Ошибка. Мозаика судеб - Евгения Гордеева

Когда он подошёл ближе, человек в сером плаще с капюшоном поднялся навстречу, радостно протягивая к юноше руки.

- Тётя! - обрадовался принц, узнав старшую сестру матери, но тут же вспомнил правила дворцового этикета, и поклонился подобающе: - ваше Величество!

- Вальрах, - женщина подняла его за плечи и поцеловала в лоб, - это твоя мама сейчас - Величество. А я - твоя любящая тётушка, которая откликнулась на просьбу побеседовать с тобой.

- Чью просьбу? - тут же забеспокоился Гадриан. - Чью, тётя Драмидака, чью?!

- Не важно... Это, действительно, не важно, мой мальчик, - она погладила парня по волосам и повела его в беседку. - Есть более интересные вещи... О них и спрашивай.

Принц опустился на скамью напротив умершей родственницы. Он был очень мал, когда царица Ка-Драмида погибла, но Гадриан помнил её очень хорошо. Да и Метака была похожа на мать. Очень похожа.

- Тётя... О чём спрашивать?.. - У него было столько вопросов, так много он хотел узнать. И вот когда можно удовлетворить своё любопытство, в голове вдруг стало пусто, как в порожней бочке. Кричи: 'Ау!' - эхо будет. Гадриан сосредоточился, вспоминая самое важное для себя. И нашёл: - Зачем Фарсавия и Квинт хотели нас убить? Нет, я не так спросил... Зачем, это и так понятно! Почему они так хотят этого? Разве власть важнее чьей-то жизни?

- Ох, Вальрах... непорочная душа. Да будь ты иным, разве бы добрался до восьмого круга так быстро... Для этих людей власть важнее всего! Я была царицей, и скажу тебе: трудное это ремесло - управлять страной и народом. Трудное и неблагодарное, если хочешь. А ведь нас, наследных царевен с младенчества готовят к этому. Обучают, тренируют, пестуют из нас правительниц! А род Курей и твой дядька Квинт думают, что получат власть, и будут почивать на лаврах! Как они ошибаются!

- Квинт получит власть? Значит отец!.. - Гадриан задохнулся от накатившей душевной боли и не смог даже договорить фразу.

- О, нет, мой мальчик, я не так выразилась! С твоим отцом всё в порядке, если учитывать нынешние обстоятельства. Всё сейчас зависит от тебя, но ты справляешься хорошо. А Квинт, если я не ошибаюсь, сейчас гостит у Афротиды.

- Что?! У богини? - теперь сердце юноши сжалось от обиды. Да, сюрпризы этого пространства были к нему безжалостны. - Этот... стервятник!

Драмидака поняла, что творится в его душе, и поспешила утешить племянника.

- Вальрах, ты не должен переживать из-за этого... Пойми, у каждого человека своя богиня любви!

- Как это?

- Так... Потом узнаешь. Вернёмся к прежнему вопросу: власть и тем, кто так рвётся в её объятия. У Курей опять ничего не получилось! И не получится...

- Не получится? - Гадриан немного воспрянул духом. А то ему вдруг стало казаться, что все его старания никому не нужны. Ведь, если Квинт и Фарсавия добились своего, то... - Тётя, а что с Фарсавией?

- С этой шлюхой? Прости Вальрах, но называть людей надо теми словами, которые лучше всего отражают их сущность. А последняя жена твоего отца другого слова не заслуживает! Родить сына якобы от Плаута, убеждать его в долгожданном отцовстве после четырёх дочерей... Это подло!

- Но, разве Элеон... - принц понял, куда клонит Драмидака и чуть не расплакался. Он любил малыша Леона, любил, как младшего брата, а оказывается...

- Малыш тут не причём, Вальрах, - женщина видела в глазах племянника боль и тоску по утраченной вере, - он сын Квинта, но всё равно остаётся твоим братом, правда, двоюродным. А его распутная мамаша ответит за все свои злодеяния. Не сомневайся! Роду Румов покровительствует сама богиня Яэль! Как бы Курейские выскочки не старались, они ничего не смогут сделать с вашей династией. Им удалось окрутить Супи. Они несколько раз пытались устранить Плаута, как когда-то лишили престола Питроса. Но они сами ослабли в этой борьбе!

- Деда Питроса - тоже они?!

Драмидака невесело усмехнулась, пристально посмотрела на племянника, решая, говорить ли всю правду, или пощадить его нервы? Да, Вальрах ещё очень молод, но он - принц, и его жизнь сейчас висит на волоске. И её задача - заставить юношу хотеть жить! А какие слова и доводы повлияют на его решение: бабушка надвое сказала. Ведь одну и ту же информацию люди могут расценить абсолютно полюсно. Но скрывать правду... И она решилась:

- Слушай меня, Гадриан, сын Плаута, и не перебивай. Я открою тебе все тайны покушений на императора, начиная даже не с него, а с его отца. Слушай и постарайся запомнить самое важное! То, что род Курей уже много лет пытается оспорить право Румов на трон, для тебя не секрет. Во времена императора Питроса второго они сидели тихо и не высовывали своего носа, ибо прадед твой был крутого нрава и скор на расправу. Головы неугодных летели с плеч без всякого разбора. А вот Питрос третий нравом был мягкий, чем и воспользовалась Супи-Авгуда со своим любовником Ставкирком. Тогда покушение тоже не удалось, хотя они привлекли к этому делу талантливого мага. Но тот на поверку оказался другом Питроса и спас его. Не делай удивлённые глаза. Питрос тогда выжил, а вот его брат Ивджан... двуединый, погиб. Точнее, не захотел возвращаться. Здесь ему гораздо лучше, - Драмидака сделала предостерегающий жест, так как с губ Гадриана уже почти сорвался вопрос. - Все вопросы позже... Потом они взялись за Плаута. Пока правила Супи, устранять самого кронпринца не было нужды. Нужно было просто свести его потихоньку с ума и объявить недееспособным. Но им чуть не помог ревнивый герцог Жельо, решивший устранить соперника на руку прекрасной Сиггрид. Он подстроил покушение на охоте, надеясь выдать всё за несчастный случай. Но сама девушка вмешалась в ход событий и спасла жениха. Её самоотверженность сыграла с ней злую шутку. Видя, какая трепетная любовь у Плаута и Сиггрид, Курейский род решил устранить девушку. Им долго не удавалось подобраться к ставшей уже женой кронпринца Сиггрид, так как она была крайне осторожна и предусмотрительна. В конце концов, был подкуплен лекарь Ботинэ, который подсунул принцессе в постель заражённого клеща. Сиггрид умерла от неизлечимой болезни, но её смерть всё равно на совести этой жуткой семейки! Плаут тогда чуть не сошёл с ума. Лишь маленький Ассандр удерживал его в этом мире... А потом появилась Дамаска. Знаешь, она сама пригласила его танцевать на праздновании моей коронации. Как удалось Супи уговорить тогда сына поехать к нам, не знаю? Скорее всего, отправила с дипломатической миссией. А ему в тот момент было всё равно. Сестра вдохнула в него жизнь, заставила снова улыбаться, стала его женой, родила тебя... Казалось бы: два прямых наследника уже было у кронпринца, а эти, алчущие власти, дворянчики словно открыли охоту на Плаута. Были другие покушения, но удача, и Яэль были на стороне твоего отца. Ничего им не удалось!.. И не удастся впредь!