Часовые поста № 1: Из истории почетного караула у Мавзолея Ленина - Алексей Сергеевич Абрамов

оборону, с ходу форсировала польскую реку Нарев и вместе с танкистами захватила Сероцкий плацдарм на труднодоступном высоком берегу. Плацдарм стал нашими воротами в Восточную Пруссию. Гитлер назвал его пистолетом, нацеленным в сердце Германии… В рядах 2-го Белорусского сражались Иван Кузовков, Сергей Сенчилло и многие другие ветераны поста № 1.

Сводный батальон танкистов 1-го Прибалтийского фронта вел Герой Советского Союза Василий Бутков. Это о его корпусе напишут позднее в шеститомной «Истории Великой Отечественной войны»: при разгроме восточнопрусского гнезда германского милитаризма танкисты-бутковцы проявили «исключительное мастерство, маневренность, умение наносить врагу существенные удары и вести за собой стрелковые части». За штурм города-крепости Кенигсберг генерал-лейтенант В. В. Бутков, ветеран поста № 1, получил «Золотую Звезду» Героя.

Стройными рядами шли гвардейцы Героя Советского Союза Леонида Чурилова. Это они, совершив стремительный 400-километровый бросок, первыми на 1-м Украинском фронте достигли Одера. На знамени их бригады - пять орденов: первый - за оборону Москвы, последний - за штурм Берлина. Их боевой путь можно изобразить в виде карающей красной стрелы, протянувшейся от стен Кремля до горящего рейхстага… Они шли на параде без своего командира. Бывший часовой поста № 1 гвардии подполковник Л. Д. Чурилов лежал в госпитале - за несколько недель до победы его ранил вражеский снайпер. Но, слушая радиорепортаж с Красной площади, комбриг мысленно был со своими солдатами.

Чеканили шаг бойцы 23-й гвардейской мотострелковой бригады дважды Героя Советского Союза Александра Головачева, сформированной из моряков. Это они одними из первых захватили плацдарм за Одером. «Полосатые дьяволы», как прозвали их немцы, прошли с боями от Дона до Эльбы и Влтавы. Комбриг - ветеран поста № 1 - был ранен 11 раз и всегда возвращался в строй. Гвардейцы знали его любимое выражение: «Отдыхать будем в Берлине!» Не довелось их «бате» дойти до вражеской столицы - за два месяца до конца войны у немецкой деревни Логау его сразил вражеский осколок. Но его бесстрашные солдаты по-прежнему с гордостью называют себя головачевцами.

Мимо Мавзолея шли защитники Ленинграда, и среди них - гвардейцы Афанасия Щеглова, штурмовавшие Воронью Гору, освобождавшие Эстонию и Латвию. В четком строю проходили храбрецы Александра Родимцева - защитники Киева и Сталинграда, герои Сандомирского плацдарма; шли богатыри Степана Шутова и Николая Дрейера, принесшие волю румынским, болгарским, югославским, венгерским, чешским и австрийским городам. Яркие орденские ленты украшали победные знамена участников Берлинской операции - кавалеристов-мозырцев Григория Коблова, пехотинцев Ермолая Коберидзе и Даниила Шишкова.

Воины шли мимо Мавзолея вождя, как бы рапортуя Ильичу: «Дорогой товарищ Ленин!

Твой завет о защите социалистического Отечества выполнен!»

И казалось, вместе с ними идут по Красной площади вставшие из братских могил. Казалось, идет по площади генерал авиации Григорий Тхор, расстрелянный в гитлеровском плену и умерший как победитель - с «Интернационалом» на устах. Казалось, идут часовые одного из первых январских караулов 1924 года - бывшие курсанты-пулеметчики майоры Ионисий Кафьян, Михаил Аксенов, Петр Лукьянов, Сергей Боев, капитан Владимир Соколов, павшие в суровых битвах 1941 - 1942 годов. Казалось, идут подполковник Александр Савельев, погибший под Воронежем, красноармеец Павел Ражев, прикрывший грудью Москву… И они, бессмертные, вместе с живыми рапортовали Ильичу.

