Сталин и заговор Тухачевского - Валентин Лесков

Разумеется, Кулик с такой оценкой не согласился бы. После первого суда (февраль 1942 г.), отрицая все обвинения, он писал Сталину:

«Если я вредитель и веду какую подпольную работу, то меня нужно немедленно расстрелять. Если же нет, то строго наказать клеветников, вскрыть, кто они и чего они хотят. Пусть они знают, что никакая травля на меня не повлияет, я был, есть и умру большевиком».

Так писал он о себе и своих убеждениях. Неясные вопросы предстоит еще выяснить.

Многое внушает подозрения и ныне. Ликвидировать их не удалось никому из тех, кто писал о Кулике. Положение современных историков, бесспорно, много хуже, чем следователей НКВД, занимавшихся данным делом: ведь последние имели все материалы относительно личности и дел маршала, могли опрашивать многих свидетелей. В считанные дни, иногда и часы, они могли получить любые нужные сведения из архива и Наркомата обороны. Легко ли опровергнуть их, без обычных для карьеристов подлогов?

Как же нам решить возникающие загадки? Возможно ли? Что вполне ясно нам? И что было ясно им?

Несомненно главное: Кулик люто ненавидел Сталина — за расстрел жены, по его мнению, ни в чем не виновной. Не верил он и в виновность ее репрессированных близких, о чем Сталину прямо сказал.

Считая себя кровно оскорбленным, Кулик жаждал мести. Как человек действия, он хотел попытаться с генсеком сквитаться. Каким образом? Допросы людей, близких к Кулику, дали возможность следователям, при всех увиливаниях и умолчаниях, составить достаточно точную картину и восстановить программу нового переворота. Эта программа тайной агитации и мятежа, существовавшая уже в 1938 г., включала следующие пункты:

— Сталин и его приспешники устраняются со всех постов. Их судьбу решит специальный суд, обязанный воздать за чудовищные злодеяния.

— В армии Ворошилов уходит со своего поста из-за преклонных лет и неспособности, его функции исполнять будет Кулик.

— Советская власть и партия сохраняются, но получают новое руководство — из «борцов» тайной оппозиции.

— Россия будет единой и неделимой — ради ее силы, по-государственному устройству — республикой.

— Судьба правительства определяется всеобщими честными выборами.

— Допускается существование лишь республиканских и социалистических партий: меньшевиков, эсеров, кадетов, трудовиков.

— Партия, стоящая у власти, не может диктовать обществу свою волю. Главная цель — благосостояние и счастье людей сегодня, а не в мифическом «коммунизме», через сто или пятьсот лет.

— Троцкий возвращается из изгнания, реабилитируется и занимает пост президента или главы правительства.

— Сосланные, сидящие в тюрьмах и лагерях, немедленно возвращаются, получают работу по заслугам и способностям.

— В интересах государства частная собственность восстанавливается.

— Торговля станет в основном частной, как и прежде, в силу высокой эффективности. Сословию торговцев возвращаются имущество и права, они получают компенсацию за перенесенные страдания.

— Восстанавливается старая и эффективная сбытовая кооперация, при которой все прилавки в России ломились от избытка товаров.

— Главные лозунги новой России: Советская власть, Бог и частная собственность, никаких насилий над народом, народной верой и традиционной культурой.

— Избегать опасных военных авантюр, требующих огромных затрат и не приносящих пользы. Но армию снабжать всем необходимым для обороны страны.

— Другие народы пусть сами добывают себе «социализм», если хотят. Россия в таких авантюрах не принимает участия, она занимается лишь собственными делами.

— Западные державы, на основе взаимной выгоды, будут получать лишь экономические привилегии.

— Иностранная помощь принимается, все средства идут на развитие производства, частью — на улучшение жизни рядовых граждан (домостроение, товары народного потребления и пр.).

— Неэффективные совхозы и колхозы распускаются, земля, скот, инвентарь, зерно, постройки всех видов возвращаются владельцам, если они хотят выйти из совхозов и колхозов. Прекращается практика повседневного грабежа земледельцев под видом всевозможных налогов.

— Индустриализация вводится в пределы разумного, она не должна подрывать сельское хозяйство, транспорт и уровень жизни народа. Не должно существовать незавершенного строительства.

— Пятилетние планы нужны только реальные, а не дутые и хвастливые. Запад все равно не обманешь, там слишком много опытных людей, знающих на практике, как работает экономика.

— Правительственные чиновники, начиная с главы правительства, свободой и карманом отвечают за реальность планов.

— Воровство и расхищение общественного имущества должно энергично преследоваться, иначе порядка не навести. Служба общественного порядка (= НКВД) обязана заниматься именно этим, а не выискиванием «белогвардейских заговоров».

— Белая эмиграция -ради установления общественного согласия — может вернуться, получив постепенно компенсацию за потерянное имущество и государственную службу, согласно знаниям и способностям. Никаким политическим ограничениям подвергаться она не будет. Прошлые дела подлежат полной амнистии.

— Церкви возвращается ее положение в обществе. Храмы всюду вновь открываются. Ей возвращается утварь, необходимая для молений. Но церковные земли, согласно заповедям Христа, возвращаться не будут. Церковь должна сама себя реформировать, стать простой, доступной. Тогда она вернет себе уважение масс и сможет учить детей.

— Рабочие получат реальные улучшения условий труда. Цены на продукты понизятся, когда на новой основе заработает сельское хозяйство.

— Станет поощряться рабочая инициатива и создание ремесленных мастерских для скорейшего удовлетворения повседневных нужд трудящихся.

— Будет поощряться акционирование при создании новых предприятий и реорганизации старых. Прибыли, за исключением той части, что идет на развитие производства, станут открыто делиться — согласно денежному вкладу и трудовым заслугам.

— Будет прекращена свирепая цензура. Интеллигенция сможет открыто выражать свое мнение, даже не совпадающее с мнением правительства.

— Газеты и журналы станут действительно свободными. Они будут сами определять свою политику — в интересах укрепления общества и его единства.

— Смутьянов, навязывающих «классовую борьбу», следует преследовать. Гражданская война не дала народу ничего, кроме голода, эпидемий, страшной нищеты и развала производства.

Такова была тайная программа оппозиции на новом этапе, с известной недоговоренностью и демагогией, рассчитанная на максимальное привлечение широкого круга сторонников из различных слоев общества, в том числе белогвардейцев на Западе и остатков буржуазных элементов в СССР.