть время на пару партеек в шахматы.

Полина при выходе предъявила дежурному пропуск, лязгнул механизм электрического замка, и девушка быстрым шагом направилась к выходу.

«Какое противное место. Здесь пахнет бедой». Никогда до этого ей не приходилось бывать в подобных учреждениях, и то, что она увидела и прочувствовала, кардинально отличалось от банковских коридоров. «Спокойно, только спокойно… Про Антона я ничего особенного не рассказала. Опросили и отпустили. Следователь этот – хитрый типчик всё же. При чём тут Антон? Зачем он спрашивал?»

Сердце громко стучало то ли от быстрой ходьбы, то ли от постигших её переживаний. Ключи от белого «пежо», как обычно, нашлись в сумке не сразу. С первого раза не удалось попасть на нужную кнопку. Беспрестанно нажимая пальцем на брелок, Полина дёргала дверь. Со стороны могло показаться, что девушка перепутала машины. Наконец «сигналка» моргнула два раза, и Полина с облегчением плюхнулась на водительское сиденье, бросив сумку рядом. «Чёрт, телефон…». Пришлось снова перетряхнуть сумочку в поисках белого чехла.

– Алло, это я, Сергей Викторович, – от волнения Полина держала телефон возле уха двумя руками.

– Вижу, номер определился. Что там у тебя?