Разбитое отражение - Дебора Николас

Кроме того, после ухода Гертруды скопилось довольно много работы. При беглом просмотре этой стопки бумаг никаких страшных тайн не обнаружилось, но Рейчел ничего подобного и не ожидала. Осторожные преступники не оставляют на видном месте явных улик, а Уолли и Тед, судя по всему, осторожны. Но все-таки за следующую неделю нужно будет тщательно просмотреть все, что есть. Вдруг да и выплывет что-нибудь подозрительное. Вот только поймет ли она, что именно считать подозрительным, даже если увидит? Наверно, нет… В таблицах она разбирается хуже, чем в людях.

Через полчаса, уйдя с головой в расшифровку невозможных каракулей Уолли, Рейчел услышала, как открывается дверь и Лола говорит:

– Привет, Тед. Как там дела на Милан-стрит?

Ответа не последовало. Рейчел подняла голову и увидела, что на нее пристально смотрит мужчина в темных очках, на вид лет тридцати пяти, точно сошедший с журнальной рекламы дорогого мужского одеколона. Она сразу решила, что определение «золотой мальчик» ему, пожалуй, не вполне подходит. Светло-русые, действительно золотистые волосы обрамляли лицо настолько красивое, что еще немного – и оно показалось бы женственным, но идеальная симметрия черт заставила бы самую дорогую модель из «Вог» почувствовать себя уродиной. Тело было сильным, мускулистым – несомненно, результат многолетних тренировок.

Рейчел невольно перевела взгляд на Лолу, угловатую, безвкусно накрашенную и кричаще ярко одетую, и снова на Теда – изысканного и безукоризненного. Не может быть! Просто не может быть, чтобы у этой бедной девочки что-то было с Тедом. Наверно, Дрейк ошибся.

Тед ослепительно улыбнулся Рейчел, и она застыла как громом пораженная – так хороша была улыбка. В этот момент она понимала только одно: что больше ничего не понимает. Эти двое – воры? Мешковатый Уолли, похожий на Бенни Хилла, и Тед, красивый, как все кинозвезды, вместе взятые, – воры?! Они ничем не напоминали тех сомнительных людишек с пустыми, холодными глазами, которых допрашивали в Квантико с ее помощью.

– Вы, наверно, новая секретарша Уолли? – спросил красавец. Голос у него был негромкий – голос умного человека, хорошо владеющего собой.

Она встала и пожала протянутую руку.

– Да, я Рейчел Брэдли. Работаю у Уолли с сегодняшнего утра.

Она чувствовала на себе жгучий и непонятно почему обиженный взгляд Лолы, но ничего не могла с собою поделать и все смотрела в безупречно правильное лицо Теда.

Он улыбнулся еще шире, показывая великолепные зубы, чувственно-плавным движением снял очки, смерил ее откровенным долгим взглядом от ног до груди и, задержавшись там на секунду, посмотрел в лицо.

Рейчел почувствовала, как от такой наглости у нее начинают пылать щеки, но, когда встретилась с ним глазами, смущение прошло. Она сразу забыла о всех глупостях, которые успела подумать за последние три минуты. Потому что в зеленых глазах Теда Фэйрчайлда не было ничего, кроме черной пустоты. Рейчел едва успела заметить, что зрачки у него удивительного темно-изумрудного цвета, а глаза окаймлены роскошными длинными ресницами, так как за всем этим великолепием открывался черный туннель, уходящий в никуда.

Ей пора было отвести глаза, пошутить – ведь неприлично так разглядывать незнакомых людей, – но черная пустота за его глазами продолжала угрожающе разрастаться, обволакивала ее, затягивала внутрь. Голова кружилась, сердце бешено стучало где-то в горле, темная пелена уже закрыла все вокруг. Рейчел пошатнулась, чувствуя, что не может удержаться на ногах. Как сквозь вату до нее донесся возглас Лолы: «О господи, что это с ней?» – и невнятный ответ Теда, а потом все пропало.

В бабушкиной комнате было темно, хоть глаз выколи, но он тут все знал наизусть. На комоде увидел ее сумочку, однако решил за ней не лезть; при свете луны нашел какую-то мелочь на нижней полке и смахнул к себе в карман. Бесшумно ступая, он пошел к двери, но нечаянно столкнул с комода одну из драгоценных бабушкиных кукол и застыл от ужаса. Слава богу, бабушка не проснулась. Он подождал, прислушиваясь к ее ровному дыханию, глядя на куклу в дурацком старомодном платье, и вдруг почувствовал, как внутри закипает ярость.

Глупые старые куклы! Почему бабка их так любит? Он ненавидел их – и ее тоже ненавидел. Что-то заставило его наступить ногой на кукольное тельце и давить, пока не провалилась грудь и не отлетела голова. От удовольствия ему стало тепло, он медленно улыбнулся, но этого было мало. Так же бесшумно он нагнулся, разодрал кукольные одежки, оторвал кукле руки и ноги. Хотел еще выдрать волосы, но они не поддавались. С минуту он постоял, созерцая произведенные разрушения и гордясь собою. Особенно приятно стало при мысли о том, что всего в нескольких шагах от растерзанной куклы мирно спит бабушка. «До свидания, глупая кукла», – прошептал он и, тихо хихикая, вышел.

Рейчел приходила в себя медленно, в голове шумело, было трудно дышать. Внезапно ей показалось, что чьи-то пальцы с острыми ногтями сжимают ей горло. Она вздрогнула, резко открыла глаза, но увидела только размытое лицо Лолы и тут же успокоилась.

– Ч-что случилось? – беззвучно выдавила она, осознав, что навзничь лежит на полу рядом со своим столом, а Лола наклонилась над ней и держит за запястье, пытаясь нащупать пульс.

– Ты потеряла сознание, – пожав плечами, ответила Лола и поднялась с колен. – Ты что, больная?

– Впервые в жизни женщина теряет сознание, едва взглянув на меня, – донесся откуда-то сверху насмешливый мужской голос.

Этот голос сразу вернул ее к действительности. Тед Фэйрчайлд! Она посмотрела ему в глаза и отключилась. Наверняка было что-то еще, но она могла вспомнить только собственный ужас и обрывки смутных образов – куклы, ночь, фарфоровые черепки на полу… От попыток как-то объединить все это голова разболелась еще сильнее.

– Что там у вас происходит? – крикнул Уолли из своего кабинета.

Рейчел с невероятным трудом села, стараясь унять непонятное сердцебиение. «Правило номер три: никогда не падать на рабочем месте», – подумала она и слабо улыбнулась. Впрочем, ей было не до веселья: как она вообще справится с заданием, если даже посмотреть Теду в глаза не смогла?

– Ваша новая секретарша упала в обморок.

Осуждающий голос Лолы окончательно развеял туман перед глазами Рейчел, и она встала, бормоча извинения, отряхивая юбку и стараясь больше не глядеть на Теда. Попутно она искала правдоподобное объяснение своему обмороку, и вдруг ее осенило:

– Сегодня утром я не позавтракала. Я не ожидала, что уже сегодня выйду на работу, и потому решила поесть после собеседования, а у меня диабет. Ужасно глупо вышло…