Ударили барабаны. Бойцы, несшие низко опущенные фашистские знамена, резко повернулись к Мавзолею и, предавая их позору, презрительным жестом швырнули к подножию усыпальницы. Следующие ряды бросали новые флаги со свастикой. Фюрер хотел, чтобы они развевались над Кремлем. Но им суждено было подметать гранитную брусчатку Красной площади. Двести знамен разгромленных немецких частей валялись перед Мавзолеем Ленина.

Два часа продолжался марш победоносной армии, спасшей мир от фашизма.

Так, всю войну пройдя лавиной,

По далям выжженных полей,

Она держала до Берлина

Равнение на Мавзолей.

…Однажды часовой увидел: у закрытой калитки Мавзолея остановился солидный человек. Голова седая, глаза молодые. И долго стоял без шапки. И солдат подумал: может быть, это Главный конструктор космических кораблей? Да, сюда приходят перед стартами творцы этих кораблей и космонавты. Они словно докладывают Ильичу, что готовы к полетам во славу страны и партии. В дни торжественных встреч первых космонавтов казалось, что просторы Красной площади раздвинулись, и на нее пришли миллионы людей, чтобы приветствовать новый успех Родины. Космонавты поднимались на трибуну Мавзолея Ленина - высший пьедестал почета. И площадь рукоплескала им…

Сюда приходил космонавт № 1. Сюда придет космонавт № 100. Часовые, завидев пришедшего летчика, часто думают: не следующий ли герой, о котором завтра узнает весь мир? Не он ли первым оставит следы «на пыльных тропинках далеких планет»?

Весной солдаты действительно видят будущих покорителей Марса и Сатурна. Вихрастых и с косичками, их торжественно принимают у Мавзолея в пионеры. Они клянутся по-ленински учиться, по-ленински трудиться и, как Ильич, любить Родину. Пройдет несколько лет, и они - празднично одетые юноши и девушки - снова придут сюда теплой июньской ночью с выпускного вечера. Да, как космонавты перед стартом, приходят сюда ежегодно десятиклассники перед началом больших и трудных дорог.

В такие ночи часовые идут на пост по живому человеческому коридору, как в дни больших праздников - 1 Мая и 7 ноября. До утра не закрывается решетчатая калитка - выпускники возлагают к Мавзолею букеты цветов. Их так много, что корзины стоят почти у ног солдат.

…Возложив венки, юноши и девушки несколько минут молчат. Они чтут память человека, чьи идеи превратили Россию лапотную в Россию ядерных реакторов и космических кораблей.

Почетный караул у Мавзолея - это не только воинские почести. Это - символ всенародной любви к вождю.

…В ночь на 21 января 1925 года на Красной площади раздался цокот копыт. 20 всадников подъехали к арке ГУМа, спешились и вошли внутрь. Командир доложил встретившему их начальнику:

- Курсанты 2-й Московской пехотной школы прибыли для несения почетного караула у гроба Владимира Ильича Ленина.

Около часу ночи, вспоминал бывший курсант А. П. Кузнецов, полковник в отставке, пехотинцы пересекли заснеженную площадь и встали на посты у входов в усыпальницу, Траурный зал и у саркофага вождя. Они сменили артиллеристов.

Так в первую годовщину смерти В. И. Ленина - 21 января 1925 года - в почетный караул у Мавзолея вместе с кремлевцами встали курсанты, красноармейцы и командиры других военных школ и полков московского гарнизона. Туда выделялись лучшие из лучших. Их фамилии объявлялись в приказе по части с указанием заслуг каждого.

…Через 15 минут пехотинцев сменили бойцы-связисты. И так целые сутки. Поздним вечером в караул встали слушатели Высших химических курсов Красной Армии… Одновременно с военными почетную вахту у саркофага несли рабочие и крестьяне.

Эта традиция возродилась в 60-е годы. Когда пионерия или комсомолия отмечают на Красной площади свои праздники, то на посту № 1 рядом с