Толераниум - Татьяна Андреевна Огородникова

– Спокойной ночи, тетушка! У меня дела.

19

Юля Павлова уже несколько дней пыталась привести свои мысли в равновесие. Мимолетная связь с Кирпичниковым, конечно, не делала ей чести, она и представить себе не могла такого падения. В тот вечер вся атмосфера в Игнатьевском доме была странная. Вообще-то, на вечеринке были достойные мужчины. Тот же Виктор – хозяин дома. Приятный, воспитанный, щедрый молодой человек. Но в острый момент какого-то особого, непонятного возбуждения под рукой оказался только Кирпичников, с которым она за четыре года обучения и не поздоровалась ни разу по-человечески.

Юля решила расценить этот казус как забавное приключение. С другой стороны, у Кирпича может возникнуть другое отношение к вопросу, и тогда промашка грозит обернуться неприятностями. Скорее всего, по слабости воспитания и манер Кирпич возомнит, что Павлова теперь – его «заслуженная» девушка. Надо бы пресечь его деревенские попытки продемонстрировать новый статус. Заметив Кирпича в коридоре, Юля намеренно проплыла мимо ледяным айсбергом, а Кирпичников приветливо кивнул и не стал навязываться. «Отлично, что у этого нищеброда хватило ума не вешаться на меня», – подумала Юля.

Через несколько дней на нудной лекции по философии Юленька раскладывала в айфоне пасьянс. Прямо перед ней маячила спина Кирпичникова в ужасной байковой клетчатой рубашке. Расплывчатая дурацкая клетка мешала сосредоточиться, навязчиво лезла в глаза и в какой-то момент вытеснила все происходящее вокруг. Кирпичников сидел, раскинув руки на спинки соседних стульев. Широкая спина и огромные сильные руки напомнили Юле непристойный момент ее биографии, и она поймала себя на мысли, что не против еще разок отступить от своих морально-экономических принципов и осчастливить его, когда он будет сильно на этом настаивать.

Но Вовка не настаивал. Даже не намекал. Он умело держал себя в руках, четко осознавая, какая между ними пропасть. Не помешало бы его подбодрить. Она так и сделала. Лучезарно улыбаясь, спросила, как у него дела. Узнала, что нормально. И все. Он что, издевается? Наверное, совсем отупел от счастья или комплексы не дают ему шанса показать свои чувства. Юля решила не сдаваться, и в следующий раз она оступилась с расчетом упасть прямо в объятия Кирпичникова. Но Вовка ухитрился технично поддержать ее под локоток, и падение не состоялось. Ну, нет, думала Юля, я тебя выведу на чистую воду! Юля крепко задумалась. Как покорить любого олигарха, для Юли не было секретом. А «как покорить деревенского олуха», она не нашла даже в интернете. И все-таки она его получит! Она решила действовать смелее и явилась в университет в таком облегающем наряде телесного цвета, что с расстояния десяти шагов ее можно было принять за обнаженную эскортницу, которая перепутала адрес вызова. Юля уверенно подошла к Кирпичникову, не обращая внимания на любопытные взгляды, и вложила прямо в его огромную ладонь бумажку с адресом и коротким «жду завтра».

Юля светилась от радости и недоумевала, почему раньше не додумалась до такого простого решения. Как иначе ему, крестьянскому сыну, понять тонкие намеки и преодолеть поросшие мхом предрассудки, если не разъяснить прямым словом? Ничего, пары потерянных недель не жалко, зато теперь она точно знала, что он придет, даже прибежит сегодня вечером. Мурлыкая песенку, не в силах сдержать торжествующую улыбку, Павлова окинула сияющим взглядом свое отражение в зеркале. Как бы небрежная прическа, легкий макияж, безупречный маникюр и безукоризненное тело, источающее феромоны. Лучше невозможно.

Юля присела на диван и прикрыла глаза. Сейчас придет…

Услышав звонок, Юля испытала одновременно торжество и разочарование. «Наконец-то» и «как все просто» боролись друг с другом, пока она считала до десяти, чтобы не демонстрировать нетерпения. Звонок залился еще раз. Юля решительно повернула ключ.

– Юлек… Ты… это… дрель у тебя есть?

У порога стоял сосед из квартиры напротив. Майка-алкашка и портки с вытянутыми коленками подчеркивали дружеское расположение незваного гостя.

– Нет у меня никакой дрели, – прошипела «Юлек», пытаясь закрыть дверь.

– Да мне ненадолго, – продолжал бубнить сосед, придерживая ногой дверь. – Одну дырку просверлить. Моя че-то совсем не фурычит…

– Нет у меня никакой гребаной дрели! – взбесилась Юля. – И быть не может! Посмотри на меня, где я – и где дрель?

Сосед сфокусировался.

– Ну ты и вопросы задаешь, Юлек! Ты – здесь, а дрель – откуда я знаю… – Он беспомощно пожал плечами. – Я же верну…

Юля с оглушительным грохотом захлопнула дверь и побрызгалась духами. Через полтора часа она провела полную ревизию внешнего вида. Прическа, макияж, зубы, улыбка… Время шло, менялись цифры на циферблате, менялись и ее рассуждения.

Цену себе набивает… Или ищет цветы… Не может найти подъезд… Забыл в общаге бумажку с адресом… Ладно, еще пятнадцать минут. Он вот-вот явится. Возникнет из темноты, с застенчивой улыбкой в допотопной клетчатой рубашке. Ну, что ж, она встретит его – загадочная, величавая и дерзкая. Даже пускай придет под утро, что тоже неплохо. В это время суток все происходящее вокруг выглядит особенно таинственно и привлекательно…

Юленьку разбудила бодрая жужжащая долбежка в стену. Сосед все-таки где-то раздобыл дрель и с утра пораньше занялся своим жизненно важным делом! Идиот! Все идиоты! И самый поганый из них – Кирпич! Он ее тупо продинамил! Он от нее отказался, не пришел, сволочь. Да кто он такой?!

На смену ярости пришли обида и грусть. Но к вечеру вернулась врожденная склонность к критическому анализу. Юля попыталась разложить все по полочкам.

Заниматься ему надо? Ерунда! Времени до сессии еще дофига. Может, не захотел? Нет, это исключено, точно не в ее случае. Может, испугался, что потеряет голову и превратится в ее раба?

Одна часть мозга пыталась образумить хозяйку: «Юль, выдыхай, это просто не твой пассажир. Не трать на него время и силы. Переходи на свой уровень».

Другая сопротивлялась: «Я ж только так, потихонечку. Не в свет же его выводить!»

Это точно: он был нужен ей только в темноте, и, скорее всего, сам это понимал. «Ничего, – успокаивала себя Юля. – Разберемся. Что-нибудь придумаем».

20

Заполняя анкету, Миша удивлялся. Это был какой-то формуляр о семейном положении, родственниках и текущих занятиях. Во всех этих графах он мог бы поставить прочерк. Анкета не предполагала никаких оценок Мишиных способностей или талантов. А Виктор говорил, что по результатам анкетирования Михаилу предложат должность. Скорее всего, руководящую. Сейчас Миша с сомнением ждал результата, потому что заполненную форму нужно было отправить на обычную электронную почту [email protected]. Единственное, что свидетельствовало о серьезности