Галопом по космоворотам - Александр Бычевский

«Назвать моё имя, а после письменно принести извинения в трёх экземплярах! — Док присвистнул. – Ладно, только имя» — сжалился компьютер.

Док попытался припомнить, как зовут отца Сары, но вспомнив, как та о нем отзывается, счел это бесполезным, ведь вряд капитану захочется называть собственный корабль «сраный клоун». Библиотекарь в мозгу Дока начал сдувать пыль с полки, где хранились имена. Он назвал имена любимых греческих философов, но компьютер никак не реагировал на Эпикура, Гераклита и Аристотеля. Док понял, что его клонит не в ту степь. Все должно быть банальнее. Имя собаки? Вспомнив, что Сара любит кошек он зверски выругался, ведь как их только не называют! У них с Уолли на корабле жили Райан Котлинг и Герцогиня Тушенька III.

«Подсказку?» — усмехнулся корабль.

Док пообещал себе, что в обозримом будущем обязательно выдернет вшивые мозги из корабля, а после перепрограммирует его до такого состояния, что тот будет способен разве что открыть дверь, и то с задержкой в двадцать секунд.

— Будь так добр! — старик походил на собаку, которая вот-вот кинется на металлические стены, пытаясь найти откуда там звучит треклятый голос.

Компьютер выдержал паузу, а после издевающимся тоном озвучил подсказку:

«Это имя дорогого человека»

— Хьюго? Моя вселенная! Сара я ожидал от тебя большего…

Системы ожили, компьютер издевательски напомнил, что требует извинений в письменной форме, но тут же на экране всплыло лицо Уолли.

— Прости, забирал дочь из ресторана, она маленько перебрала, — устало бубнил Уолли.

— Прошли почти сутки, Уолли?

— Говорю же, она перебрала, Кубовски! — рычал пират, напоминая почему в молодости его звали Лихим.

— Собирай команду. Чутье подсказывает, что мы скоро отправимся к кнопке. У тебя же есть сигнатура двигателя Сары?

— Да-да, но этого мало, она же контрабандистка. Сможешь что-нибудь ещё придумать?

Док пораскинул мозгами, чтобы такого предложить? С учётом того, что он понятия не имел куда они отправятся, лишь знал отправную точку.

— Хьюго, у нас есть что-нибудь, что можно добавить в топливо, чтобы тепловой след двигателя оставался виден часов двенадцать?

— Хьюго там? – посмотрел через плечо Доку Уолли.

— Я с кораблем, — Уолли дебильно выпучил нижнюю челюсть и произнес: «Ы».

«Абсолютно ничего такого, что могло бы пригодиться. Но если хотите, то я буду отправлять сигнал с нашим местоположением на часы вашего собеседника через старые ретрансляторы, которые невозможно отследить?»

— Спасибо, Хьюго, — выдавил из себя Док, а после пристально посмотрел на старого друга. — Чутье меня когда-то подводило?

— Зачем ты второй раз заикаешься про чутье?

— Линкор! Не зря же ты выложил за него миллиарды кредитов?

Док знал на какой крючок ловить друга. Когда война Земли и Марса закончилась и появилось ОПЗ, все стали жить дружно и счастливо, но многие, в том числе и Уолли задавались вопросом: «На что уходят сраные налоги?», — ведь в графе «военные сборы» до сих пор вырисовывалась кругленькая сумма, а самой войны-то нет. Когда волна негодования едва не смыла резиденцию Витахи на Марсе, тот устроил распродажу, которую старик Уолли, как и все земляне, услышав слово «распродажа», не могли пропустить. Там любому найдется чем поживиться: орудия, пушки, корабли, целые, чтоб их эскадрильи! Но всё это несущественно на фоне линкора «Победоносец». Та самая посудина, благодаря которой Марс и получил желаемое. Вместительная, надежно защищенная, а суммарная огневая мощь способна в одиночку закончить войну против любого тогдашнего флота. Поговаривали, что хитрый Витаха сразу же после войны начал строить «Победоносец II», а потому расстался с знаменитым кораблем без капли сожаления. По сей день во вселенной мало кто сомневается, что линкору можно что-то противопоставить. Уолли отдал за него такие деньги, что от него ушла жена, но вспомнив, что у него есть ещё больше таких денег, исчисляемых квинтилионами – она вернулась. А после распродажи, Витаха убрал из налогов «военные сборы», и всё равно все его любили, ведь он старается на благо человечества. Потому он и Святой Витаха.

Уолли призадумался на счёт предложения Саймона, ведь не может же этот линкор мариноваться до скончания времен? К тому же он сам уже старик, если не сейчас, то, когда? Он прикурил сигару. Прокашлялся. Выглядел Уолли жалко. Ещё бы чуть-чуть и Док попросил того остаться в своём дворце, где до сих пор скачет эхо смеха.

— Где я возьму мать твою команду на линкор? Для истребителей?! И на кой хер тебе флот, Кубовски!?

— Понятия не имею, Уолли, ты же у нас Лихой, вот и разбирайся «с лихом»! — усмехнулся Док, а после выключил канал связи.

Уолли призадумался, чтобы открыть с названием «С лихом», ведь звучит же? Ну, не баню? А может как раз её? Он налил себе крепкого виски, чтобы лучше думалось. Через несколько минут он прогнал эти мысли и стал думать о линкоре. Потом снова о бане и рекламе, где он выходит, сверкая молодым телом и говорит: «Ну, с Лихом!», — только для этого нужно обзавестись молодым телом. Чтобы не утонуть в блаженстве от незамысловатого слогана, Уолли переключился на мысли о чутье Саймона, припоминая, когда оно их подводило?

Док приближался к Станции «Туман». Её красота никак не волновала старика, а волновало другое – как его там встретят? Ведь в далёком прошлом он едва не уничтожил её во время испытания ракеты. И что с того, что половину станции пришлось реставрировать? Будто тут живёт не элита человечества с именами планет и хер-пойми-какими-способами-различать-друг-друга, а какие-то нищие? Зато теперь у этих элит есть боеголовки способные разнести в пух и прах весь земной флот. Тот самый земной флот проигравший марсианскому закупившему миллиарды снарядов у компании «FPZ», принадлежащей Доку.

Конечно, после поражения часть радикально настроенных землян в том числе и Хьюго пытались найти куда ведет сеть подставных компаний, но им ничего не удалось. В противном случае Док не сомневался, что опечаленный поражением Хьюго несмотря на их добрососедские, отцовосынские отношения – отправил бы его на кладбище.

20

С годами у Уолли выработалась привычка постукивать тростью в моменты раздумий. Обычно эти звонкие удары отгоняли ненужные мысли, но в этот раз никак не